Крутая Бамбина (СИ) - Смирновская Маргарита - Страница 19

Благо, никого не было на встречной полосе. Сергей вырулил на свою полосу и спокойно сказал:

— Вообще-то это твоя прямая обязанность. Вик, странно, что ты не протестуешь и не кричишь своему любимому парню: «Сереженька, да как ты мог подумать? Я только тебя люблю, горячо и нежно!».

— Гущин…

Наверное, глаза у меня сделались злыми, поэтому он быстро добавил:

— Я за рулем! Вика, дорога!

— Не буду я эту чушь нести! Говори с ней сам!

— Будешь и правдоподобно пораспинаешься. Она расчувствуется и выложит тебе все, что ты захочешь, на блюдечке с золотой каемочкой. И не смотри на меня, как на предателя родины. Я коммуникабельности тебя обучаю. Ну, если не поможет, то можешь на нее вот точно также посмотреть и рассказать ей все, что о ней вдова Высоковская щебечет на каждом углу. Уверяю, она не сможет умолчать и что-нибудь да скажет, а ты, балда, запомнишь. Нет, лучше диктофон возьми, а то от таблеток ты склерозом страдаешь…

— Гу-ущин!

Я готова была его прибить. Спасала этого пронырливого журналюгу только роль моего шофера. Если бы моя жизнь не зависела от него, то пристрелила бы на месте его же пистолетом! Но его разве остановишь? Он уже мне выкладывал план разговора, причем, передразнивая голоса: «Милая Таис, умоляю, назови мне имя настоящего убийцы. Ясный, блин, перец, это не твой драгоценный любовник и начальник в одном флаконе! — Ах! А как ты догадалась? — Таис, по вам видно, вы святая! — Ах!».

— Тут она рассопливится и выдаст всю информацию про своего ненаглядного, — закончил паясничать Гущин. — А теперь серьезно: ты пойдешь от имени Высоковского.

— Что?! Да он меня…

— Убьет? Ха! Ничего он тебе не сделает! Вон шкуру подарил, и ты вообще для него типа невеста. Так что, пользуйся положением. Можешь даже у него нормальную машину для меня попросить.

— Ты не обнаглел, а?

— Не-а, я такой с рождения. Привыкай, дорогая, а то свадьба на носу, а ты все в розовых очках ходишь. Кстати, «бэха» за восемь лямов мне вполне подойдет. Цвет сливовый, матовый такой. Только скажи хозяину, пусть покупает в Германии, а не у нас.

Нет, еще слово — и я его пристрелю!

Глава 5.3

К счастью, мы уже подъехали к поликлинике. Выходя из машины, я громко хлопнула дверью. Сережа выскочил следом.

— Родная, ты еще мне свадебный подарок не выпросила, а уже мой «тазик» ломаешь!

— Ничего, ты же шофер, починишь.

— Я — шофер, а не автомеханик. Говорю, у тебя склероз. Надо посмотреть, чем тебя Высоковский отпаивает. А то вдруг от его волшебных таблеточек тупым охранником еще обернешься, что я буду делать с безмозглой женой?

Моя рука уже сунулась к поясу и нащупала рукоятку пистолета.

— То, что ты делал со своими тупыми длинноногими блондинками, — сквозь зубы ответила ему я.

Гущин поднял одну бровь и, смеясь, спросил:

— Вик, а ты, правда, хочешь, чтобы я делал с тобой тоже самое, что и с ними?

Я его убью! Честное слово, пристрелю, как только мы останемся одни!

— Я понятия не имею, что ты с ними делал!

— Да ты меня ревнуешь! — кричал он, догоняя меня по ступенькам клиники. — Хочешь, я тебе расскажу все подробности? Тебе про кого сначала, про Катю или про Лиду?

Тут я не выдержала и прижала Серегу к стене, наставила на него пушку и со всей силы ткнула мушкой в грудь.

— Еще слово про твоих масечек — и я тебя застрелю.

Я спрятала пистолет, пока народ не сообразил, что тут происходит.

— Я тебя тоже обожаю, — прошептал Гущин.

Все же он напугался и даже побледнел. Но когда заметил, что я успокоилась, добавил:

— Ох, какую же я ошибку сделал! Склероз, видимо, поветрием передается. Как я мог забыть, что передо мной нервная, голодная до мужчин девушка, да еще с ранним климаксом! Мне самому надо от тебя защищаться!

