Зимний сон (СИ) - "Leya Li" - Страница 46

Люди вновь нападали на каменную тварь, пытаясь ее поразить. И Цзинь Лин уподобился им, не осознавая степень опасности этого монстра. Лишь два юных адепта Гусу Лань отошли в сторону. Где же Лань Чжань? Почему не приходит на помощь? И Цзян Чэна тоже нет.

Вдруг тварь, видимо, устав получать от А-Лина стрелы в голову, схватила его за шею и прижала к дереву. И уставилась на него своими подобиями глаз, словно раздумывая – что же сделать с этим наглым человечишкой?

«Кто-нибудь! Быстрее! Приди!» – лихорадочно отправлял приказы Вэй Ин, вкладывая всё больше и больше силы в музыку.

И кто-то откликнулся.

«Пришел!» – радостно успел подумать Усянь, прежде чем осознал, кого он перед собой видит.

– Этого не может быть… Его обратили в пепел еще до моей смерти… – растерянно прошептал Вэй Ин, опуская флейту.

Богиня зашевелилась и начала сжимать шею Цзинь Лина. Услышав его хрипы, Вэй Ин очнулся и возобновил игру, приказывая пришедшему на его зов Вэнь Нину уничтожить каменную тварь.

Черные цепи, тянущиеся за его другом, послужили тому оружием и Вэнь Нин отсек ими руку, что держала А-Лина, а после разбил на мелкие камни самого пожирателя душ. Вместе с разрушенным вместилищем истаял и сам монстр. Это существо зародилось в этом каменном теле, с ним оно и погибло.

Так просто и сложно одновременно.

А вот рука, что была отсечена, не принадлежала богине, и оказалась тем самым демоном, что должен был пленить в деревне Мо Ванцзи. Как же он его упустил? И как этот демон смог убежать так далеко? Не похоже на Лань Чжаня, что не знает поражений.

Демоническая рука, резво перебирая пальцами по земле, словно пятью ногами, устремилась прочь, но Вэй Усянь тут же приказал Вэнь Нину поймать ее. Пара мгновений, и лютый мертвец прижал ее к земле. Как рука ни трепыхалась, но не смогла вырваться из стального захвата.

– Мешочек цянкунь! Быстрее! – рявкнул Вэй Усянь, обращаясь к адептам Гусу Лань. Цзинъи, всё еще пребывающий в шоке от всего, никак не отреагировал, а вот Сычжуй достал цянкунь и отправил в него демоническую руку.

Вдруг со всех сторон посыпались удивленные возгласы:

– Это же Призрачный генерал!

– Это Вэнь Нин!

– Неужели его тогда не сожгли?

– Убьем его и получим славу, несравнимую с поражением этой каменной богини!

– В атаку!

– Убить!

– Убить его!

– Постойте! Не нужно! Всё не просто! – попытался остановить всех Сычжуй, но никто его не услышал.

Вэнь Нин всего одним взмахом цепей разметал всех заклинателей и Усянь понял, что нужно быстрее увести его отсюда. Но мелодия, что он играл была слишком резкой и будила в мертвеце желание убивать. С ним однозначно что-то не так, но сейчас важнее, чтобы он ушёл и где-нибудь спрятался.

Нужна другая мелодия. Плавная и мелодичная. Успокаивающая. Но на ум ничего не приходило. Совсем пусто.

Вдруг в памяти всплыла песня, что Вэй Ин слышал лишь однажды. Ее нежное звучание и мелодичные переливы должны успокоить Вэнь Нина. Ведь эта мелодия словно смывает с души грусть и печаль, освобождая все искренние чистые чувства, позволяя им сиять и освещать собой путь, указывая дорогу в самой непроглядной тьме.

Он заиграл эту мелодию и Вэнь Нин замер. Застыли на месте и все остальные. Шаг за шагом лютый мертвец приближается к своему создателю и вот, Усянь вынужден отступать назад, чтобы увести его за собой.

Вэй Ин успел сделать всего несколько шагов, прежде чем уперся спиной в кого-то, запястье сжала стальная хватка, почти ломая его. Поворот головы и взгляд упирается в белые одежды, немного вверх, и он теряется в янтарных глазах Лань Чжаня, что с неверием и безумной надеждой смотрит на него.

Разрываясь на несколько частей от желаний: тут же кинуться в объятия с криком «Это я! Я вернулся! Я жив!»; вырваться и сбежать подальше, пока не решит свои проблемы; увести Вэнь Нина.

– Последнее! – вдруг воскликнул он.

– Что? – моргнув глазами спросил Ванцзи.

– Его нужно увести отсюда! – произнес Вэй Ин и, невзирая на боль от сжатого Ванцзи запястья, быстро сыграл приказ «уйти и скрываться», вложив в него как можно больше силы.

Вэнь Нин послушался сразу и, метнувшись в лес, мгновенно скрылся из виду. Большинство заклинателей побежали вслед за ним. Но разве они сравнятся по скорости и силе с лютым мертвецом.

Флейта выпала из ослабевших пальцев, а Лань Чжань всё так же крепко держит его запястье, явно не собираясь отпускать и не отводя взгляда. Смотрит пристально, будто чего-то ждет.

«Неужели он узнал меня по этой мелодии? Разве такое возможно? Это же была просто очень красивая мелодия? Или нет? И я так плохо сыграл ее на этой ужасной флейте… Признаться сразу или нет? Первое или второе?» – вопросы сменяли один другой и Вэй Ин не знал, какой же ответ будет верным.

– Первое или второе? – вдруг спросил он вслух, обращаясь в первую очередь к самому себе.

– Что? – вновь удивленно спросил Ванцзи.

– Ханьгуан-цзюнь! – с радостными криками к нему подбежали его ученики, – Мы поймали демоническую руку и вновь, лишь благодаря молодому господину Мо.

Вдруг их взгляды остановились на ладони Ванцзи, что всё еще крепко сжимала запястье Вэй Ина.

– Ханьгуан-цзюнь, а почему…

Но Цзинъи договорить не успел, как раздался наполненный злостью голос Цзян Чэна:

– Ты всё-таки вернулся! Какая радостная встреча! – и более не говоря ни слова он активировал Цзыдянь и попытался ударить им Вэй Ина.

В доли мгновений Лань Чжань отпустил руку Усяня и достал гуцинь, чтобы встретить боевой мелодией удар кнута. Замелькали светло-голубые и фиолетовые всполохи. Ни один из заклинателей не желал уступать другому.

– Пока я здесь, они не успокоятся, – тихо произнес Вэй Ин и попытался убежать.

Но Ванцзи услышал его шёпот и резко обернулся, чтобы остановить. Этой заминкой воспользовался Цзян Чэн и всё-таки достал Вэй Ина хлыстом.

Если бы Усянь насильно занял чьё-то тело, то от удара Цзыдянем его душа бы вышла из захваченного тела. Вот только эту тушку ему, можно сказать, подарили. Фиолетовая молния бессильна – сколько ни бей.

Прокатившись пару метров по земле, он резво вскочил и собрался гневно высказаться, как вдруг увидел в глазах подбежавшего Лань Чжаня такой ужас, что осекся, забыв все слова. Они просто стояли и смотрели в глаза друг друга, не способные ничего сказать. Ванцзи отчаянно пытался разглядеть изменения в лице Вэй Ина, пребывая в глубоком отчаянии.

«Только не снова! Не снова! Я так долго тебя искал, столько молитв возносил всем богам, и они наконец-то были услышаны, и ты вернулся. Что угодно, но только не исчезай вновь!» – отчаянно метались мысли Ванцзи. Ведь вслух ни слова произнести нельзя. Всё потом. Только уберечь, не потерять вновь. Ни в коем случае не дать уйти.

Вдруг чужие губы озарила такая знакомая улыбка. И словно солнце взошло темной ночью, осветив собой мир, давно не видящий света. И отлегло от сердца: он здесь, он вернулся.

– Что такое?! Почему не сработало!? – воскликнул разочарованно Цзян Чэн и хотел было ударить еще раз, но его остановил Цзинъи, не терпящий, когда бьют невиновных, хотя сам любитель подраться при любой возможности, но только с равными противниками, а Мо Сюаньюй – какой же он противник одному из сильнейших заклинателей.

– Господин Цзян, это же фиолетовая молния. Неужели Вы думаете, что, ударив во второй раз, что-то изменится? Вы настолько не доверяете собственному духовному оружию?

Гневно поджав губы, Цзян Чэн признал правоту мальчишки, но не сдался.

– Схватить его! Я выясню другими способами, кто он такой, – приказал он адептам своего клана, но теперь был остановлен Цзинь Лином.

– Дядя, зачем тебе сумасшедший? Он омерзителен, – проговорил юноша.

– В смысле? – рыкнул на него дядя.

– Он мало того, что не дружит с головой, так еще и обрезанный рукав! Он одно время учился в Ланьлин Цзинь, я его знаю – это Мо Сюаньюй. Дядя, ты только руки замараешь и репутацию тоже, если заберешь его с собой, – проговорил А-Лин.