Второй шанс 5 (СИ) - Марченко Геннадий Борисович - Страница 63

– В шарлотку в самый раз пойдёт, – заявила мама. – Так что по осени надо будет нарвать.

– А кто ж нам шарлотку испечёт, ты из Пензы специально приедешь?

– А Инга на что? Или тебя мама не научила делать шарлотку?

Та отрицательно мотнула головой, мама вздохнула и объявила, что постарается за эти дни научить невестку готовить не только шарлотку, но и прочие, любимые её сыном, блюда. Хотя какие там любимые… Я в общем-то считал себя всеядным. Короче говоря, сейчас Инга поможет маме с обедом, а с яблоками я как-нибудь справлюсь сам.

И действительно, справился, оставив нетронутым только дерево с антоновкой. После обеда мама продолжила хлопотать по хозяйству, теперь уже на территории дачи. А я нашёл в прихожей гамак, и вскоре Инга уже возлежала в нём под сенью яблонек, лениво перелистывая страницы захваченного из дома романа «Дама с камелиями».

– Ну как, научилась уже чему-то?

– Ага, – зевнула она, прикрыв рот ладошкой, – салат нареза́ла и заправляла под чутким руководством твоей мамы.

Похоже, она сейчас уснёт, вон, снова зевает. Мне же приспичило прогуляться по окрестностям. Жара для конца августа стояла сочная, обволакивая волнами ультрафиолета, и я даже подумал, что можно дойти до озёр и скупнуться. Правда, Григорий Осипович говорил, что в ближнем к дороге озере лучше не купаться – там глубоко и ключи со дна бьют. Ладно, мы и не полезем в него, этих торфяных озёр должно быть здесь в приличном количестве.

А вот следующий водоём мне понравился. Овальной формы пруд, в длину метров сто пятьдесят, в ширину порядка сотни. По берегам заросший осотом и камышом, с зелёными блюдцами кувшинок, а чуть заметная тропинка вела к уютному песчаному пляжу. Такое ощущение, что песок завозили специально. Мусора нет, вокруг ни души, вода такая чистая, что, кажется, даже с берега проглядывается дно. Вижу игриво мечущиеся из стороны в сторону стайки рыбёшек, и даже вроде как солидную такую рыбину, лениво плывущую куда-то по своим делам. Жаль, я не рыбак… Хотя стать им никогда не поздно. Можно летом жить на даче и ходить рыбачить.

Единственное – червей не люблю, брезгую в руки брать. Как-то меня на старости лет знакомый вытащил на водоём, где один знакомый его бизнесмен карпов разводил, так мы там ловили на консервированную сладкую кукурузу. Может быть, и в Союзе продаётся какая-нибудь венгерская или болгарская? Свои-то посевы после отставки Хрущёва вроде как усиленными темпами начали уничтожать, засевая поля привычными злаковыми культурами.

Оглянувшись ещё раз и не увидев зрителей, скинул с себя одежду и, не оттягивая приятный момент, голышом разбежался и нырнул в принявшую меня прохладными объятиями воду. Вынырнул, отфыркиваясь, словно морж, чуть ли не на середине пруда.

Лепота! Нет, не зря я купил здесь дачу, одни озёра чего стоят! И уж вряд ли в них попадает вода с биокомбината и химзавода в Щелково. Перевернувшись на спину, раскинул руки и ноги в стороны, и лежал так в позе звезды, закрыв глаза. Належавшись, снова перевернулся и саженками рванул к берегу. Почувствовав под ногами песчаное, с мелкими камушками дно, выпрямился, и в этот момент услышал недовольный голос:

– Блин, ты чего тут расплескался? Всю рыбу мне решил распугать?

О, а слона-то я и не заметил! Вернее, парня примерно моего возраста, сидевшего с парой удилищ на расчищенном от камышей и осоки пятачке.

– Кто ж знал, что ты здесь рыбу ловишь? И вообще, нечего возле пляжа рыбалку устраивать, когда могут прийти люди искупаться.

– Поучи учёного, – буркнул парень. – Я всегда здесь ловлю, это моё место.

– Ещё скажи, что весь пруд твой, – хмыкнул я, продолжая водные процедуры.

– Не умничай, а?

– А ты базар фильтруй, олень.

– Кто олень? Щас сам по рогам получишь?

– От тебя, что ли? Ну давай, рискни.

– Чё, думаешь, не рискну?

