Капитуляция - Джойс Бренда - Страница 70

— Прекрасно, в этом мы пришли к согласию, — констатировал Джек и, словно почувствовав, что она не всё сказала, с подозрением сощурился.

Она обхватила себя руками:

— Я рассказала тебе не всё, Джек.

Он взглядом пригвоздил её к месту.

— Что это значит?

Примерно две недели назад, в тот день, когда сюда приезжал Лукас, в этот дом проник посторонний.

— Что-о-о? — воскликнул Джек, и его глаза потемнели. Я собиралась ложиться спать, когда заметила в своей спальне незнакомца. Он схватил меня. И у него был нож, — пояснила Эвелин.

Джек сорвался с кровати, тут же захрипев от боли.

— И ты говоришь мне это только сейчас? — Он явно не верил своим ушам.

Эвелин вспыхнула, а Джек стянул с кровати простыню и обернул её вокруг талии.

— Ну не могла же я лишний раз тревожить тебя, когда ты оказался у моей двери, истекая кровью и без сознания!

Он зловещей тенью навис над ней.

— И что же случилось, Эвелин?

Услышав его угрожающий тон, она задрожала.

— Он поднес нож к моему горлу и сказал, что, если Леклера предадут, мы с Эме за это заплатим.

Джек побледнел.

— А потом он ушел, — дрожащим голосом добавила Эвелин.

Джек резко втянул воздух ртом.

— Нет, поверить не могу, что ты говоришь мне об этом только сейчас! Ты пострадала?

— Нет. Но я очень испугалась.

— И это произошло две недели назад? Какого черта ты не сообщила мне об этом?

— Мы едва ли были в хороших отношениях! — вскричала Эвелин.

— И что из этого? — Джек внезапно схватил её за руку и притянул к себе. — Неужели ты не знаешь, что я всегда примчался бы к тебе, узнав, что тебе что-то угрожает или ты попала в беду?

Эвелин покачала головой.

— Нет. Я этого не знала.

— Так знаешь это теперь! — Джек выпустил её руку и, забыв о боли, стал в гневе расхаживать по комнате.

— Забудь о Фарадей-Холле. Ты едешь в Лондон. У Амелии вот-вот родится ребенок, так что ты можешь остановиться у Джулианны и Педжета.

Эвелин поперхнулась от неожиданности.

— Не могу же я вот так навязываться!

— Зато я могу — и обязательно это сделаю. Роберт не сможет обеспечить твою безопасность, только не в том случае, если что-то случится с Леклером. А у Педжета есть охранники. Да и власти часто караулят дом. В прошлом Доминик был шпионом Питта, поэтому я могу рассказать ему всё. В сущности, я не могу представить себе лучшего, более безопасного места для тебя.

— А как же насчёт Лоо-Айленда? — Эвелин не могла поверить, что осмелилась на такую дерзость, но потом осознала, что просто хотела остаться с Джеком любой ценой.

— Я не всегда живу там, Эвелин. Когда твое домашнее хозяйство будет готово к отъезду?

Эвелин поразилась тому, с какой скоростью развивались события.

— Джек, на то, чтобы подготовить всё мое домашнее хозяйство к отъезду, уйдет несколько дней.

— Соберись завтра, — отрезал Джек. — Даю тебе ещё один день.

* * *

В доме царила суматоха, ведь теперь все, включая Эвелин, в безумной спешке собирали свои вещи. Через день после разговора с Джеком, наутро, Эвелин уже считала, что они будут готовы уехать во второй половине дня. Собрать одежду оказалось самой легкой задачей, но для продолжительного пребывания вне дома требовалось упаковать в коробки личные пожитки, книги и бухгалтерские документы. А ещё в условиях нынешних высоких цен Эвелин не собиралась оставлять и скоропортящиеся продукты.

Лоран съездил в город, и Трим одолжил им свою повозку, так что теперь у них было два средства передвижения вместо одного.

Вернувшись из города, Лоран появился на пороге комнаты Эме.

— Это безумие, — нахмурился слуга. — Должен вам сказать, что кладовые для продуктов почти пусты, а в моей повозке уже не осталось места.

Эвелин улыбнулась, старательно отводя взгляд:

— Вот и замечательно.

Скрестив руки на груди, Лоран воззрился на неё:

— Почему мы так спешим? Что случилось? Почему вы не смотрите мне в глаза?

