Счастье - обман (СИ) - Ваганова Ирина Львовна - Страница 31

— Ты от меня вообще больше никогда ничего не потребуешь! Просто не будет такой возможности, — ответила Майра, поднимаясь.

Но Лео шустро выскочила из-за стола и преградила ей путь, упав на колени:

— Не бросай меня одну! Только сегодня! Один совет, потом ухо-голос очухается!

Она вцепилась в подол и ползла за «женой», пытавшейся уйти. Выглядело это комично, Майра не выдержала и рассмеялась:

— Ой, не могу, прости… не могу, но ты так смешно… хы-хы-хы…

Лео поднялась, машинально отряхнула колени и тоже прыснула. Минуты две не могли успокоиться, хохотали, схватившись за животы — даже мышцы свело от смеха. Напряжение ушло, Майра вздохнула, вытерла выступившие слёзы и кивнула:

— Хорошо. Только учти, это реально в последний раз. Потом хоть в лепёшку расшибись…

— Да-да, спасибо, дорогая! — Лео порывисто обняла её и потёрлась подбородком о плечо: — Вчера до ночи ходила с бородой, теперь чешется, сил нет!

***

На этот раз супруга местоблюстителя не принесла с собой вязанье. Не надеялась, что удастся спокойно посидеть, дискуссия обещала быть жаркой, и слова мужа о том, что советники посмеиваются над кружевницей, смутили. Лео попросила сесть в кресло ухо-голоса, давая понять, что миссия у жены вполне определённая и к её словам следует прислушиваться.

Первым взял слово главный советник. Несмотря на высокую должность, говорил он редко, Майра до этого дня не слышала низкого проникновенного баритона и вообще не замечала маленького и совершенно лысого человека с крупным носом и хитро прищуренными глазами, сидевшего на противоположном конце стола. Одевался он обычно в серый сюртук и такие же свободного кроя брюки, но на этот раз вырядился в яркий китель цвета морской волны и не забыл нацепить десяток орденов, своим блеском подтверждавших право их обладателя принимать важные для королевства решения.

Слушали главного советника с благоговением. Никто не смел даже кашлянуть во время его речи. Казалось бы, возразить на высказанные аргументы нечего, надо назначать день коронации — благо срок траура на исходе — и покончить с неопределённостью, раздражавшей не только подданных, но и представителей соседних стран.

После него пожелал высказаться барон Борс, но едва он начал, ехидно посмеиваясь, возражать оппоненту, в совещательную комнату крадучись зашёл секретарь. Он зашептал что-то на ухо главному советнику, поглядывая на местоблюстителя несколько испуганно.

— Что там стряслось? — повторила Майра за «мужем».

Секретарь приблизился и с поклоном доложил:

— Его высочество Нуар желает выступить на совете.

— Нечего ему здесь делать! — прохрипела Лео довольно громко.

Секретарь поклонился и попятился, намереваясь уйти, но возвышавшийся над Майрой Борс остановил его движением руки:

— Простите, ваше высочество, лучше выслушать вашего дядю сейчас, чем узнать о его планах через четвёртые руки.

Советники разом заговорили, высказывая противоположные суждения. Большинство напоминало о том, что его величество Блонд запретил брату появляться в кремле. Трое, включая барона, возражали, предполагая, что Нуар хочет вернуть Хильду — уже никто не сомневался, что исчезновение королевы дело его рук.

— Как думаешь, — наклонилась к Майре Лео, — стоит его выслушать?

Вот когда они обе пожалели, что с ними нет ухо-голоса.

— Лично мне не хотелось бы его видеть, — скривилась принцесса, — но что если твой дядя хочет обсудить условия возвращения Хильды?

Лео кивнула и знаком велела секретарю пригласить Нуара. Советники умолкли и встревожено уставились на дверь, впустившую в совещательную комнату давнего изгоя. Тот — в своём обычном монашеском одеянии — прошёл на середину, быстрым взглядом обвёл сидевших за столом-подковой, на секунду остановился на лице местоблюстителя, потом посмотрел на его «жену» и подмигнул ей, улыбнувшись. Лео сжала в кулаке свою любимую монету так, что едва ли не погнула. Майра опустила голову и закусила губу. Как бы пережить этот позор!

