Будем жить! (СИ) - Сердюк Алексей - Страница 120

Насколько я понял обрывочные пояснения старшины – сделано всё так, чтобы з/к, даже вырвавшись каким-то чудом из охраняемого периметра и получив некоторую свободу перемещения, не могли вооружиться ничем серьёзнее автоматов конвоиров, причём с минимальным боезапасом – максимум, один БК на ствол. И пополнить эти ресурсы не могли – просто не имея представления, что и где искать. Нам показали арсенал-обманку, там стояли несколько ящиков с патронами и даже парочка с «лимонками», неведомо-лохматого года производства, но, как объяснил уже другой «гид», замначальника ВЧ «Обманка-3» лейтенант Конеш, Михаил Валерьевич, этими патронами стрелять не получится – сознательно испорчены. Такая предосторожность возникла не на пустом месте, увы… были прецеденты. Нас ушлый старшина поселил именно на территории этой вот «условно-третьей»! Он же и инструктировал нас при размещении:

- Так, бойцы, – Губарев с сомнением осмотрел нашу тройку и вздохнул – вы сами захотели, так что… а-а-а, ладно. Вот смотрите – рядом с навесом для угля, вон, где съезд в хранилище, видите? Ага, там… вон тот сарай должен вам подойти. Ваша машинка как раз войдёт, даже тент снимать не понадобится, там ворота под стрелу экскаватора делали, чтоб влезал без проблем… Идём, покажу, что там и как, заодно сами посмотрите – может, сразу передумаете. – старшина развернулся через левое плечо и затопал по мелкой, измученной автотранспортом травке, которой, за исключением пятачка у пандуса, заросла вся огороженная территория. Эта цепкая и жёсткая, как медная проволока, трава пробивается на любом возможном клочке земли по всей поверхности плато, и огороженная человеческими руками область ею ни в коей мере не игнорируется! Не знаю, почему здесь не растёт привычная «плетёнка»; возможно, состав почвы вблизи серного рудника способствует именно этой разновидности – как на Земле на закисленных почвах, скажем, или наоборот, на солончаках…

Дверь, врезанная в воротину, открывается с изрядным скрипом. Сами ворота, для разнообразия, выкрашены тёмно-серой краской, а не унылой ржаво-коричневой. Внутри сарая – шаром покати, вдоль одной из боковых стенок какая-то полка присобачена (широкая доска толщиной где-то миллиметров семьдесят и шириной не менее восьмидесяти сантиметров), да в торце напротив ворот что-то вроде бытовочки маленькой, и больше ничего, вообще! Ах да, в бетонном полу имеется яма, начинается в метре от ворот и продолжается метров пять, глубина около метра с четвертью, вниз с обоих торцов ведут бетонные же ступеньки, ширина около метра, пустая, как и всё остальное. Такое впечатление, что этот сарайчик не использовался лет… много, хотя, судя по состоянию пола – серая поверхность, покрытая пылью, но нигде не заляпанная ни маслом, ни топливом, ни даже краской – может, и вовсе со дня сооружения. Губарев косится в нашу сторону, но, не видя ожидаемого отвращения, с некоторым удивлением сообщает:

- Вот: то, что вы и просили. Электричество – вон щиток, и розетки на стенах, видите? Воду сейчас проверим, должна быть… сюда делали врезку от основной; горячей нет, а холодная – пожалуйста. – под это бормотание старшина, пройдя вдоль ямы к кандейке в торце этого недогаража, открыл дощатую дверь и, пошарив по стенке, щёлкнул выключателем. В единственном, выходящем в пространство гаража окошке кандейки, загорелся свет. – Надо же, работает? – Губарев и сам, видимо, удивился рабочей лампочке. Весло, хмыкнув, попробовал выключатель у ворот – и под потолком, мигнув, начала разгораться галогеновая полоска. Не то чтобы очень интересно – но сколько лет сюда никто не заглядывал?

В маленькой… пускай всё же считается бытовкой – комнатке квадратов на двенадцать-пятнадцать, кроме покрытого пылью двухъярусного топчана, был выгорожен крохотный совмещённый санузел. Само наличие полноценного унитаза очень радовало – если есть унитаз, должна быть и канализация, к которой он подключён. Наличие умывальника радовало ещё больше, а когда открутили кран – единственный, о смесителе можно забыть – и в металлическую мойку ударил пусть и ржавый, но приличный такой напор… к тому же, на стене я заметил торчащий из какого-то странного бачка распылитель… В общем, День отправился за машиной, Весло и я вслед за старшиной переместились к небольшому холмику у наружной ограды – получать цэ-у и заодно понимание, на что именно нас подписали…

