Дело всей жизни (СИ) - "Аксара" - Страница 245

— Это если «Рэндольф» один, — возразил Шэй. — Если у Биддла действительно целая армада, то ему не удастся пройти незамеченным, мы обязательно столкнемся.

— И я даже не знаю, хочу ли с ним сталкиваться, — пробормотал Коннор.

Мистер Кенуэй оперся на перила, вытянулся, прищурившись, а потом и усмехнулся:

— Тебе не хочется уничтожить еще одного тамплиера? Прямо даже не верится.

Коннор недовольно поглядел на отца:

— У нас полные трюмы. Мало того, что драться будет сложнее, так я еще и не могу рисковать. Мы в незавидном положении — я не брошу корабль ни при каких обстоятельствах, и если Биддлу это станет известно…

— Наверняка станет, — безжалостно бросил Шэй. — Местные, которых мы расспрашивали, слишком боятся его, чтобы что-то скрывать. А мы приметные, да и «Аквилу» не спрячешь.

— Мерзавец, — угрюмо буркнул мистер Кенуэй.

— Он-то мерзавец, но и мы хороши, — справедливо вздохнул мистер Кормак. — Когда мы рассуждали, как он распорядится адмиральским званием, он уже держал в страхе неплохой кусок побережья. Я торчал в Нью-Йорке, а ты по своим каналам тоже ни черта не проверил.

— Всю жизнь так! — в сердцах высказался Хэйтем. — Все приходится до галочки проверять самому!

— А что не так? — полюбопытствовал Коннор. — Это ведь и есть обязанности великого магистра, разве нет?

Хэйтем посмотрел на него свысока:

— Ты будешь давать мне советы, как управлять Орденом, ассасин?

— Да нет, — Коннор говорил серьезно, но в голосе его прозвучала едва уловимая ирония. — Тебе, конечно, виднее.

«Аквила» действительно шла медленно. То есть любой опытный моряк бы сказал, что она идет очень неплохим ходом, но по сравнению с теми возможностями, что были у ненагруженного судна, разница была колоссальна. Матросы, на взгляд Шэя, окончательно разленились, и один из парней неспешным шагом вразвалку добрался до капитанского мостика и крикнул:

— Кэп, впереди что-то есть! До того, как мы обошли скалу, на горизонте был чей-то парус!

Мистер Кормак недовольно пошевелился и пробормотал себе под нос:

— Он бы еще завтра с этой новостью пришел.

— Пойду проверю, — Коннор передал Шэю штурвал и сбежал вниз, на ходу вынимая из кармана подзорную трубу.

Мистер Кормак видел, как сын застыл на баке, напряженно вглядываясь вдаль, и пожал плечами — скала закрывала обзор, многого не увидишь, к тому же, уже начинало вечереть. Однако Коннор замер, вгляделся куда-то и довольно резко спрыгнул с бака на полубак. И направился к мостику едва ли не бегом.

— Что ты увидел? — требовательно спросил Хэйтем.

— Там! — неконкретно выдохнул Коннор, но быстро поправился. — Ничего не видно, но я видел, как разлетелись чайки, а это значит, что за скалой кто-то есть.

Шэй оценивающе оглядел местность и напряженно высказался, возвращая штурвал:

— Плохо. Кто пойдет за скалой, когда можно куда удобнее ее обогнуть? Либо мы наткнулись на контрабандистов, либо тот, кто за скалой, по нашу душу.

— Предлагаю… — начал было Коннор, но сам себя оборвал и выкрикнул уже в приказном порядке: — Идем севернее, парни! По местам! К бою!

Шэй скептически поглядел на то, как забегали матросы, и заорал, памятуя обязанности старпома:

— Левый борт, гляди в оба! — и гораздо тише насмешливо обратился к сыну: — А если там контрабандисты?

— А если там контрабандисты, будет очень обидно, потому что больше в трюмы особо не влезет, — вздохнул Коннор. — Хотя я их оборудовал, как ты говорил, больше никак нельзя, потому что «Аквила» просто потонет… — и возвысил голос. — Больше парусов!

Шэй уточнил — на той же громкости:

— Брамселя, лиселя!

Хэйтем застыл в своей излюбленной позе — ноги расставлены, руки сцеплены за спиной — и спросил:

— Ты собираешься просто потопить «Рэндольф»?

— Как пойдет, — засопел Коннор. — С грузом у меня особо выбора нет. Или ты хочешь провести еще один абордаж, отец?

