Осень бедствий (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 31

Валежный.

Илья опустил голову и пошел за ним, словно телок на веревочке.

В канцелярии Валежный налил коньяка в стакан, протянул Илье, сам взял второй.

- Давай, на помин души... хоть и не любил я Петера, а все ж не стоило бы им так-то...

- А как - стоило?

Коньяк обжег горло, хлестнул по нервам.

- Не знаю. Сейчас и не скажешь уже...

- Тогда о чем тут говорить?

- О нас. Русина осталась, даже если Петера нет. И кто-то должен ей править.

- Вы?

Валежный покачал головой.

- Нет. Мое дело сражаться, страну я погублю наверняка.

- Тогда к чему весь разговор, тор?

- К тому, что власть надо брать. Петер успел оставить наследника.

- Что!?

- Это правда.

- И... кого?

- А вот это неизвестно.

И Валежный, и Илья знали, что под этим подразумевается. Пока стоит Русина, пока есть законный наследник - никому другому на ее престоле не сидеть. Погибнут в несколько лет. Вот если бы наследник сам кому престол передал...

Петер отрекся?

На словах-то да. А магия таких вольностей не признает. Император может потерять голову, но не корону. Перед смертью Петер мог передать наследство - так он и сделал, и магия этот выбор приняла. А до того - простите.

В глазах высших сил он был императором, он им и остался.

Илья опустил руки.

- Но если так...

- Скажи, Илья... ничего, что я так? Я тебя лет на двадцать старше...

- Ничего, Антон Андреевич. Все хорошо, - безжизненным тоном отозвался Илья.

- Не хорошо. Но что мы можем сделать - это взять Звенигород под свой контроль. А потом передать власть законному наследнику.

- Антон Андреевич...

- Эти крысы, что сейчас пируют в Звенигороде, как на туше дохлой коровы, добровольно власть не отдадут. Явись пред ними хоть сам Творец, что они сделают?

Илья невесело хохотнул.

- А мы что должны сделать?

- Я еду к войскам. Ты - со мной?

Илья помолчал пару минут. Но - что его ожидало? Анны нет. Сын в Звенигороде, он получил от сестры телеграмму, она собирается уехать в деревню, но чуть позднее. Боится голода, в Звенигороде все же можно достать хлеб, да и ребенок... Георгий достаточно болезненный малыш, врачи и лекарства должны быть под рукой. И потом, все это долго не продлится. Может, пару месяцев, может, год... но не больше, правда же?

Потом народы выберет себе нового императора, и тот будет править разумно и справедливо.

Илья не был пока ни в чем уверен, но ведь такой кошмар не может длиться долго, правда? Да и Звенигород - хорошее место. Столица же!

За сестру он покамест был спокоен.

А самому?

Что его ждет?

Да ничего хорошего, можно даже не сомневаться! Ничего! Либо он переходит на сторону Гаврюши, либо на сторону Освобожденцев, либо - Валежный предлагал третий путь, который позволял сохранить хоть каплю уважения к себе.

Они офицеры!

Они присягу давали...

- Приказывайте, ваше высокопревосходительство, - вытянулся в струнку Илья, давая понять, что беседы «по душам» закончились. - Все исполню.

- Приказ - идти на соединение с семнадцатым гвардейским. Сейчас подпишу приказ, будешь командовать. Оттуда телеграфируешь.

- Куда, выше высокопревосходительство?

- Мне. Я отправлюсь вот сюда, - палец с желтым крепким ногтем ткнул в карту. Здесь стоит Ферейский полк. Мы должны установить контроль над югом Русины. Если получится - можем начинать наступление уже зимой.

Илья подумал пару минут.

- Справимся ли?

- Маловато, конечно. И дезертирует много, и у освобожденцев частей хватает. Но должны справиться.

Илья кивнул еще раз.

- Приказывайте, ваше высокопревосходительство.

- Приказываю. Идти на соединение с семнадцатым кавалерийским, удерживать Подольский округ до моего подхода.

Илье оставалось только поклониться. Коротко, по-военному.

Валежный потратил вечер, разъясняя ему маневр. А когда наступило утро - уехал.

Илья поводил генерала и дал приказ собираться. Выступать.

