Академия Делавар. Секрет попаданки (СИ) - Рамис Кира - Страница 19

– Не-е, ягод не хочу. Я спать хочу! – отмахнулась от поднесённых плодов.

– Я и не предлагаю их есть, – он поднял упавшие ягоды из травы и быстрым движением обвёл одной из них мои губы.

– Эй! – подняла руку и уже хотела стереть красную бяку, как дракон попросил:

– Пожалуйста, Мария Мирабелла, братьям скажем, что ты наелась пьяной вишни. Вряд ли они пойдут проверять, увидев на твоих губах следы от ягод. Это не вишня, а простая кудрявая рябка. По цвету и запаху напоминает вишню, но не она.

– Хоро-шо, ик…

– Вставай. Идём обратно. Ты лучше молчи, я сам буду оправдываться. Скорее бы тебя отпустило. Хотя сколько магии в меня влила, такой откат и получила. Плохо, что тебя никто не научил ставить блоки при передаче. Странно, что с такой силой ты не в невестах драконов.

Я икнула и попыталась ударить ладонью по широкой груди умного дракона.

– Хочу сказать тебе, милый Фелтон, – засмотревшись на его розовато-красные губы, кончиком языка облизнула свои. – Магии-то во мне пшик и капелька. Папенька артефакт с собой дал. Да, знаю, что некрасиво так поступать, но уж очень хотела учиться. Ик…

Фелтон нахмурил брови, и было видно, что не поверил.

– Ну, ну.

– Что «ну, ну»? Может, у меня и жених есть. Умный и красивый магик.

– Кто? – напрягся сокурсник, но ответа так и не услышал, потому что мы вышли на поляну к капризному дереву и маленькой компании студентов.

– Что вы так долго? – начала лиса, но осеклась.

– Да вот, Мария Мирабелла перед началом занятий в панике использовала артефакт, что ей папа подарил. И, видя, что мы оказались в затруднительной ситуации, передала часть магии мне.

– Фелтон, – оттолкнув предателя, икнула и уселась на траву. – Ты же обещал!

– Да она пьяна! – наманикюренный пальчик обличительно указывал в мою сторону.

Фелт кивнул головой, соглашаясь с лисой.

– Затем отошла в кустики... Ну, вы сами понимаете зачем, а вышла вот такая. Пьяной вишни наелась, потому что в её деревне, откуда она прибыла, не растёт такое растение.

– Глупо отрицать, лиса Алиса. Да, я пьяна, – посмотрела на белоснежную красавицу и продолжила: – Но как же ты меня раздражаешь, белоручка. Смотрю, что ты даже не прикоснулась к лиане. Вот у братьев руки зелёные, а у тебя чистые!

– Да я… Я рыбу глушила! – обиженно воскликнула Этель, и на её глазах появились слёзы.

Актёрская игра произвела впечатление на братьев-драконов, и Дарлос тут же за неё вступился.

– Мария Мирабелла, то, что ты напилась и поделилась магией отца, не даёт тебе право обвинять других.

Уф-ф, кажется, отвлекла от вишни. Я почувствовала, что опьянение отступает, но продолжала притворяться.

– Прошу прощения, – повесила голову, пряча улыбку. – Погорячилась.

– Я готов! – сбоку раздался грозный голос.

Перед нами стоял огромный чешуйчатый  дракон тёмно-синего цвета. Как же красиво его шкура переливалась на солнце. Пока я любовалась этим зверем, Карлос одним движением закинул в развернутую пасть импровизированную верёвку.

Меньше минуты понадобилось Фелтону, чтобы оказаться возле верхушки дерева.

– Разойдись, – выкрикнул он и, намотав на передние лапы лиану, потянул дерево вниз.

Раздался громкий стон, а затем визг.

– Изверги, кто вам позволил?! Мы с деканом Дорианом не договаривались, что вы будете ломать мои деревья, дурные студенты! – напротив Карлоса и Дарлоса зависла разозлённая фея с острыми зубами и кривыми ногами. – Быстро заставьте его отпустить мою подопечную! А-а-а! – прислушавшись к чему-то крылатая крикунья кинулась вверх к Фелтону. – Отпусти верёвку, ей больно! – но дракон её не слушал и продолжал наклонять ствол всё ниже. – Хорошо! Я разрешаю вам собрать ягоды. Отпусти дерево, изверг! Оно не будет уклоняться, замрёт на пять минут. Слово лесной хозяйки!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Лишь после этого молодой дракон выпустил лиану, кинулся вниз и улёгся на землю. Его братья подхватили меня под белые рученьки и усадили на тёплую спину дракона, а лисе пришлось самой взбираться.

