Road to hell (СИ) - "anna tymanova" - Страница 17

— Ты издеваешься надо мной сейчас? — спросил я, так и не найдя более подходящих слов. — И что, ты бы просто уехал, не сказав мне ни слова?! — одна мысль об этом вызывала у меня страх, панику и… просто дикую злость. — Такой у тебя был план?

— Я не знаю! — просто ответил он, разворачиваясь ко мне спиной. Он подошел к своему чемодану и начал искать в нем чистые вещи. — Наверное.

— Наверное?! — я глядел на его обнаженную спину, округлив глаза. — Наверное, Патрик? — переспросил я, подходя ближе и разворачивая его к себе лицом.

— Я же не уехал, — ответил он, и я вдруг заметил, как он давит улыбку. Какого чёрта? Что в этом смешного?

— Да, спасибо тебе за это огромное! — казалось, что ничего не могло успокоить меня в этот момент. А Патрик все продолжал ухмыляться мне в лицо. — Я, блядь, поверить не могу, а если бы…! — внезапно он заткнул меня самым прекрасным способом, который только мог бы быть — поцелуем.

И я тут же почувствовал, как расслабляюсь под его прикосновениями. — Можешь ты хотя бы на одну чёртову минуту заткнуться, пожалуйста? — спросил он с легкой улыбкой на губах, на что я с готовностью закивал головой, вновь утягивая парня в поцелуй — до боли отчаянный и голодный.

И уже спустя минуту я почувствовал, как его рука начала спускаться от шеи все ниже, прямиком к моему паху. И я уж точно не собирался его останавливать. — Ты думал об этом? — облизнув губы, спросил он, пока я неконтролируемо терся о его руку сквозь слои одежды.

— Постоянно, — выдохнул я, тяжело дыша. И это была абсолютная правда. С самого первого дня, как он появился в нашей школе, я хотел его. И секунды не было иначе, как бы я ни пытался этому противиться. Патрик самодовольно ухмыльнулся такому ответу, перед тем, как зацепить низ моей футболки и потянуть ее наверх. Когда он отбросил ее куда-то на пол, я вновь притянул его к себе.

Хотелось чувствовать его всем своим телом. Хотелось пройтись губами по каждому сантиметру его кожи. Хотелось стереть воспоминания обо всех чужих прикосновениях. Хотелось оставить на нем лишь свои собственные отпечатки.

Расцеловывая его шею, я спускался все ниже, пока не добрался до висящего на его бедрах полотенца — оно тут же полетело на пол. Я облизнул губы, глядя на его твердый член. Тогда я заметил, что на головке уже выступила смазка, которую я тут же слизал языком, глядя прямо в голубые глаза. Они словно горели огнем, и теперь меня это не пугало. Совсем нет, наоборот — низ моего живота скручивало от одного лишь взгляда на него.

Схватившись за упругие бедра, я вобрал его член в рот, облизывая языком по всей длине. И практически тут же услышал громкий стон, который слетел с его сладких губ. Блядь, это была самая сексуальная вещь, которую я слышал за всю свою жизнь. Я обожал то, какие звуки он издавал во время секса — я часто вспоминал их, когда оставался наедине с собой.

Тогда я принялся сосать еще усерднее. Впервые целью стал не собственный оргазм, а чужое удовольствие. С Омаром я всегда пытался скорее кончить, с Патриком же хотелось, чтобы это не заканчивалось часами. Если бы у меня только была такая выдержка. Но с ним она всегда летела к чертям.

Расстегивая собственные джинсы, я выпустил наружу колом стоящий член, тут же начиная быстро водить по нему рукой. Патрик это, конечно же, заметил. И вдруг заставил меня подняться на ноги. Он повел меня обратно к спальне, где толкнул прямо на кровать. Я с приоткрытым ртом наблюдал за тем, как он берет с тумбы флакончик со смазкой и идет ко мне.

Я в это время пытался скинуть с себя всю свою долбанную одежду за рекордное время. — Спокойнее, красавчик, — усмехнулся Патрик, внезапно сажаясь на меня верхом, отчего у меня тут же перехватило дыхание. Еще и этот знакомый, игривый тон… Боже, он сводил меня с ума каждый чертов раз.

— Слишком долго этого ждал, — пробормотал я, обхватывая ладонями его круглые ягодицы и пододвигаясь ближе к спинке кровати, чтобы упереться на нее. Патрик ничего не ответил — был слишком занят тем, что распределял смазку по собственным пальцам прежде, чем убрать руку за спину и начать медленно насаживаться на них.

