Путь в стаю (СИ) - Кузнецов Павел Андреевич - Страница 113

— Вик, я спокоен, — с этими словами сильно прижал к себе очаровательную наставницу. — Чувствуешь? Сердце работает чётко. Можешь ещё пульс проверить.

— Тогда чего ты дёргаешься? — не согласилась Викера, отстраняясь и вновь заглядывая мне в глаза.

— Кошка, всё, что сейчас было — детский сад по сравнению с тем, что со мной на протяжении последних двух недель делала Смерть. Или ты не знаешь её наклонностей? Так что какими-то когтями и отбитыми внутренними органами меня не удивишь. Она их порой когтями взрезала так, что едва успевали до регенератора дотащить — ещё чуть-чуть, и всё, истёк бы кровью… Я говорю то, что думаю. Если считаешь иначе, высказывайся. Вот скажи, как будет выглядеть, если Мира начнёт меня давить возбуждением, пока мы будем с ней и с тобой? А? Хочешь сказать, это тебя не коснётся? Поля могут включиться без моего участия. Да и желание что-то делать в таком состоянии у меня может пропасть… Не находишь?

— Ваши разборки — это ваши разборки.

— То есть что бы мы ни решили, отношения с ней пока останутся на особом положении?

Викера отвернулась, вопросительно глядя на Тришу. Сбоку раздалось фырканье Сайны.

— А вы что думали, кошки? Кого к нам в стаю занесло? Думаете, он до нас с Высшими просто так, что ли, спал? Забыли уже, что даже Фрина признала его без пяти минут Высшим дальней разведки? Или он что-то не то говорит?

— Всё он по делу говорит, — весомо припечатала Мисель. — Я его ломать не намерена — это раз. И два — пока не решим внутренние противоречия, ни к чему путному не придём.

— Поддерживаю, — поочерёдно высказались остальные, даже… Мира. Тиш с Викерой также были вынуждены признать мою правоту.

— Как же с тобой тяжело! — вымученно вздохнула Триша. — Я думала, мы сразу наладим отношения… Останется только спокойно идти дальше, тренировать новые тактические схемы… тебя поднатаскать в наших классических подходах…

— Извини, Тиш, — я подошёл и заключил девочку в объятия. — Я, честно говоря, думал, меня не одна валькирия на зуб пробовать будет.

— Значит, ты ждал чего-то подобного? — мне показалось, или в голосе метиллии проскользнуло облегчение?

— Да, конечно. Вы же сильные и гордые девочки. Что-то кому-то могло и не понравиться. Не думал, правда, что кто-то настолько жёстко упрётся… Думал, вместе удастся найти компромисс…

— Леон, пойми: Мира — наша сестра. Мы не можем решать за неё.

— Зато она за вас — может. Если бы вопрос касался только её и меня — думаешь, я бы стал упираться? Ладно, не будем больше дурью маяться. Мои и её отношения — это наше дело, вот и будем с ней всё сами решать.

Триша отстранилась и развернулась к остальным валькириям. Несколько десятков секунд они играли в гляделки, потом метиллия вновь повернулась ко мне.

— Как знаете. Вы будете ночью сами друг с другом разбираться, никто влезать не станет. Ну а остальные… будут драть тебя, Кошак, как получится. Пока не решили ничего конкретного, будет, как в твоём домике. Всё, поехали на полигон. Немного погоняем тебя на тренажёрах, посмотрим, как ты себя покажешь.

Эта поездка разительно отличалась от предыдущей. От эйфории ожидания сказки не осталось и следа — ни у меня, ни у девчонок. Неприглядная реальность спустила всех с небес на землю. Они поняли, что я — мужчина, а значит так, как с новой для стаи девочкой, не будет. Я понял, что в стае разброд и шатание, и она меня пока ещё не приняла, так что и радоваться пока рано. Все старались сохранять бесстрастное выражение лиц, только сидящая рядом Сайна нет-нет, да прохаживалась лежащей у меня на ноге ладошкой по внутренней стороне бедра. Было чертовски приятно, и сильно скрашивало общую неоднозначность ситуации. Пожалуй, эта рыжая оказалась единственной, кто не кобенился и чётко расставлял для себя приоритеты. Мира — это, конечно, хорошо, но на ней свет клином не сошёлся. Есть ещё и Кошак, который тоже свой, как и она. Если градус напряжения скакнёт на новый уровень, Сайна однозначно окажется на моей стороне.