— Нет уж, — мистер Кенуэй-старший демонстративно отвернулся. — Мне бы, конечно, хотелось побеседовать с мистером Биддлом, чтобы выяснить обстановку на флоте, но мне что-то подсказывает, что перед смертью он говорить не захочет.

— А тебе не хочется спросить, как он дошел до жизни такой? — уточнил Шэй.

— Нет, — коротко бросил Хэйтем. — Я не спрашивал его, что привело его в Орден, довольствовался словом Черча. Соответственно, не собираюсь спрашивать, что привело его к предательству. Пусть расскажет об этом Черчу.

— «Рэндольф»! — донеслось с левого борта. — Вон он!

Шэй философски вздохнул:

— Значит, не контрабандисты. Может, это и к лучшему.

На палубе зазвенела рында, предупреждая всех о необходимости готовиться к сражению, а Коннор проорал:

— Пушки к бою!

— Зарядить бортовые! — начал отлаженно пояснять мистер Кормак. — Мортиры, фальконеты, ружья Пакла!

Скалу с легким трудом и руганью Коннора удалось обогнуть, «Аквила» вышла на широкую воду, и Коннор мрачно произнес, вглядываясь вдаль:

— Он не стреляет. Но и не удирает — идет не на всех парусах. Головой ручаюсь, какую-то пакость задумал.

— Он нас куда-то ведет, — отрывисто сообщил Шэй. — Лучше его нагнать и вдарить, не дожидаясь, пока приведет.

— Все паруса! — крикнул Коннор — и даже пояснений от старпома не понадобилось.

Матросы, кажется, восприняли всю суровость положения, и кто-то предупредил:

— Будет туго!

— А то я сам не знаю, — пробормотал Коннор.

— Посмотрим, чему ты выучился, — голос Хэйтема прозвучал поддерживающе. — Это уже не прогулка за «Приветствием». Шэй поможет, вместе справитесь.

Потемнело еще больше, и сверху начал накрапывать дождь, пока еще мелкий. Шэй встревоженно глянул на небо — тучи ходили низкие, дождь явно надолго. Хорошо еще, что море не штормило.

«Аквила» разогналась, насколько это было возможно, и расстояние до «Рэндольфа» стало сокращаться. Коннор выправил курс, чтобы идти к фрегату под углом — явно собирался ударить с борта, когда с носа послышалось:

— Линейный!

— Не было печали, — с досадой процедил мистер Кормак. — Чтоб им вечность якорями греметь!

— Отец! — Коннор выдохнул это с натугой, выворачивая штурвал. — Держись, нам действительно будет туго.

— Ничего, я в любом случае разделю судьбу корабля, — ровно отозвался Хэйтем. — Думай лучше о том, чтобы побыстрее с ним разделаться.

— Он не один! — завопили с левого борта. — Целая армада!

Шэй на глаз прикинул расстояние до появившихся на горизонте парусов:

— Хэйтем прав, — произнес он беспокойно. — Действовать быстро — наш чуть ли не единственный шанс.

Коннор услышал — и среагировал:

— Книппели! «Рэндольф» на абордаж, других на дно!

— Достойный внук Эдварда, — хмыкнул Хэйтем.

— И сын Шэя, — кивнул Коннор, хотя не отрывал взгляда от «поля боя». Вдалеке сверкнула молния, раздался глухой раскат грома. Дождь начал усиливаться.

«Аквила» чуть отвернула, отошла на достаточное расстояние от «Рэндольфа», и Шэй нервно дернулся. Самое время для удара, еще несколько секунд — и будет поздно!

— Пли! — выкрикнул Коннор, словно услышав мысли. — Ломай грот-мачту!

Снаряды вырвались и устремились к фрегату очень вовремя. «Рэндольф» явно готовился к бортовому залпу, и Шэй скомандовал:

— Берегись!

Матросы присели и попрятались за фальшборт, но выстрела не последовало — удар Коннора оказался на редкость точен, грот-мачта покосилась и подломилась почти у самого основания. Видимо, для капитана «Рэндольфа» это было важнее, и приказа стрелять он не отдал.

— Мачта рухнула! — восхищенно раздалось с борта.

Это было несколько преждевременно, но она действительно уже начала падать, потянув за собой гирлянду парусов. Парни уже успели повставать и теперь удовлетворенно наблюдали.

— Ну все, — Шэй философски подвел итог боя, состоявшего из единственного выстрела. — Теперь «Рэндольф» никуда не денется. Но лучше отойти подальше, а то вдруг опомнятся и начнут палить…

— Главное, нам теперь на дно не «деться», — буркнул Коннор. — И они подготовятся к абордажу, потому что времени у них теперь — завались.