The chemicals between us (СИ) - "Слэйд" - Страница 4

— Что?

— Не надо в больницу, — уже громче произнес Харгроув и устало откинулся на спинку кресла, смотря прямо перед собой. Было глупо продолжать отказываться от помощи. А все из-за чертовой слабости, холода и разрывающей головной боли.

— Окей, в больницу не поедем. У меня есть аптечка, но я не врач.

Билли посмотрел на него и усмехнулся.

— Нянька без мед.образования? Да на что ты вообще годишься?

Стив хмыкнул и, не ответив, направился к своей БМВ. Пока Харгроув выбирался с заднего сидения и закрывал Камаро, он достал аптечку из багажника и, сев за руль, развернулся в сторону Хоукинса.

Уверенности в том, что Билли сядет к нему в машину не было, но хватать его за руку и насильно заталкивать в нее тоже был не вариант.

Однако дверца все-таки открылась, и Харгроув уселся на пассажирское сидение. Стив бросил на него беглый взгляд и, ненавязчиво сделав печку потеплее, положил аптечку на торпеду.

Радио было выключено. И ехать до тех пор, пока Билли не сотрёт кровь и не осмотрит рану, он, очевидно, никуда не собирался.

— Так что случилось?

— Включи мозги, Харрингтон, — слабо огрызнувшись, Харгроув помассировал переносицу и потянулся к аптечке.

Достав бинт, он рванул край упаковки. Вторая рука потянулась за ножницами.

Стив тихо фыркнул, очевидно оставляя попытки выведать у него хоть что-то. Тем лучше. Говорить совершенно не хотелось. Голова не проходила; боль ввинчивалась вглубь черепа, как сверло. Да и в целом Харгроув чувствовал себя не в своей тарелке.

Взяв полупустую бутылку воды и смочив бинт, Билли повернул к себе зеркало заднего вида. Первое прикосновение принесло прохладу. Затем белая ткань окрасилась красным.

Слипшиеся от крови волосы мешали осмотреть рассечение. Вытирая кожу вокруг и промачивая рану, Билли задевал слабо взявшиеся коркой края, и то и дело морщился.

Благо хоть сейчас Харрингтон не лез со своей помощью.

Несколько алых капель сорвалось на футболку, и Харгроув, открыв окно, раздраженно выкинул в него бинт.

Отрезав новый кусок марли, он открутил крышку на флаконе с перекисью и зубами вытащил пробку. Щедро смоченная ткань прижалась к ране, боль окатила жаром и заколола.

Билли едва слышно зашипел. Затем откинулся на спинку сидения и, запрокинув голову, закрыл глаза.

— Шину разорвало. В жопу, — заговорив, чтобы отвлечься от жжения, он криво усмехнулся. — Налетел на что-то передним колесом.

Не то чтобы он собирался посвящать Харрингтона в детали, но о чем еще поговорить просто не знал. А желания разбираться и спрашивать, какого хера Стив вернулся на данный момент не было. В конце концов, какая разница? Если в нем взыграла совесть или нечто подобное, то Билли это было лишь на руку. Хотелось скорее добраться до кровати, отоспаться часов пять и со свежей головой начать решать проблемы.

Почувствовав, что его рассматривают, Билли скосил взгляд. И, столкнувшись все с тем же раздражающим участием в глазах Харрингтона, остро захотел сказать что-то жалящее.

— Ты до рассвета собираешься торчать здесь или заведешь уже свою клячу?

Закатив глаза, Стив отвернулся к дороге и поправил зеркало.

— Куда тебя везти?

Харгроув назвал адрес, и машина тронулась, набирая скорость.

Асфальт шуршал под колёсами, мотор приятно рычал. Билли отогревался, и его вновь начинало клонить в сон. Но заснуть у кого-то в машине было непозволительно, а потому он упорно держал глаза открытыми.

Тишина напрягала.

Даже не сама она, а то, как четко в ней ощущалось копошение мыслей Харрингтона на тему разговора. Они зудели, шебаршились как тараканы в темноте.

Хочется поговорить? Извини, красавчик, папочка не в настроении.

И почему молчит радио?

Билли раздражённо ткнул кнопку включения.

« — Вы помните эту группу? Я сам видел их дважды в 60-х, когда был ребенком. Мой отец работал в клубе и он проводил меня за сцену, пытаясь расширить музыкальный кругозор…»

Серьёзно? Это последнее, что Стив слушал? Ну и дерьмо.

