Приемная дочь Бабы Яги (СИ) - "Meleth" - Страница 36

— Скоро уже Хмурич придет, — задумчиво выдал кот, прекращая вылизывать свою рыжую шерстку.

— Вот именно, — снова вздохнула Златка, прогуливаясь по комнате и одновременно покачивая дочку на руках. — Мне к его приходу хорошо бы успеть собраться.

— Успеешь, — махнул на нее лапкой Терентий и посоветовал. — Иди завтракать, ребенка накорми, а как лешак наш заявится, тогда и собираться будешь.

Совет был здравым. Украдкой глянув на гребень, девушка направилась в кухню, попутно захватив с постели фигурку мишки, чтобы было чем развлечь малышку во время еды. Заприметив в руке матери знакомую игрушку, Василиса протянула ручку, требовательно сжала кулачок и сказала свое веское «у-у-у». Косолапый мишка тут же перекочевал из ладони Златы, в крохотную, но цепкую ручонку Ивушки.

— Гы-ыгы, — сказала медведю малютка и с невозмутимым видом засунула его переднюю лапу в рот.

— Хозяюшка, садитесь скорее, пока все не остыло, — позвала домовушка Бабу Ягу.

— Спасибо, Марфуш! — поблагодарила ее Златослава, усаживаясь на лавку и пристраивая на коленях дочку.

Покормив ребенка и поев сама, царевна все же успела до прихода лешего привести себя в порядок и переодеться, так как после еды дочку стало заметно клонить в сон. Малютка сидела на маминой постели, обложенная с трех сторон подушками и с задумчивым видом изучала разбросанные на покрывале фигурки зверей и птиц. Пока Златка переплетала косу, время от времени косилась на притихшего ребенка и в такие моменты на ее губах расцветала светлая и счастливая улыбка.

Тук-тук-тук. Яга даже вздрогнула, услышав такой непривычный стук в окно Избушки-на-Курьих-Ножках. Закрепив косу простым кожаным шнурком. Злата подобралась к окошку и выглянула наружу. Выглянула и озадачилась увиденным — напротив окна стоял Хмурич, тут же заметивший Ёжку и знаком предложивший ей выйти.

Девушка пожала плечами и озадачилась еще сильнее. С каких это пор леший стал стучать? И зачем ей выходить из тепла Избушки надобно? Ну, если Хмурич просит, значит действительно надо.

Натянув валенки прямо на голые ступни, и накинув на плечи тулупчик, Златослава выскочила сперва в сени, а после и Избушку покинула. На крыльце она замерла и даже рот от удивления приоткрыла. Оказалось, что на полянке перед родимой Избушкой ее дожидается не один леший, а целых два. Один хорошо знакомый Хмурич. второй совершенно неизвестный старичок в клочковатом тулупе, со встопорщенными седыми волосами и бородой. Взгляд непроглядно черных глаз старшего лешего был насторожен и совершенно не замутнен старостью.

— Утро доброе! — вежливо поприветствовала присутствующих Баба Яга, стараясь уж совсем неприлично не пялиться на незнакомца.

— И тебе доброго! — откликнулся Хмурич и без каких-либо предисловий поспешил представить другого лешего. — Это Прокопий, он за лесом по ту сторону болота присматривает.

— Здрава будь, Баба Яга! — произнес леший и поясно поклонился девушке.

— И тебе по здорову! — пролепетала, растерянная и немного смущенная таким обращением, Ёжка. — Рада знакомству с тобой!

— Я чего Прокопия привел, — начал было, но на миг замялся, а потом более уверенно продолжил Хмурич, — тебе ведь давно пора с остальной нечистью перезнакомиться, вот я и решил, что надо это потихоньку делать. К тому же тебе проводник в лесу надобен, а то ты в Сколки, то в Карповку, то еще куда бегаешь, а дорог коротких не знаешь и с лесом пока договариваться не умеешь, тут то Прокопий и поможет. Он тебя и путем коротким проведет, и спрячет ежели что, пока я за Ивушкой приглядываю, а там как Верейка проснется, мы с ним и по очереди сможем тебе помогать.

— Прокопий, а тебе-то это не в тягость? — спросила Ягуся, после слов своего лешего.

— Да какой там! Тягость — придумаешь тоже! — горячо воскликнул старичок. — Да хорошей Яге помочь — это ж первое дело!

— Вот как, — задумчиво вымолвила Злата и, встрепенувшись, повелительно произнесла. — Тогда в Избушку идемте! Мне собраться надо, а вас Марфа пока покормит.