Эвелин вспыхнула. Она не могла рассказать Лорану, что Джек был шпионом и что ей угрожали его французские союзники. Точно так же Эвелин не могла признаться, что враги Джека могут запросто начать разыскивать его в Розелинде, подвергнув серьезной опасности её и Эме. Эвелин сознательно обманула Лорана, сказав ему, что Джулианна пригласила их провести лето со своей семьей в Лондоне. Лоран был в восторге он обожал столицу, — но потом стал что-то подозревать. Как-никак большая часть представителей света на лето уезжала из города в свои загородные поместья.

— Мне просто показалось, что для Эме будет лучше пожить в такой роскоши. Я не могла отказать леди Педжет.

— Вы провели с ним ночь, — хмыкнул Лоран.

Эвелин напряженно застыла на месте. Джек снова пришел в её спальню прошлой ночью, но Эвелин уже не удивлялась — она ждала его. Не говоря ни слова, Джек заключил Эвелин в объятия и на сей раз не покидал её до рассвета.

— Да, провела.

— Это связано с Грейстоуном, я уверен. Он почему-то отправляет вас в Лондон. Раз его так сильно избили, могу предположить, что он боится своих врагов, ведь так? Но с чего, бога ради, его враги стали бы угрожать вам?

Эвелин резко опустилась на край кровати.

— О, Лоран… Если бы я могла поведать вам его тайны, я сделала бы это. Не могли бы мы на этом и остановиться?

Он уселся рядом с ней.

— Я никогда ещё не видел вас счастливее и никогда не видел вас такой испуганной.

— Вдове не стоит жить одной, только не среди этих безлюдных болот, не с ребенком, только не во время войны.

Лоран взял её за руку.

— О нем ходит так много слухов! Но, думаю, я понимаю, что происходит. Он один из наших шпионов, и французы подумывают хорошенько проучить его или даже убить. А вы теперь — его возлюбленная. Так что и вы можете оказаться в опасности. — Он побледнел. — Мы все можем оказаться в опасности, если он останется здесь с нами.

Эвелин вздохнула с облегчением от того, что Лоран счел Джека британским агентом, но не успела она ответить и успокоить слугу, как в парадную дверь настойчиво постучали. Эвелин встала, гадая, кто же мог нагрянуть в гости, — возможно, это был Трев.

В спальне показался Джек, прошагав из своей комнаты, где он отдыхал. Эвелин улыбнулась, но он не просиял ответной улыбкой, бросившись мимо к одному из окон спальни, В дверь снова заколотили, и Жоли принялась лаять. Теперь стук стал громче и требовательнее. Эвелин поняла, что у парадной двери стоит не Тревельян.

Окно комнаты Эвелин выходило на север, прямо под ним находились подъездная аллея и раскинувшийся перед домом сад. Выглянув в окно, Джек остолбенел.

— Солдаты, — коротко бросил он.

Сердце Эвелин тревожно екнуло. Подбежав к окну, она увидела пятерых кавалеристов в красных мундирах и черных шапках, с мушкетами за плечами и шпагами по бокам. Гнедые лошади под солдатами взмылились и пыхтели. В дверь снова решительно постучали. Жоли принялась надрываться ещё яростнее.

— Кто-нибудь дома? — прокричали из-за двери. — Откройте!

Вне себя от страха, Эвелин подняла глаза на Джека.

— Они здесь из-за меня, — сказал он.

«Его арестуют!» — в панике подумала Эвелин. Но Джек положил руку ей на предплечье, кратко улыбнулся и повернулся к Лорану.

— Задержите их, сказал Джек. — Дайте мне пять минут, а лучше — десять.

— Куда ты? — закричала Эвелин, но он бросился вперед через всю комнату. — Где ты сможешь спрятаться?

Джек не ответил, он уже был в коридоре. Эвелин схватила пистолет, встретившись взглядом с Лораном. Слуга еле слышно произнес:

— Он нашел туннели, мадам, ещё в первый день пребывания здесь.

Эвелин была ошеломлена.

— Он почти всё время был без сознания!

— Он знал, где смотреть, и отправил меня найти их. Один из туннелей ведет к конюшне. А насчёт остальных я не знаю.

Предыдущие владельцы дома пользовались этими туннелями для занятий контрабандой. И понятное дело, Джек знал, где располагаются туннели, — он заблаговременно позаботился о том, чтобы найти пути к отступлению, на тот случай, если когда-либо возникнет потребность спешно покинуть дом.