Монах сделал скорбное лицо, входя в роль чёрного вестника. Демонстративно поклонился местоблюстителю:

— Благодарю за позволение выступить на совете. Хотя, смею уверить, узнать о предстоящем событии лучше из моих уст, чем по слухам, распространившимся в городе.

— Каком событии? — спросила Лео.

Майра повторила её вопрос громче, голос предательски дрогнул, пришлось сжать кулаки, чтобы взбодриться и прогнать ненужные эмоции. Нуар кивнул и, отступив на шаг, повернулся к главному советнику:

— Рекомендую воздержаться от назначения дня коронации.

— Почему мы должны прислушиваться к человеку, давным-давно отстранённому от участия в жизни кремля? — хмуро поинтересовался тот.

— У Леота нет права на трон, поскольку он, — узловатый палец монаха ткнул в сторону местоблюстителя, — не принадлежит нашей династии.

— Что за чушь? — прогремел барон Борс. Он привстал и поклонился Лео: — Прикажите вышвырнуть вашего дядю вон, я сделаю это с удовольствием.

Командир охраны тоже поднялся со своего кресла, ожидая команды.

— Не торопитесь, господа, — со смирением продолжил Нуар, — пришло время развеять заблуждения. Леот — не мой племянник, и я это скоро докажу.

Лео нервно почесала подбородок, ничего не отвечая. Майра, на которую устремились все взгляды, звонко спросила:

— Что вы имеете в виду?

— Королева родила сына от любовника, она сама призналась мне на исповеди, думая, что погибнет там, в горах.

— Враньё! — взвизгнув, вскочила Лео, опомнившись, захрипела: — Как ты смеешь прочить доброе имя моей матери?!

Советники осуждающе зашумели, Нуар резким жестом привлёк к себе внимание:

— Прекрасно понимаю, что на слово мне никто не поверит, поэтому пригласил эксов, уже послезавтра они будут здесь. Пусть магия крови нас рассудит!

Местоблюститель упал в кресло и уставился прямо перед собой, больше не реагируя на происходящее. Майра в очередной раз пожалела, что на совещании нет ухо-голоса, он умел озвучивать Лео, даже если она молчала.

— Ну как? — Главный советник вышел из-за стола и замер в шаге от монаха: — Это надо было делать при жизни его величества, теперь поздно. Раз у вас были сомнения, почему не обнародовали их раньше?

— Тайна исповеди, — смиренно опустил голову Нуар. — и я не думал, что брат покинет трон так рано, кроме того, наследником Блонд собирался назначить младшего сына. Как вы понимаете, именно по той причине…

— Это ложь! — теперь уже не выдержала Майра. — Не могла королева изменить горячо любимому супругу, а историю с исповедью вы выдумали в отместку за изгнание!

— Эксы нас рассудят, милая, — слащаво улыбнулся ей Нуар, и девушка неуместно вспомнила, как его потные ладони касались её обнажённых бёдер. Будто проникнув в эти мысли, монах причмокнул губами и как ни в чём не бывало продолжил деловитым тоном, обернувшись к главному советнику: — Блонд умер, но жив его родной брат, как видите. Сравнивать будут кровь Леота и мою.

— В этом нет необходимости, — Майра, видя, как нервно вертит в пальцах монету её притворный «муж», взяла инициативу: — Леот не собирается занимать трон, следуя завету отца, оставляет это право за младшим братом. А вы, чем тратиться на эксов, лучше бы помогли найти её величество Хильду!

Нуар резко обернулся и теперь поклонился девушке, не забыв послать ей сальный взгляд:

— Хорошая попытка. — Теперь посмотрел на присмиревших советников: — Кто поддерживает идею отдать управление страной иностранке? Хильда хоть и прожила здесь больше пяти лет, по-прежнему предана родине. Не будет ли она использовать регентство в ущерб Мэлбутскому кремлю? — Он приблизился к сидящему с опущенной головой местоблюстителю, опёрся на стол и прошептал: — Лучше бы тебе бежать от позора, не дожидаясь эксов. С такой аппетитной жёнушкой и трон не нужен. Впрочем, если оставишь её, я с удовольствием воспользуюсь прелестной попкой. Раз уж в тот раз не получилось.

— Вышвырните его, — прохрипела Лео.

Барон, сидевший ближе других, услышал, вскочил и побежал вокруг стола. Нуар снова подмигнул Майре и попятился: