Дело всей жизни (СИ) - "Аксара" - Страница 139

— Трави линь, разматывай пал, уходит!

Вельбот «поймал» последнюю волну, море успокоилось, но теперь Шэй был всецело занят канатом, который уходил со стремительной быстротой. Куинн, запасной гарпунщик, наддавал жару, линь от трения едва не дымился, а упрямая добыча, похоже, собралась достичь самого центра Земли.

— Давай второй линь, — напряженно скомандовал капитан Кормак, не отводя взгляда от бешено разворачивающихся витков. — Иначе он нас потопит.

— Вот, держите, — кто-то кинул канат, и гарпунщик торопливо обрубил линь у самого пала, затягивая двойным шкотовым узлом.

А едва узел ушел под воду, как бешеное кручение прекратилось, хотя за канат все еще слабо дергали.

— Ух, — раздалось с весел. — Поди, теперь не уйдет.

— Готовься линь выбирать, — хмыкнул Шэй и наконец поглядел на Хэйтема.

Тот молчал, но в его взгляде читалось… что-то странное. Шэй не мог для себя определить, что это, но машинально отвернулся, чтобы не поймать взгляда. Одно очевидно — мистер Кенуэй заинтересован.

Прошло несколько невыносимо долгих минут, пока линь очевидно ослаб. Шэй дал команду понемногу его выбирать и дождался момента, когда туша прошла под водой — глубоко, но различимо.

— Приготовиться! — капитан Кормак занял позицию на носу вельбота, но Куинн его осадил:

— На две трети намотан.

— Вокруг хрена себе намотай! — досадливо выругался Шэй.

С нарвалом в перетягивание каната не потягаешься.

Добыча тем временем, очевидно, несколько успокоилась — и устремилась в противоположную от стоящей на якоре «Морриган» сторону. Расстояние все увеличивалось, а потом канат резко натянулся — и лопнул.

— Порвал, гад, — вздохнули в лодке.

— Далеко не уйдет, — зло откликнулся Шэй и поспешно привязал новый канат к линю. — Да плесните же водой, а то и этот порвется!

Волны мерно покачивались, но затишье было нехорошим, и Шэй точно знал, что в любой миг ситуация может развернуться совершенно неконтролируемым образом.

— Левый борт, — вдруг почти прошептал Куинн. — Гляди-ка, капитан, вода краснеет.

Шэй и сам успел увидеть. Под водой явственно набухало алое пятно, из-за которого на глубине было ни черта не разобрать, но капитан Кормак по тому, как дрогнул вельбот, почувствовал набирающую силу волну и замахнулся, готовясь ударить. Туша всплыла слишком близко, настолько, что Шэй сгруппироваться просто не успел — в борт стукнуло тяжеленным телом, так что крепкие и сильные парни-китобои посыпались на дно лодки, как яблоки в сентябре.

Капитан Кормак отплевался от воды и попытался подняться, а среди команды постанывали и ругались. Но поразило Шэя не это — он отчетливо слышал крепкое словцо, и был уверен, что голос принадлежал не кому-то из его матросов. Просто, видимо, приложило настолько хорошо, что и у великого магистра Кенуэя, кроме как помянуть процесс соития народным способом, слов не нашлось.

Мокрыми в вельботе были уже абсолютно все, и Шэй повел плечами, а потом и велел:

— Вычерпать воду! И не зевайте, где-то он тут ходит…

И тут же увидел где. Ориентируясь исключительно по кровяным пятнам, он проследил за добычей и потребовал:

— Подгребите поближе. Левый кормовой, давай на тридцать градусов вправо.

Вельбот двинулся с места, и Шэй снова приготовился бить гарпуном. Нарвал двигался как-то неровно, но снова начал подниматься к поверхности… Было еще слишком далеко, однако капитан Кормак действительно имел неплохой опыт. Он даже не мог сказать, почему метнул гарпун именно в этот момент, когда на поверхности еще ничего не было видно. Но канат со свистом натянулся, и гарпун вошел в тело кита, как только тот приподнялся над кромкой воды.

Китобои взревели. Нарвал немного подергался, потянул лодку, но шел уже тяжело и довольно медленно. Шэй торопливо потянулся за следующим копьем и услышал вердикт Куинна:

— Сдает. Скоро сдохнет. Давай-ка еще разок, кэп, чтобы наверняка.

— Куда он денется, — и теперь Шэй и впрямь был в этом уверен.

И прицелиться было легко. У Шэя даже нашлось время, чтобы красиво встать на носу вельбота — и красиво поразить добычу. Нарвал судорожно забил хвостом, всплеснул над поверхностью. И замер.

