Падение "ангелов" (СИ) - Кирнос Степан Витальевич - Страница 80

Единственный «Судья» вырвался вперёд и на бегу, облачённый в гнев и развивающуюся мантию открыл огонь. Его лихая очередь подкосила пятерых охранников, изрешетив их тела и окрасив голубое в алое.

Андронник открыл стрельбу из новой винтовки и раскалённые до сумасшедшей температуры пули, внутри которых воспалялась плазма, прожигали врагов, оставляя им страшные увечься. Пара ополченцев подались в окно, но киберарий превратил их в опалённые куски тел парами метких выстрелов.

— Давайте, я вас прикрою снайперским огнём! — сказал Андронник, дёргая за скользящий затвор и двенадцать человек устремились вперёд.

Из окон тог и дело собирались высунуться враги, но каждый раз их находила пуля Андронника.

«Судья» первым ворвался в здания, превратив дверь в россыпь щепок своим костюмом и начал беспорядочную пальбу. За ним не спешили войти венецианцы ещё помня военное дело, но с делать ничего не могли, пока там свой.

Десяток ополченцев ринулся в параллельный коридор, но нарвались на неутихающий автомат «Судьи», и он выпустил в них остатки обоймы. Когда раздался щелчок он его откинулся и сокрушил голову первым кулаком, облачённым в железные элементы. Раздробив кости и оглушив мятежника, «Судья» схватился за нож и резким движением вогнал его между рёбер отступнику и только приготовившись пуститься в рукопашную, был остановлен спесивым обращением:

— Несчастный брат! Не ту сторону ты выбрал.

Ещё один «Судья» оказался в коридоре и резко вздел оружие — массивный автомат. Но ему не суждено его использовать — гулкий выстрел оборвал жизнь мятежника, его шлем обрёл окровавленную дыру, а само тело обрушилось на бетонный пол.

— Не благодари, — бросил Доуху, и опустил карабин.

Венецианцы тоже не стали тратить патроны на тех, кого можно порешить вручную. В правой руке у каждого оказался маленький клевец, а в левой короткий нож. Началась страшная рукопашная, по полу потекла кровь и стали падать изувеченные тела, гвардейцы прибивали кого находили.

— Мы сдаёмся! — раздались вопли выживших ополченцев. — Не бейте нас больше!

Битва прекратилась, всё закончилось так же быстро, как и началось. Со всего здания стали стекаться ручейки сдавшихся мятежников, бросавших оружие под ноги лоялистам.

Обчистив погибшего «Судью», воин Рейха, поднялся в полный рост, отряхнул мантию и грозно склонился над одним из предателей, смотря ярко-красным визором маски шлема прямо в душу ему и устрашающе спрашивая:

— Это тут, согласно «царскому указу», устроен притон для утех?

— Да, милостивый господин, — с тряской от страха, робко ответил пленный, повинно склонив голову.

— Где вы держите девушек?

— Кабинет номер одиннадцать.

Андронник вошёл в помещение, которое по-видимому некогда было пропускным пунктом и довольно просторным в тот момент, когда вывели пленниц. Запуганные и заплаканные, в разных старых или новых одеждах, но не тронутые они выходили, едва сдерживая тошноту при виде стольких мертвецов. Но всё же, все они проходят к выходу и Андронник тихо говорит:

— Нужно конвой. До наших позиций не менее километра.

— Хорошо, — согласился Доуху и стал готовить всё.

— Что вам было приказано тут устроить? — всё продолжает допытываться «Судья».

— Мы…, - заплаканно твердит чернявый худой ополченец. — Нам поручено было подготовить кабинеты тринадцать, четырнадцать и пятнадцать. Кровати там поставить, диваны, найти бельё, воду… но вы понимаете…

— Хм-м-м! — прорычал «Судья». — Ну и что будем с ними делать?

— Нужно пленников запереть где-нибудь. Подойдёт какой-нибудь кабинет.

— Как же это место? — спросил кто-то из венецианцев. — Сюда снова могут начать свозить девушек.

— Да не. Мужики и девки ещё могут насильничать по местам, да и всех ещё свозят во второе место для подобных утех — Дом Афродиты.

— Где это!? — рявкнул «Судья».

— В Малом Коринфе. У главного порта, — всё так же, повинно и склонив голову молвит мятежник.

— Хорошо, — «Судья» развернулся. — Доуху, можете организовать изоляцию мятежников? Нам не хватит средств тащить до наших позиций.

— Посмотрим.

