Рассказы о патере Брауне - Честертон Гилберт Кийт - Страница 83

- Да это же Хорн Фишер! - воскликнул он и тихо добавил: - У меня беда, Фишер.

- Здесь, кажется, и впрямь пахнет тайной, которую неплохо бы разгадать, - откликнулся тот, кого назвали Фишером.

- Ее никому не разгадать, - сказал бледный Саймон, - разве что вам под силу. И никому больше.

- Почему же... Я мог бы, - раздался голос рядом с ними, и, обернувшись, они, к своему удивлению, увидели человека в черном.

- Вы?! - вспылил полковник. - Как же вы думаете начать розыски?

- А я и не собираюсь ничего искать, - ответил незнакомец звонким, как колокольчик, голосом. - Я не сыщик, а маг - один из тех, кого вы разоблачали в Индии, полковник.

Наступило молчание, но Хорн Фишер, ко всеобщему удивлению, сказал:

- Ладно. Поднимемся наверх, пусть он попробует. - Хорн Фишер остановил Саймона, который хотел нажать на выключатель: - Не надо, пусть свет горит для пущей безопасности.

- Да теперь отсюда нечего уносить, - горько вздохнул Саймон.

- Уносить нечего, - сказал Фишер, - а принести можно.

Твифорд уже взбежал по лестнице, горя желанием разузнать что-нибудь о племяннике, и, действительно, получил известие от него, правда, несколько необычным путем, которое озадачило и утешило священника. На верхней площадке лежал бумажный дротик, которыми школьники швыряют друг в друга, когда в классе нет учителя. Этот влетел, очевидно, в окно и оказался посланием, начертанным ученическими каракулями: "Дорогой дядя, я в порядке. Встретимся в гостинице. Саммерс".

Мистер Твифорд все же немного успокоился и снова обратил свои мысли к драгоценной реликвии, которая в его сердце оспаривала первенство у любимого племянника. Не опомнившись как следует, он оказался среди людей, горячо обсуждавших исчезновение монеты, и быстро поддался общему возбуждению. Однако мысли о мальчике не покидали его, и он снова и снова терялся в догадках, где же Саммерс и что тот разумеет под словами "я в порядке".

Между тем Хорн Фишер озадачил присутствующих своим новым тоном и поведением. Он поговорил с полковником о военном деле и о разных технических нововведениях и продемонстрировал удивительные познания и в тонкостях воинской дисциплины, и в электротехнике. Он поговорил со священником и выказал поразительную осведомленность в религиозных вопросах и исторических событиях, связанных с реликвией. Он поговорил с человеком, назвавшимся магом, и не только удивил, но и шокировал всех своими знаниями самых диких видов восточного оккультизма и духовидения. Больше того - в этой последней из сфер расследования он, очевидно, готов был зайти дальше всего, ибо открыто поощрял мага и явно приготовился следовать за ним куда угодно.

- С чего же вы думаете начать? - спросил он с подчеркнутой любезностью, чрезвычайно рассердившей полковника.

- Все дело в особой силе, в создании условий для воздействия этой силы, - любезно отвечал посвященный, словно не слыша гневных замечаний полковника о том, что к нему самому следовало бы применить силу. - У вас на Западе ее принято называть "животным магнетизмом". Однако она - много больше. Для начала нужно найти очень впечатлительного человека и погрузить его в транс. Он будет как бы мостом для этой силы, ее средством связи. Сила воздействует на него извне - он как бы в электрошоке - и пробуждает в нем высшие чувства, раскрывает спящий глаз разума.

- Я очень впечатлительный, - сказал Фишер то ли простодушно, то ли насмешливо. - Почему бы вам не открыть глаз разума во мне? Мой друг, присутствующий здесь Гарольд Марч, может подтвердить, что я иногда даже вижу в темноте.

- Все видят только в темноте, - сказал маг.

Тяжелые вечерние облака сгустились над деревянным домиком, в маленьком оконце были видны их рваные края, подобные пурпурным рогам и хвостам, словно где-то рядом бродили хищные чудовища. Но багрянец быстро тускнел и становился темно-серым; приближалась ночь.

- Не зажигайте света, - спокойно и уверенно проговорил маг, заметив, что кто-то потянулся к выключателю. - Я ведь сказал вам, что все происходит только в темноте.

Каким образом эта нелепая сцена могла произойти именно в кабинете полковника Морриса, навсегда осталось загадкой для многих ее участников, включая и самого полковника. Они вспоминали ее, как страшный сон, им неподвластный. Возможно, на них и в самом деле действовал магнетизм, которым владел странный незнакомец. Во всяком случае, одного из них он загипнотизировал. Ибо Хорн Фишер свалился в кресло и лежал там, свесив ноги и уставившись в пустоту, а маг гипнотизировал его, делая пассы, - взмахивая рукавами, как зловещими черными крыльями. Полковник закурил сигару. Воинственный пыл его поубавился, и он, по-видимому, воспринимал происходящее как очередной заскок высокородных эксцентриков, утешаясь тем, что успел послать за полицией, которая прекратит весь этот маскарад.

- Да, я вижу карманы, - говорил между тем Хорн Фишер. - Я вижу много карманов, но все они пусты. Нет, погодите... я вижу один не пустой карман.

В тишине послышался слабый шорох, и маг сказал:

- Можете вы увидеть, что в этом кармане?

- Да, - последовал ответ. - Там два блестящих предмета. По-моему, они из стали. Один - погнут или искривлен.

- Пользовались ли им, чтобы переместить реликвию из подвала?

- Да.

Наступила новая пауза, и первый голос сказал:

- А не видите ли вы самой реликвии?

- Я вижу что-то блестящее на полу, как бы тень или призрак монеты. Оно сейчас вот там, в углу, за столом.

Все молча обернулись, онемев от изумления. В углу, позади стола, на деревянной половице слабо светилось круглое пятнышко. Это было единственное пятно света в комнате. Сигара полковника погасла.

- Оно указует Путь, - вещал между тем оракул. - Духи указуют Путь к раскаянию и побуждают вора вернуть украденное... Больше я ничего не вижу... - И голос постепенно замер в тяжелой тишине.

Ее нарушило звяканье металла о дерево. Что-то завертелось и шлепнулось - словно на пол швырнули полупенсовую монету.

- Зажгите свет! - воскликнул Фишер довольно громко и даже весело, вскакивая на ноги с необычной для него резвостью. - Мне нужно уходить, но я все-таки хотел бы взглянуть на нее... Я ведь для этого и пришел.