Переключив волну на рок, Билли расслабленнее устроился в кресле. Тяжёлый металл забарабанил в колонках, гитары завизжали, срываясь на высокие переливы.

Вот. То, что надо.

Однако Стива хватило не больше, чем на минуту. Музыка оборвалась под раздраженным движением, и Харрингтон перехватился обратно за ручку коробки передач, переключая скорость.

Билли это позабавило.

Он повернул голову и с четверть минуты рассматривал напряжённое лицо Короля Стива. Тот, чувствуя взгляд, напрягался еще сильнее.

— Хочешь поболтать о чем-то или не любишь рок? — наконец сжалившись, лениво проговорил Билли.

— Настолько тяжёлый не люблю.

Харгроув усмехнулся.

Он мог развить тему и поболтать со Стивом о музыке, но был слишком сонным и не видел в этом смысла. Если Харрингтону не нравится ехать ни молча, ни под рок - его проблемы.

У Билли были свои и куда серьезнее.

Дом, как и вся улица, спала. Машины Нила не было, значит, в смене ничего не поменялось.

Это хорошо.

Может Харрингтон чего-то и ждал, но Билли вышел из машины молча и направился к двери, не думая о благодарности и мечтая исключительно о том, чтобы скорее оказаться в постели.

***

— Доброе утро, Билли. Есть будешь?

Он не собирался отвечать. Ни в это гребаное утро, ни в какое другое.

— Завтрак на столе.

Даже не взглянув в сторону оставленной тарелки, Билли направился к холодильнику. Отвратительное настроение требовало отвратительных действий.

Достав арахисовое масло и небольшую банку с джемом, он со стуком поставил последнюю на стол. Затем вытащил из пакета несколько кусков хлеба, намазал их маслом, щедро размазал поверху него джем, и, прислонившись поясницей к столешнице, откусил первый кусок.

Жуя и не сводя глаз со Сьюзан, Билли с удовольствием зажмурился. О да, это того стоило! Чертова мамаша уже поджимала губы, но так пока и не решалась ничего сказать.

Зубы снова сомкнулись на тостерном хлебе, и джем закапал на пол.

— Ммм…. – блаженно протянув, Харгроув облизнулся.

Сладкие капли падали на плитку, снова и снова.

Билли стряхнул пальцы, ставшие липкими из-за джема, и потянулся к полотенцу, чтобы вытереться. Бесить кого-то с самого утра было крайне приятно.

О, в глазах напротив появилась явная искра раздражения? Возможно, хоть в этот раз она соберется с силами и что-то скажет?

Но нет…

— Приятного завтрака, — встав из-за стола, Сьюзан как можно скорее направилась прочь.

— Спа-а-а-сибо, Сьюзан! — крикнув женщине в спину, Билли довольно улыбнулся и, стерев с уголка губ джем, втянул палец в рот, обсасывая его.

— Терпеливая дура… — проговорив себе под нос, Харгроув бросил тост в мусорное ведро.

Вернувшись к холодильнику, он достал сыр с ветчиной и быстро соорудил нормальный сэндвич. Несколько укусов и пришлось делать новый. Конечно, можно было заморочиться и сделать что-то по существенней, но время поджимало. Он и так проспал непозволительно долго, потому что не смог заставить себя подняться в шесть утра. Само пробуждение оставляло желать лучшего. Болело если не все, то внезапно достаточно много: голову сдавливал слабый, но неприятный невидимый обруч, шишка пульсировала, на плече разливался синяк. Этого было достаточно для дерьмового настроения. А ведь до возвращения отца еще нужно было разобраться с машиной. И не просто вызвать эвакуатор, а найти и дойти до компании, занимающейся этим, чтобы попробовать на месте договориться со сменой и заплатить лично им, обходя оформление вызова и экономя хоть на чем-то.

Собрав третий сэндвич, Билли только поднес его ко рту, как внезапно снаружи коротко просигналила машина.

Через четверть минуты звук повторился, и Харгроув раздраженно выглянул в окно.

Какого хера? Кого принесло в такую рань?!

БМВ, стоявшая перед его домом, вызывала откровенное недоумение. Этот придурок что тут еще забыл?!

Ночной разговор всплывал очень смутно, Билли едва помнил, как добрался и упал на кровать.