Наваждение. Проклятые элохимы - Караюз Алина - Страница 6

– Прошу за мной, эрна, – Хлоя направилась вверх по лестнице на третий этаж.

Очнувшись, Айна поспешила за ней.

Поднимаясь вслед за горничной, она сверлила взглядом ее спину, а на языке крутился вопрос. Не выдержав, все же спросила:

– Хлоя, ты давно здесь работаешь?

– Уже год, эрна.

Голос горничной звучал сдержанно и отстраненно.

– И как тебе?

Айна едва успела затормозить, чтобы не уткнуться носом в грудь Хлои. Потому что та резко остановилась и обернулась.

– Нувэр Хассель не одобряет общение прислуги с гостями.

Сказала сухо, отрывисто.

– Прости, – Айна послала ей нервную улыбку.

Но та уже не смотрела. Молча вошла под арку с орнаментом и направилась по коридору к третьим дверям от лестницы.

Айна поспешила за ней, не забывая подмечать все, что находилось вокруг. Резные панели на стенах, пилястры, облицованные яшмой и бирюзой, толстый пушистый ковер, идущий вдоль коридора. Коридор заканчивался французским окном, сквозь которое сейчас виднелось ночное небо. Черное как агат, с яркой россыпью звезд.

– Ваша спальня, эрна, – Хлоя распахнула перед ней дверь из светлого дерева. – Здесь вы найдете все, что может понадобиться для сна.

– Спасибо.

Пока горничная говорила, Айна перешагнула порог.

Комната встретила ее нежным голубым сиянием. Здесь все было выдержано в сине-голубых тонах: и шпалеры на стенах, и ковер, и мягкая мебель. Даже плафоны на бра и покрывало на широкой кровати. Над панорамным окном паутинкой примостился ламбрекен из голубого шифона. Напротив него голубела рифленым стеклом дверь в ванную.

Айна завороженно вздохнула. Эта комната походила на жилище сказочной принцессы и имела мало общего с теми местами, в которых ей обычно приходилось ночевать.

– Если желаете, – продолжала Хлоя, стоя в дверях, – ужин вам подадут через час. Завтракать нувэр Хассель предпочитает в одиночестве, но вы можете спуститься утром в столовую. Кухарка приходит к шести утра.

– Нет, ужин не нужен.

Айна сбросила тапки и с наслаждением ступила на пушистый ковер. Ноги по щиколотку утонули в дымчато-синем ворсе.

«Завтракать предпочитает в одиночестве», – пролетели в голове слова горничной. Уж не намекает ли она, что незваной гостье лучше убраться до завтрака?

– Есть только одна убедительная просьба, – добавила Хлоя.

– М-м-м? – Айна блаженно зажмурилась.

Ей захотелось прогнать горничную, раздеться догола и лечь на этот ковер.

– Закройте двери на ключ и не выходите из комнаты с полуночи до пяти утра.

– Могу я узнать почему?

Хлоя поджала губы, глядя на гостью с явным неодобрением, но потом все же пояснила:

– Ради вашей безопасности. Нувэр Хассель не отвечает за жизни тех, кто бродит по дому в это время.

Айна поняла, что больше ничего не услышит. Но и этого было достаточно, чтобы она насторожилась. Вряд ли Хлоя станет пугать ее без причины.

– Хорошо. Обещаю, что до утра даже носа не высуну в коридор.

***

Оставшись одна, Айна первым делом заперла дверь на два оборота и оставила ключ в замочной скважине. А затем обыскала комнату на предмет скрытых камер и всякого рода жучков. Может, это и паранойя, но она не раз спасала ей жизнь.

Ничего не найдя, девушка подошла к окну и изучила открывшийся вид.

К ее досаде окно выходило на ничем не примечательный заснеженный пустырь. Кое-где темнели хрупкие елочки, а дальше, сливаясь в сплошную мглу, начинался еловый бор. И ни малейшего намека на забор или охранный контур.

Значит ли это, что владения нувэра Хасселя простираются далеко за границы двора?

Прижавшись лбом к прохладному стеклу, Айна постаралась рассмотреть, что находится под стеной дома. Ей показалось, что внизу что-то шевелится. Но там был только снег, а еще узенькая дорожка, по всей видимости, протоптанная прислугой.