Сам отправился на гауптвахту - и выпустил Орлова.

- Вы свободны, тор.

За время своего сидения тор изрядно отощал и пообносился, но злости поднакопил - на троих.

- Вы хоть представляете, что делаете, Алексеев?

- Отчетливо, - оскалился Илья. Пока была неопределенность, он и подвис. А когда стало ясно, что делать - сорвался с тетивы, словно стрела. И не собирался останавливаться, пока не напьется крови.

Илья был исполнителем, исполнителем талантливым, но увы - не лидером.

- Его высочество вас в пыль сотрет!

Илья чуть склонил голову.

- Передайте его высочеству мои уверения в совершеннейшем к нему почтении. Обещаю прислать ему самую лучшую ступку - и пестик.

- З-зачем?

- Для личного употребления.

Не обращая больше внимания на титулованного холуя, полковник вскочил в седло.

- Песню запевай!

Тор Орлов скрипнул зубами.

Полк уходил. И явно - на войну. Но куда?

Ох, как же он провалил поручение. Что ему скажет великий князь?

Тор Орлов предчувствовал опалу. А не хотелось, ой как не хотелось...

Жом Тигр в этот момент сидел в вагоне-люкс. И думал, что сюда только сигары не хватает.

Рюмка дорогого коньяка, сигара...

Курить ему не нравилось.

Ну и другие соображения были. Запах табака отлично выдает курящего человека. Некурящий человек его унюхает за версту. Ни к чему...

Табак - это зависимость, а зависимостей жом Тигр избегал всю свою сознательную жизнь.

Насмотрелся...

Впрочем, вспоминать сейчас детство и юность, ему не хотелось. А вот подумать о брате...

Что с ним?

Жив ли?

Хотя сердце покалывало еще вчера. И было, было у Тигра подозрение...

Что ж.

Если брат мертв...

Самого себя Тигр тоже не обманывал. Брат был единственной его привязанностью. Единственным родным и близким человеком, человеком, с которым они прошли через ад каторги, человеком, который полностью его понимал... пусть жестокий, пусть неуравновешенный, пусть хоть какой, но безмерно преданный и отчаянно верный своему брату. А это дорогого стоило.

Тигр прикрыл глаза.

- Жом Тигр...

Услужливый лакей кланялся, и только потому не упал в обморок. Таким гневом и яростью вспыхнули глаза Тигра, которого отвлекли...

- Выйди вон, - голос был холоден и равнодушен. - Выйди вон и не смей входить без вызова.

Лакей вылетел за дверь так, словно за ним настоящий тигр гнался.

А жом вытянулся на мягком диване и нагло скинул ботинки. Не принято?

Так носки меняйте чаще! Или портянки!

Хотя здесь и сейчас - носки. Тигр мог выглядеть как угодно, но сейчас ему хотелось выглядеть аристократом. Дорогой чесучовый костюм, шляпа, которая сделала бы честь даже великому князю, идеально повязанный галстук, сияющие, словно солнце ботинки...

И вагон, которым раньше он пользоваться права не имел.

Мечтать не мог, особенно в свете указа о посконном быдле, которое закрывало крестьянам дорогу к образованию, навеки оставляло в навозе...

Он - имеет и право, и силы, чтобы отстоять свое право. Он зубами его у судьбы вырвал! Из глотки выгрыз!

Но не стоит о грустном. Он - здесь, а его враги...

Их уже нет. И это радует...

Жом Тигр коснулся колокольчика, и когда появился испуганный халдей, приказал принести рюмку коньяка, лимон, графин с ледяной водой и какую-нибудь закуску.

Когда все было доставлено, он запер за лакеем дверь, сбросил пиджак, и улегся на диван. Достал из чемодана книгу и погрузился в чтение.

Да, страшный порок одного из столпов революции...

Он обожал читать.

Причем - все подряд, от текстов статей жома Пламенного, до дешевеньких дамских романов. Обожал читать настолько, что забывал обо всем.

Брат знал.

И еще одним тайным пороком жома Тигра была мечта о собственной библиотеке.

Громадной.

Заставленной книгами от пола до потолка...

И чтобы посреди этой библиотеки стол, кресло - и никто не мешал...