Но вот напряжённое ожидание принесло свои плоды, мы прибыли на точку. Полигон состоял из нескольких закрытых полусферами полей секторов, трёх зданий, явно имеющих ещё и развитую подземную часть, а также открытых площадок — эдаких полос препятствий под открытым небом и без защиты. Здесь явно работали без оружия, либо оружием в его учебном варианте, с ослабленными импульсами. Мы сразу направились к одному из зданий.

Обещанные Тришей тренажёры оказались чем-то вроде капсул полного виртуального погружения. Садишься в такую, и тут же оказываешься на этом же полигоне, только в его виртуальной проекции. Первым делом девочки затолкали меня в броню и принялись тестировать навыки работы с этим творением республиканских оружейников. Навыков у меня не было, от слова совсем. Единственный раз я сталкивался с такой скорлупой ещё на Земле, когда Диана предложила прогуляться на планету с десантом республиканок. Ещё несколько раз приходилось касаться работы с бронёй десанта внешников, в бытность свою в Литании — в порядке курса молодого бойца, устроенного для меня Сержантом. Вот и всё знакомство с тяжёлым вооружением. Нет, вру, ещё я неплохо научился вскрывать его полями. Тут мне навыков было не занимать, но они, увы, оказались не востребованы.

Однако вскоре мои мучения оказались вознаграждены: мы перешли к практической отработке некоторых простейших схем работы десанта. Здесь уже я был самим собой, то есть мечником, и оперировал виртуальными проекциями собственных полей. Не обошлось, конечно, без конфуза, когда система посчитала мои поля недостаточными, чтобы пробить третий энергоплазменный диск подряд. Я даже немного растерялся, ведь в реальности и по пять дисков за операцию выносил. Триша после этого обещала в следующий раз поговорить с техниками, чтобы подкорректировать базовые настройки программы, а пока исходить из общепринятых для мечниц ограничений. На самом деле такие ограничения не были критичны, ведь нам нужно было отрабатывать взаимодействие стаи, а не бахвалиться собственными уникальными кондициями. Просто мне по опыту был привычен совсем другой уровень возможностей. Рита и Тиш согласились, что не для того меня переводили в стаю, чтобы отрабатывать стандартные модели, но, в то же время, я признал полезность подобной практики. В перспективе, когда придётся командовать стаями, знание их ограничений позволит не наломать дров. Мой аргумент не всем пришёлся по вкусу. Та же Мира, да и Мисель весьма скептически смотрели на подобную перспективу. Стереотипы брали своё. Но куда интересней было, что остальные такой аргумент легко проглотили.

До реальной брони мы в этот день так и не дошли, зато девчонки отправили меня побегать по местной полосе препятствий, чтобы проверить на выносливость. Сопровождать меня взялась Мисель, про которую все знали, что она не станет меня ни гнобить, ни трахать, а это, как оказалось, многое значило. На полосе было, где уединиться, котам, бывало, здесь доставалось. Они хронически не могли сдать нормативы, ибо сопровождающие грешили попытками их под шумок отодрать. Это считалось каким-то особым местным шиком. Об этом мне поведала моя сопровождающая — эдак покровительственно, со смешками и намёком в голосе. Я не повёлся, а она не стала наседать. В результате нормативы я сдал, чем здорово повеселил нашу молодёжь в лице Сай и Ди. Они уверяли, что это неправильно, когда кот сдаёт нормативы. Мол, это всё — персональное упущение сопровождающей, и вся стая, если тенденция сохранится, вскоре станет всеобщим посмешищем.

Ну а после полосы препятствий меня отправили в душ. Я думал, встречу здесь Миску, которая попытается наверстать упущенное, но вместо неё, едва разделся, оказался лицом к лицу со своей идейной противницей. Мира стояла напротив, обнажённая и решительная.

— Скучал? — усмехнулась брюнетка, впиваясь в имплант. — На колени, котик! Вылижи мне там всё, да получше!

— Иди ты… — было моими последними связными словами на ближайшие десять минут.

В этот раз кошка работала с имплантом в каком-то ином режиме, не таком предсказуемом. Волны возбуждения сменялись острыми глубокими уколами, после которых хотелось на стенку лезть… Наверное, я бы и лез, но тут накатывала новая волна, меняющая «полярность» восприятия, притупляющая остроту, так что хотелось лишь вжаться посильней в прильнувшую ко мне кошку… Мира, со своей стороны, вовсю пользовалась моей беспомощностью, чтобы крепче прижиматься и немного даже ластиться. Потом, приотпустив, продолжила увещевания.