— Яга! — одобрительно произнес Прокопий и, потоптавшись, последовал за уже скрывшейся в Избушке Златкой.

— Яга, — согласился с ним Хмурич и тоже поспешил в уютное тепло, ближе к любимым пирожкам.

Ёжка уже не оглядывалась. Она направилась в спальню, где поцеловала заснувшую на маминой кровати Василису, захватила с вечера собранную корзинку со снадобьями и еще раз проверила ее содержимое. Поразмыслив немного, прихватила с собой небольшой томик заговоров, оставшийся от Яги Аграфены, завернула в шелковый платок и уложила в корзину. Корзинку девушка перенесла в кухню и поставила на лавку возле входной двери, а сама принялась натягивать валенки, повязывать теплый платок и надевать тулуп. Когда со сборами было покончено, оказалось, что и Прокопий с Хмуричем уже успели утолить голод, а Марфа собрать немного еды в дорогу Ёжке и лешему.

С поклоном приняв у домовушки котомку с еще горячими пирожками, Прокопий поблагодарил улыбающуюся Марфушку и последовал за Бабой Ягой вон из Избушки. Спустившись вниз по ступеням, леший решительно обогнал девушку и, заговорщицки подмигнув, развел руки в стороны, словно раздвигая перед собой густые кусты. Златослава недоуменно смотрела на старика, а надо было смотреть вперед, туда, куда смотрел леший, и где закружились в хороводе снежинки, образуя белесый чуть светящийся проход.

— Ой! — тоненько воскликнула царевна, раздумывая, а не присесть ли от удивления прямо в сугроб.

— А то ж! — гордо подтвердил Прокопий, оглаживая растрепанную бороду.

— Это что? — почему-то полушепотом спросила Ягуся, прижимая к груди корзину.

— Ход енто, — улыбнувшись, ответил лешак и уточнил, — самый значится короткий, прямо к опушке перед Сколками выйдем.

— Ох! — еще сильнее удивилась она и тихонечко спросила. — А что Хмурич тоже так может?

— Не-а, — самодовольно протянул Прокопий, снова проведя раскрытой ладонью по бороде, — молодой он еще шоб такие ходы делать. Вот когда пятая сотня минет, сможет не просто с лесом сговариваться и пути срезать, а напрямик ходить.

— Ух, ты! — восторженно выдохнула царевна.

— Ладно, ужо, — махнул рукой чуть смутившийся старичок и шагнул к проделанному им ходу. — Пошли, давай!

Все так же прижимая корзину к груди, Златка кивнула и посеменила вслед за лешим. Очутившись внутри прохода, Яг чуть сбилась с шага и, остановившись с открытым ртом, принялась разглядывать мерцающую белую поверхность. Осторожно протянув одну руку, девушка с благоговением коснулась холодной и рыхлой на ощупь стены.

— Снег, — прошептала Баба Яга, пошевелив пальчиками и с изумлением обнаружив, как мелкие снежинки подаются под пальцами и осыпаются вниз.

— Ягуся, ты там что, потерялась что ля? — крикнул ей Прокопий, уже дошедший до конца прохода.

— Бегу, — отозвалась Злата, со вздохом убрала руку от снежной поверхности и бросилась догонять лешего.

Догнала, отдышалась и с грустью проследила, как проход вмиг опал белым ворохом снежинок. Леший по-доброму улыбнулся и произнес:

— Да, не грусти ты, Ёжка! Назад вертаться будем, снова увидишь.

— Спасибо! — чуть-чуть застеснялась Баба Яга своего почти детского огорчения, когда рассыпался ход.

— Ну, значится прибыли мы, — перевел разговор к делам насущным Прокопий. — Вона они Сколки видны. Иди Ягуся, а я пока своими делами займуся. Как закончишь, иди к лесу, я тебя прямо туточки и встречу.

— А Хмурич мне свистульку давал, — сообщила старичку девушка. — Я свистела, и он узнавал, что меня встречать надо.

— Молодеж зеленая! — хмыкнул с улыбкой леший и, обведя руками лес по обе стороны от себя, назидательно сообщил. — Вона она моя «свистулька» — весь ентот лес и каждая живая душа в нем, к любому потянись и глазами их увидишь, носом почуешь. Будь покойна, Ягуся, когда только к лесу подходить будешь, я ужо туточки окажусь.

— Пойду тогда, — чуть смутившись, пробормотала Златослава. — До встречи!

— До встречи, девонька! — сказал Прокопий, сделал шаг назад и исчез, будто его и не было вовсе.