Парень, поправив удочки, поднялся и в обход зарослей камыша направился к моему пляжику. Я тем временем вышел из воды, прикидывая про себя, как лучше проучить наглеца, особо при этом не покалечив. Натянул итальянские трусы-боксёры, и встал напротив появившегося незнакомца. Тот смотрел на меня чуть исподлобья, покусывая нижнюю губу.

– Ну и кто тут обещал мне по рогам настучать? – подбодрил я его.

– Думаешь, не настучу?

Что-то надоела мне эта глупая перепалка. Пробить, что ли, ему в печень? Однако попытка вывести противника из строя потерпела жестокое фиаско. Моя рука в последний момент оказалась перехвачена, а мгновение спустя я уже летел через бедро оппонента на песок. Ничего не понимая, попытался сразу же вскочить, но запястье оказалось принято на излом, и я стиснул зубы, сквозь которые всё же прорвался стон.

– Хватит или добавить? А то могу ведь и руку сломать.

– Не надо ломать, мне ещё на чемпионате мира выступать.

– Спортсмен, что ли?

– Угу… Слушай, хорош уже.

Парень отпустил запястье и, потянув за руку, помог мне принять вертикальное положение.

– А я тоже спортсмен, КМС по дзюдо. Алексей.

– Максим, – пождал я протянутую руку. – Теперь понятно, почему ты меня поймал на бросок.

– А ты, похоже, боксёр?

– Точно.

– Правда на чемпионат мира едешь?

– Ага, в декабре в Токио. Первый чемпионат мира среди юниоров, поэтому победа на нём особенно почётна. А сломай ты мне руку – я по твоей милости в Японию не полетел бы.

– Да не стал бы я ломать, что я, совсем что ли… Слушай, а как твоя фамилия? Варченко? Ни фига себе! Ты что, тот САМЫЙ Максим Варченко? Группа «GoodOk»? Да ладно…

– Да не верь, мне-то как-то, – пожал я плечами.

– Хотя да, фото я твоё где-то видел, есть что-то похожее. А здесь-то какими судьбами?

– Да вот дачку прикупили в посёлке «Воря».

– Это в конце Топорково? Знаю. А у нас через лес тоже дачи, «Заря» посёлок называется. Вот смотри… Слева в конце озера между двух берез тропинка угадывается. По ней метров сто до просеки и вперёд около километра. Выходишь на трассу…

– А что за трасса?

– А это мы так линию электропередач называем. Она от «Орловского» тянется. Слышал такое название?

– Ну да, говорили…

– До Медвежьих Озёр идет. Там какая-то космическая то ли связь, то еще какая-то хрень… В общем, резервная линия. И вот наши дома с двух сторон трассы и стоят. Наш 262-й участок. Это направо от просеки с левой стороны. Так что милости просим.

– А сюда как добираешься? На машине?

– Нет, машиной пока не обзавелись. На автобусе от автовокзала до Топорково, а там дорога через лес хорошая. Дорога, смотри, справа шоссейка, по которой ты ехал до остановки, потом как бы назад вернулся и в Топорково пошёл, а к нам напротив, вперёд проходишь метров пятьдесят и видишь дорогу, там уж по ней до трассы. Только там летом можно проехать. Зимой не чистят, весной и осенью застрянешь на глине. Так что проще через лес.

– А до автовокзала долго добираться тебе? В смысле, в Москве?

– Ага, долго, минут пять пешком, – хмыкнул Лёха.

– Подожди… И мне пять минут. Я в МИДовских домах живу по 5-й Парковой. А ты где?

– Ого, и тут мы с тобой, похоже, в соседях! От тебя четвертый дом получается, возле ЖЭКа.

– А-а-а, знаю! Мы туда за справками для паспортного стола заходили.

– Получается, что ты рядом с моей бывшей шэдэ живешь…

– А что за шэдэ?

– Это мы нашу школу 619-ю так называем… Кстати, там ребятки неплохой зал организовали, типа качалки. Заваливай, если желание есть.

– А ты сам где тренируешься?

– Раньше в «Спартаке» на Бауманской, а сейчас уже, пожалуй, и нигде. Тут одно из двух: или учеба, или спорт. У меня как-то не получается совмещать. В зал в шэдэ иногда один мужик приходит, он типа секции то ли карате, то ли еще какой-то восточной хрени организовал. Интересно… Я иногда с ними тренируюсь. Так, чтобы форму не потерять.

Напоследок Леха мне посоветовал:

– Макс, ты парень резкий, что в общем-то не удивляет, а район у нас шпанистый. Так что имей в виду. Особо не нарывайся, но если припрёт – то на меня сошлись. Мол, с Доктором дружишь. Меня там каждая собака знает, начиная с участкового.