Рука снова потянулась к оружию, но Гущин быстро сориентировался и спрятался за угол, растворившись в толпе пациентов.

***

МРТ, эхограмма, невропатолог, окулист… Зачем Высоковский всю эту эпопею затеял? Сам бы попробовал полдня в больнице провести. Я думала, этому не будет конца. Из поликлиники я вышла уставшая, злая, голодная и была готова уже любого убить, кто на меня не так посмотрит. Может, Гущин прав, что от нехватки мужского внимания я уже с ума схожу? Может, правду говорят, что секс полезен для здоровья и психики? И кстати, где этот противный журналюга?

Машина его пустовала. А я вынуждена была стоять на улице голодная и одинокая. В новой шубейке я не мерзла, но страшно хотелось развалиться в кресле машины и посидеть в тишине, может, даже поспать… Вот я обленилась! И размечталась… Разве с Гущиным возможно в тишине сидеть? И где он? Не похоже на него, чтобы он мушки пистолета испугался.

Я нервно достала мобильник и набрала номер Гущина, который почему-то обозначался «Любовь моя Сережка», и на экране появилось его лыбящееся лицо, обведенное розовым сердечком.

— Ну и пошлость! Когда только успел?! — вслух возмутилась я.

Так и хотелось на него плюнуть, только мобильник свой жалко. Мысленно я зареклась обозвать его «Кретин Сережка», фото удалить к чертям, а сам телефон запаролить. Достал уже! Вечно в нем ковыряется!

В мобильнике раздавались длинные гудки, но трубку никто не брал. Я даже начала беспокоиться: не случилось ли с ним чего. В то, что он мог обидеться на меня, я не верила. На него такое не похоже вообще. Я снова набрала его номер, и в этот момент он мой звонок скинул.

— Гущин, ты дождешься, я убью тебя, причем, медленно! — злилась я, глядя на его наглую рожу на экране.

Я снова его набрала. И в этот момент услышала:

— Ну, пришли хотя бы смайлик на мой серебристый телефон!

У кафе через дорогу стоял Сергей с кофе и каким-то пакетом. Он шел и подтанцовывал под музыку из мобильника.

И как его не прибить, а? Поставил на меня такую идиотскую песню. Он реально думает, что я только и мечтаю, чтобы он мне позвонил или написал?

— Чего такая надутая? Не бросал я тебя! Каждую минуту вспоминал железное дуло! — Он протянул мне кофе и открыл передо мной дверь машины. — Я тут покумекал о причине твоего жуткого невроза и сообразил, что у тебя высокая неперевариваемость овсянки. Клянусь, больше я тебе ее не дам!

— Вот уж счастье!

У меня действительно настроение тут же поднялось после этих слов. Или это запах кофе так действует?

— Держи, — протянул мне пирожок Сергей.

В его руках я заметила большущий аппетитный гамбургер.

— Не косись на меня. Я тебя в ресторан свожу. После дела. А пока так пожуем.

Гущин завел автомобиль и повез меня к спорт-центру. Я без всяких угрызений совести перед тренировкой проглотила пирог, запив горячим кофе, и поняла, что этого мне, ой, как мало! Видимо, женихи меня решили недокармливать, чтобы я злой охраной была. Только они меня с бойцовской собакой путают. Я так ненароком людоедом с ними стану и как-нибудь ночью их съем!

Всю дорогу Гущин уже серьезно мне объяснял, как выуживать информацию. Но, перекусив, я расслабилась и просто вырубилась. Не знаю, заметил ли он, что я сплю. Разбудила меня песня Верки Сердючки про тот самый смайлик.

— Гущин, ты идиот! — простонала я. — Нашел что слушать…

— Так я это и не слушаю. Я для тебя, любовь моя, стараюсь, — закрывая за мной дверь, ответил Сережа. — Ты уж там помедитируй хорошенько. А то я, боюсь, так до завтра с тобой не доживу.

— А ты язык проглоти.

Глава 5.4

Тренировки мне поставили ослабленные. Как и говорил Гущин, в основном, все время занимала йога с медитацией, в которой я очень нуждалась. Вот, что мне нравилось там, и будь моя воля — только йогой я и занималась бы! Хотя сами упражнения были, мягко говоря, не из легких.

Вышла я из спорт-центра воодушевленной, готовая ехать с Гущиным хоть в ад. Все мои стрессы куда-то подевались. Увидев меня, Сережа спросил:

— Ты случайно там ни в кого не влюбилась?