Каждый из нас набрал нужное количество ягод.

– Открываю портал, – выкрикнул Дарлос. – Держитесь крепче!

– Я тебе ещё отомщу, заносчивая человечка, – прошептала сидевшая за мной Этель. – Ты у меня ещё умоешься своим слезами…

Что ещё шептала лиса, я не разобрала, так как над стадионом, куда садился дракон, раздался громкий голос профессора:

– Вторая команда успешно справилась с заданием! Поздравляю!

Мы удивлённо закрутили головами в поисках тех, кто оказался быстрее нас.

Глава 26. Тяжело говорить правду

Ничем не примечательная пятёрка магиков стояла справа от нас. Три высоких девицы и два брата-близнеца одинаковые с лица: худые, хмурые и недовольные. Но чем? Тем, что заняли первое место, или тем в какую компанию попали? Чем-то напоминали вампиров из книг…

От мыслей меня отвлёк громкий «хмык».

– Это что такое? Невиданное свинство, хамство и неуважение, – профессор Стратерт подошёл к нашей компании, прищурился и принюхался. А затем обошёл меня вокруг и как рявкнул: – Все пятеро снимаетесь с соревнований из-за вот этой особы, – он с силой потряс пальцем перед моим лицом. – Все сию минуту идут убирать навоз в конюшнях, а вы… – хотел толкнуть меня в плечо, но опустил руку. – В деканат! И я уверен, что для вас, молодая леди, это был последний учебный день. Вон! Сейчас же пошлю господину Дориану вестника.

– Но, но… – я растерянно посмотрела на драконов и на закипающую от злости лису.

– Господин профессор Гилберт Мауриан, – Фелтон попытался встать между мной и преподавателем.

– Вслед за ней захотел? Два дня уборки, юнец! – мужчина покраснел, а старшие братья запихали младшего де Маша Куприяна за свои спины. – В Академии действуют правила, которые, я думаю, вы выучили! Никакого спиртного, а тем более на опасных испытаниях. Итог один: исключение!

Я медленно побрела к кромке поля, тихонько шмыгая носом. Мне уже нравилось учиться в странной Академии, этого незнакомого мира.

Чуть в стороне слышался голос Этель Старинг. Она не просто возмущалась, а вопила, что ей с её белоснежной шубой ни в коем случае нельзя мараться в конюшнях.

Лиса кричала так громко и пронзительно, что профессор не выдержал:

– К декану! Сию минуту, раскричалась она… Нет, вы только подумайте!

Ох, как я зауважала мужика в этот момент.

 Не стал слушать вопли лисьей принцесски, а отправил вслед за мной. Интересно, её тоже пнут под хвост? Или из Академии вылечу только я?

– Человечка, что понравилась моему брату, – Этель бесшумно и, главное, молча догнала меня. – Слушай меня внимательно, – прошептала, она, несильно сжав моё плечо. – Придём к декану, ты, главное, молчи. Говорить буду я. И не подумай, что мне захотелось спасти твою шкурку. Нет, я спасаю свою. Если замараюсь, то мой нежный нос будет неделю страдать, – и неожиданно добавила: – Какой странный профессор. Может, он меня по имени не узнал?

– Говорят, что он – родственник самого декана, – ляпнула я, вырывая руку.

– Хм… Но ничего, лишь одно слово папе, и профессор Стратерт не будет больше работать в Академии, несмотря на родство с деканом, – уверенно выдала лиса.

Надо будет узнать кто же её отец, если он так легко может решать судьбу профессоров? Или девица набивает себе цену и просто врёт?

– Куда? – широкая в плечах и талии немолодая женщина преградила нам путь. – Декан занят!

– Он нас ожидает. Профессор Гилберт Мауриан нас направил, – лиса гордо вскинула голову. – Госпожа Этель Старинг и девица, – она несколько раз щёлкнула пальцами, будто не могла вспомнить, как меня зовут. – Мари, кажется.

– Мария Мирабелла, – я посмотрела на поменявшуюся в лице секретаршу.

– Проходите, проходите, – улыбаясь, она постучала в дверь. – Господин декан, тут две студентки от профессора Стратерта.

– Пусть проходят, – громко рявкнул тот, да так, что послышался тихий звон стекла.