— Госп…госп…дин Анд… ник! — слова из приёмника киберария оказались окутанным множеством помех и статикой. — Гос…ин!

— Да!

— Эт…га! У на… ный ка. ц!

— Ничего не понимаю, — лёгкая досада поразила Андронника. — Средства радиоподавления и информационной борьбы Фемистокла душат сигнал.

— Что!? Что случилось!? — подошёл «Судья».

— У меня нет возможности связаться со своими. Судя по анализу полученных данных, они в тяжёлом положении, — речь Андронника показала выдала раздражённость. — Часть лояльных войск держит оборону на юге.

— Господин Андронник! — снова раздалось из передатчика, только намного чётче и без помех. — Говорит штаб «А», в Малом Коринфе. Мы уничтожили глушилку на севере, связь есть.

— Да?

— Противник ввёл крупные формирования Великого Израиля, мы встретились с огромным количеством неприятелей. Наши части сильно измотаны и отступают к штабу, — даже через рацию можно заметить, как голос дрожит. — Но к нам поступило первое подкрепление. Пять «Рыцарей», и «Паладин» высадились у порта и идут к центру.

— Хм, — задумался Андронник. — Мы можем установить контакт с ВДД-1.

— ВДД-1? — спросил «Судья».

— Воин дистанционного действия, модель первая.

— Да, сможем. У вас же есть возможность?

— Да. Я думаю, мой организм выдержит это подключение, — Андронник обратился ко всем присутствующим и уверенно сказал. — Обеспечьте оборону в доме, пока я не очнусь. — И после этих слов он нажал на пару кнопок.

Всё в глазах киберария помутнело, он потерял чувствительность и ощутил, что сполз по стене… или ему так показалось. Сетка движений, вшитая в тело киборга считывает нервные сенсоры каждого возможного движения и передаёт их на расстоянии прямо в конечности механизма. Спустя секунду искра его сознания загорелась в механическом существе в нескольких километрах вдали. Тело не ощутило ничего, только сознание и кажется, что он сущее бесчувственное бревно. К глазам тут же была подведена металлическая рука и воплем шестерней, и потоком энергии пальцы демонстративно согнулись.

— Добро пожаловать к нам, Андронник, — бодро сказал «Гвардеец» в угольно чёрной броне и дёрнул существо за плечо, вручая ему оружие и пояс с боеприпасами — какой-то длинный автомат, с широким дулом. — У нас проблема.

Андронник хотел бы что-то сказать, но его сознание, которые мыслью приводит в движение металл, не может произнести ничего, поскольку нет голосовоспроизвоителя и ему остаётся только смотреть немой статуй на всё, что происходит.

Выбравшись из кого-то подвала, они вышли на улицу и там их встретил высокий мужчина, чёрная броня которого имеет отметены в виде креста. Он стоит без шлема, и Андронник видит его лицо, на нём буквально «выбита» страшная картина войны — на месте правого окровавленного глаза повязка, на носу отметина в виде пореза, щека разодрана едва ли не до кости. Киберарий позволил себе оглянуться и понял, что они находятся во внутреннем дворе какой-то школы, построенной в форме буквы «П». Всюду лежат мёртвые под навесами, на пару с ящиками и оружием, изувеченные пехотинцы, с повязками, и одетые в одежду, пропитанную потом, сажей и кровью, шныряют туда-сюда.

— Что встал, как оловянный солдатик? А, да ты им и являешься, — у тяжелораненного бойца ещё хватил сил на шутку. — Что так уставился на меня? — Андронник, пропуская его речь через обработку получает уже нормальный вариант, и он может только представить, как звучат искорёженные от ранения слова. — Если вы ждёте команды, то я разрешаю.

— Хорошо, — «Гвардеец» помог раненному присесть на какой-то стул и вновь заговорил. — Это наш Консул, он неудачно сошёлся в рукопашной с одним из Крыльев Ветра, когда вёл отряд на помощь окружившим наших. Но тебе не это интересно ведь? У нас есть боевая задача — пробиться к плацдарму, который организовали пришедшие из Иллирии передовые силы Рейха и поддержать их продвижение к нам, — боец схватился за плечо Андронника. — Нам тут без них никак, без тебя никак. Ты единственный, кто может подключиться к этой дряни, единственный у кого хватит опыта повести двадцать моих ребят. Все офицеры заняты, и мы бы тебя не позвали, если бы Консул был бы в порядке. Всё, пошёл. Двадцатка самых отборных ждёт тебя изнутри.