Как у меня только слюни изо рта не потекли, пока я наблюдал за этим. Мой член, зажатый между нашими телами, уже истекал смазкой, но я не торопился дотрагиваться до себя. Мне хотелось быть внутри него, но Патрик словно специально тянул время. Секунды казались вечностью.

Его губы, в это время, были соблазнительно распахнуты, а глаза зажмурены от удовольствия. Я смотрел на то, как он медленно проникает в себя уже двумя пальцами, выглядя так, словно я здесь только для декора. И меня это вот никак не устраивало. — Патрик, — выдохнул я, и в моем голосе слышалось нетерпение. Да и о каком терпении вообще шла речь, когда он сидел на моих коленях и растягивал себя для моего члена? — Пожалуйста, — вылетело из моего рта, пока я все сильнее сжимал его кожу, оставляя на ней красные отпечатки.

— Ты нетерпеливый, да? — прошептал он мне на ухо, обжигая его своим горячим дыханием. Вместо ответа я прижался губами к его шее, рыча в нее что-то неразборчивое.

И тогда я, наконец, почувствовал, как Патрик схватился за мой стояк мокрой от смазки рукой и провел по нему от головки до самого основания. Он смотрел на меня, не отрываясь, пока усаживался поудобнее на моих бедрах. А затем одним плавным движением опустился на мой член.

— Б-блядь, — судорожно выдохнул я. Казалось, что из легких выбили весь воздух. Это было слишком, слишком хорошо.

Теперь Патрик не останавливался ни на секунду, объезжая мой член так, что я забывал, как дышать. Его голова была откинута назад, пока одной рукой он упирался на мое колено, а второй держался за плечо, выгибаясь так красиво, что мне оставалось лишь молча смотреть и восхищаться.

Только долго молчать я не мог: — Пиздец, какой же ты горячий сейчас, — прошипел я, скользя ладонями выше и проводя ими по всему его телу. Я чувствовал, как он сильнее сжался вокруг меня, поднимаясь на моем члене, а потом вновь резко опускаясь вниз, вырывая из меня громкий стон.

Он буквально втрахивал меня в матрас, и если бы я раньше знал, как это ахуенно – чувствовать его каждым миллиметром, пока он объезжает мой член – я бы приклеил себя к этой чертовой кровати. Но мне хотелось большего. Так что в следующую же секунду я обхватил его талию и насадил на себя сильнее — с такой силой, что из его горла вдруг вырвался пронзительный стон, от которого у меня внезапно закружилась голова.

И я жаждал услышать больше, жаждал услышать громче. Поэтому в следующую секунду схватился за его бедра и повалил на кровать, оказываясь сверху. Я почувствовал, как задрожали его ноги, когда он проскулил мое имя: — Андер, Боже, — он потянулся рукой к своему члену, пока я все сильнее вбивался в него, чувствуя, как сам стремительно приближаюсь к оргазму с каждым новым движением, с каждым его пронзительным стоном. Неудивительно, учитывая то, как долго я мечтал об этом. Пусть пытался отрицать, но так и было — я, блядь, мечтал об этом каждый долбанный день.

— Давай, Патрик, ты уже так близко, — прорычал я, обхватывая его ноги под коленями. Я сам уже дрожал всем телом, сдерживая себя из последних сил. — Чёрт, ты такой хороший, кончи для меня, давай, — бормотал я, уже и не осознавая, что именно вылетало из моего же рта.

И тогда я почувствовал, как Патрик вдруг содрогнулся подо мной, изливаясь в собственную руку с протяжным криком, пока я продолжал трахать его в неустойчивом, жестком ритме. До тех пор, пока не кончил сам и не рухнул на него сверху, бормоча его имя, словно молитву.

И все то время, пока я пытался прийти в себя, он успокаивающе гладил меня по спине и целовал куда-то в затылок. Блядь, мне не хотелось вставать, хотелось лежать с ним вот так целыми днями.

Но затем я услышал, как он внезапно громко рассмеялся. Приподнявшись, я с улыбкой посмотрел на него. — Что смешного? — усмехнулся я.

— «Ты такой хороший», — внезапно передразнил он меня, вынуждая меня жалобно застонать и уронить голову ему на грудь. — Не знал, что ты такой разговорчивый во время секса, — улыбнулся Патрик, хватая меня за подбородок и притягивая к себе.