Закончив осмотр улицы, она осмотрела раму. Та оказалась совершенно глухой. Только сверху открывалась узенькая фрамуга, но лезть в нее и прыгать с третьего этажа – самоубийство.

Разочарованно вздохнув, Айна направилась в ванную.

Здесь тоже царили оттенки голубого и синего. Мраморная плитка на полу и на стенах была цвета лазури. Сама ванна из голубого фаянса – круглая и такая широкая, что в ней с легкостью разместилось бы четверо взрослых мужчин. Такая же раковина и унитаз. Только латунные вентили золотились, выделяясь на общем фоне.

Айна пробежалась пальцами по лавандовым полотенцам, сложенным на полке аккуратной стопочкой. Тронула василькового цвета халат из толстой уютной махры. И замерла, восхищенно уставившись на целую батарею из баночек и бутылочек, которые выстроились у зеркала.

Медленно, боясь спугнуть волшебный момент, она взяла в руки одну из них и открыла. Поднесла к носу и, закрыв глаза, вдохнула душистый аромат.

Яркий мандарин… Тимьян… Орхидея… Капля терпких древесных нот и сладкой ванили…

Голова закружилась от нахлынувших ощущений. Вспомнился мягкий голос Хасселя, прикосновение его рук, холодящая кожа перчаток…

Околдованная запахом духов и собственными мыслями, Айна распахнула ресницы и уставилась на свое отражение.

Светлые волосы рассыпались по ее плечам, подчеркивая яркие пятна румянца на скулах и лихорадочный блеск потемневших глаз.

Она облизала пересохшие губы. Стеклянный пузырек выскользнул из рук и ударился о раковину.

Наваждение схлынуло.

Черт возьми, что она делает?! Неужели забыла, кто она и кто хозяин этого дома?

Девушка потрясла головой, возвращая ясность сознанию, поставила пузырек с духами на место и включила воду.

Определенно, ей стоит принять холодный душ, чтобы выбросить из головы всякую ерунду. Пять минут в обществе элохима – и она уже готова бежать за ним как собачка, смотреть на него, ловить каждый взгляд и капать слюной.

Эти твари умелые манипуляторы. Знают, чего ты хочешь, и дают тебе это. Сколько женщин прошло через крепкие руки нувэра Хасселя?

Последняя мысль разозлила Айну. Схватив мочалку, она начала с остервенением тереть себя, будто хотела вместе с кожей смыть следы его прикосновений.

Хватит думать о нем. Нужно решить, что делать дальше.

Общение с элохимами это своего рода наркотик. Некоторые люди привыкают к нему с первого раза, особенно женщины, у некоторых вырабатывается иммунитет.

Айна редко сталкивалась с элохимами так близко, как сегодня. И всегда эти встречи обходились без последствий. До этого дня она была уверена, что у нее есть иммунитет к притягательности этих существ. Но теперь уверенность ослабла.

Быстро сполоснувшись, она энергично растерла тело полотенцем и запахнула халат. Схватила в охапку свою одежду и вышла.

Глава 5

В комнате ждал сюрприз.

На кровати голубела ночная сорочка из тонкого льна, отороченная шелковыми лентами. Принести ее никак не могли, дверь была закрыта на ключ. Значит, лежала здесь, когда Айна вошла. Просто она ее не заметила сразу.

И тут же возникла новая мысль: все это слишком чудесно и потому подозрительно. Зачем в доме нувэра всегда готовая комната с женскими принадлежностями? У него часто бывают гостьи? Чем они занимаются? А главное, в каком качестве здесь она?

Думать, что он впустил ее из жалости, глупо и опрометчиво. Элохимы могут испытывать к людям страсть и влечение на уровне тела. Но не жалость или сострадание. Они могут вожделеть понравившихся женщину или мужчину. Но испытывать что-то глубже сексуального голода – никогда.

Покрутив в руках сорочку, Айна брезгливо бросила ее на ближайшее кресло. Туда же полетел и халат. Она торопливо влезла в свою футболку и задумчиво прикусила ноготь большого пальца. Дурная привычка, от которой никак не могла избавиться.

Часы на прикроватной тумбочке показывали без четверти полночь. Значит, она провела в этом доме почти три часа и даже не заметила, как бежит время!