Кто-то похлопал капитана по плечу, звучали поздравления, но Шэй не оборачивался. Спиной чувствовал взгляд — очень внимательный, и знал, что за ним наблюдают.

— Давайте-ка на «Морриган», — скомандовал он. — Каждому по пол-пинты рома!

— Здорово живешь, — обрадовался Куинн. — Пусть теперь остальные корячатся, а мы свое дело сделали.

Шэй, конечно, понимал, что это еще далеко не конец. Чтобы охота была не напрасной, надо в ближайшее время поднять и разделать тушу, что тоже было делом не из легких. Однако уж тут-то и Гист поможет — он очень не любит, когда что-то пропадает зря. Шкура, жир, дорогостоящий бивень, — все это можно было доверить ему без сомнений.

На борту китобоев приветствовали радостными выкриками. Шэй охотно ухватился за руку старпома, чтобы подняться, а потом и сам помог подняться на борт Хэйтему. Мокрым тот был с головы до ног, так что капитан Кормак торопливо велел:

— Подойти ближе и поднять на борт!

— Браво, капитан, — похлопал его по плечу второй помощник. — И отсюда видно, что кит — ого-го. Бочек на двенадцать потянет.

Гист протянул Шэю собственную флягу и добродушно усмехнулся:

— Капитан Кормак на мелочь не разменивается. Если уж кого гарпунит — то так, чтобы добыча ему под стать была.

Шэй был уверен, что Гист это… вовсе не о ките. А потому невольно обернулся на мистера Кенуэя и, отхлебнув, протянул флягу и ему. И Хэйтем, посомневавшись, взял.

— Ну как тебе? — весело спросил Шэй. — Понравилось?

— Сложно сказать, — мистер Кенуэй был задумчив. — Твои умения, капитан, я оценил. Но еще я уверен, что для меня это первый и последний китобойный опыт.

Шэй рассмеялся:

— Когда я впервые косатку загарпунил, то же самое сказал, — он даже подмигнул Гисту, который, несомненно помнил это приключение. — Но потом, знаешь… потянуло.

— Меня вряд ли потянет, — Хэйтем поежился и вернул Гисту флягу. — Я бы предпочел переодеться. И обещание по пол-пинты — это только на матросов распространяется или на пассажиров тоже?

— Тебе — хоть пинту, — фыркнул мистер Кормак. — Идем, переоденемся. Гист, ты знаешь, что делать.

— А то, — старпом удовлетворенно поглядел через бинокль на тушу. — Хорош! И гарпунами ты его не всего истыкал, так что шкура дорого пойдет.

Почти вся команда сгрудилась у левого борта, вылавливая вельбот и любуясь добычей, так что Шэй моментом воспользовался — увел любовника в свою каюту. К тому же переодеться и впрямь стоило. А оказавшись наедине и заперев дверь, немедленно спросил:

— А если всерьез? Ты хотел увидеть меня с гарпуном. Увидел. Нравится?

— Ты обещал ром, — мистер Кенуэй не ответил, и как будто искал предлог, чтобы потянуть время. Но Шэй вопросительно изогнул бровь, и тот сдался: — И мне действительно хотелось это увидеть. Я не остался разочарован.

— Стоило рискнуть шкурой, — Шэй облегченно вздохнул и взялся сбрасывать промокшую одежду. Позже, конечно, будет нужно все это прополоскать в пресной воде и хорошенько просушить, чтобы не давило, и не жало, и тряпки были мягкими…

Хэйтем тоже быстро скинул одежду и посетовал:

— Помыться, я так понимаю, нам теперь до ближайшего порта не грозит?

— Да всего пара дней — и помоемся, — отмахнулся капитан Кормак. — А там дойдем до Сент-Энтони. Или, даже лучше, до Роки-Харбор. Там и таверна есть приличная, и заплатят больше.

Хэйтем не ответил, и Шэй резко развернулся. Мистер Кенуэй, занятый стягиванием сапог, был почти полностью обнажен… и возбужден, это было видно сразу. Почувствовав взгляд, он немедленно вскинулся и, с каким-то ожесточением разувшись, шагнул ближе, почти зажимая у кровати. Шэй сразу почувствовал, как по жилам плеснуло жаром — безо всякого рома, и невольно отступил назад.

— Хэйтем…

— Ты хотел знать, понравилось ли мне? — мистер Кенуэй вскинул подбородок. — Да, понравилось. Исключительно наблюдать, разумеется. Я… почти восхищен.