В целом, всё оказалось не так уж печально. Вся проблемная ситуация закручивается вокруг арсенала. По уставным требованиям и просто в соответствии здравому смыслу, арсеналу необходимо обеспечить круглосуточную охрану, а если не охрану, то хотя бы наблюдение, желательно постоянное. Казалось бы, чего проще? Назначай пост, ставь туда бравого часового, да сменяй его регулярно, на такого же… Во-первых, людей в в/ч «Обманка-3» хватает в обрез – только для основных задач, и выключенные из общего расписания как минимум трое-четверо бойцов пробивают солидную брешь в и без того плотном графике; помимо ежедневной охраны з/к на карьере, требуются люди на КПП при въезде на плато, круглосуточно, хотя бы двое-трое (и это как раз далеко не формальный пост!); дежурные на постах по охране самого лагеря, как внешней охраны, так и внутренней – напомню, это ИТЛ, а не пионерский слёт; патрули для контроля местности (этих, в общем-то, катастрофически не хватает перманентно), ну и просто бытовые вопросы никто с военнослужащих не снимал, благо хоть, питание обеспечивается вольнонаёмным персоналом, а вот мойка посуды и поддержание гигиены в столовой – уже не особо… Короче, не до фиктивного в реалиях «Обманки-3» поста – уж если з/к или пришлые агрессоры доберутся до арсенала, это будет означать, что защищать его просто некому, и всё, что останется сделать караульному – это героически сдохнуть при обороне доверенного объекта. Но – устав есть устав!

Во-вторых, само место расположения арсенала делает его одним из наиболее нелюбимых постов во всём лагере. Самая дальняя точка как от столовой (и чтобы попасть в столовую или жилой городок, нам тоже приходится пересекать едва ли не всю территорию «первой» зоны), так и от бытовых помещений (в смысле – душевой и прачечной), зато слишком близкая – как к начальственному оку (административный корпус окнами как раз выходит на «третью зону»), что ещё можно пережить – так и к электростанции, а она здесь комбинированная, угольно-дизельная (в смысле – основной объём электроэнергии даёт ТЭС, котёл малой мощности обеспечивает весь лагерь, а в случае аварии запускается ДЭС), которая к ароматам серного производства добавляет оттенки железнодорожного вокзала времён начала прошлого века… Особено в сезон дождей – когда дым из не слишком высокой трубы прибивается водяными потоками на землю; вокруг котельной грунт после ливней выглядит как твёрдая гладкая поверхность, но стоит наступить на эту корку, как нога проваливается в серую пыль где на пару сантиметров, а где и по щиколотку! Передвижение по угольному складу и прилегающей территории и вовсе уже при среднем ветре может превратить белого человека в натурального негра, не даром окна АБК, если верить внешнему виду, не открывались этак… кажется, никогда.

Ну и, в-третьих, поскольку пост, по мнению как личного состава «Обманки-3», так и его начальства, является «свадебно-генеральским», то с некоторого времени его вообще начали использовать как «штрафной» – для наказаний за не слишком серьёзные нарушения со стороны воинского контингента лагеря! Вроде бы – чепуха, насквозь субъективная, но в армии и не такая глупость может похерить вполне, изначально, здравые требования и задачи… Мы же, во время проживания на территории арсенала (ну, не самого арсенала – над ним, условно говоря, но в чём разница?), автоматически обеспечим милое сердцу старшины соблюдение устава самим своим присутствием, лишь бы хоть кто-то обретался в расположении в текущий момент времени. Не могу сказать, что условия сильно порадовали – особенно близость ТЭС – но альтернативный вариант проживания в контейнере…

А с утра 16-го нас сходу распределили в караульные смены, меня с Веслом в дневную, на охрану рудника, День загремел в вечернюю, карьерно-лагерную… Трёхсменка – стандарт как для РА (не путать с распорядком учебки), так и для многих гражданских безостановочных производств на Новом Мире. В ИТЛ распределение следующее – утренняя смена принимает каторжников прямо у бараков, охраняет при перевозке к руднику и на самом руднике вплоть до приезда смены; второй дежурный наряд, поскольку на них приходится меньшая часть рабочего времени каторжников, почти половину своей смены проводит на охране з/к уже в лагере, что считается наиболее «шаровым» периодом; третий дежурный наряд, он же «ночники», заступает в караулы на тёмное время суток, и до момента выезда в половине седьмого утра машин-клеток к карьеру. График скользящий – дежурный наряд, десять часов отдыха, следующий наряд, десять часов свободного времени, после третьей смены сутки отоспаться/личное время. У нас с Веслом следующая смена – в ночь, мы уже выдрыхлись, День только после ночной, но выглядит бодрячком, у него сутки впереди. На повестке дня – охотничий рейд, совмещённый с патрулированием окрестностей (это скорее замануха для командования). Котам нужно продышаться-пробегаться, да и рацион питания разнообразить очень хочется – кормят тут качественно, но, к сожалению, слишком много консервов в рационе… а запасы заканчиваются!