Мои двенадцать увольнений (СИ) - Комаров Артем А. "КАА" - Страница 96

Встреча с партнерами проходила почти стандартно, немного раздражали снисходительные похлопывания по плечу, но приходилось терпеть, у каждой нации свои привычки. Очередное соглашение подписано, традиционный обед в ресторане с ними. В этот раз обошлось без стеклянных полов и высоты.

Свободное время провели в Китайской парке, умеют же делать, полное ощущение, что ты в Поднебесной. Хотелось только созерцать и медитировать, но вечер напомнил о других потребностях организма.

Кто хуже снисходительных местных? Только наши бывшие соотечественники, и почему они так уверены, что мы жаждем встреч с ними, и что могут, всплакнув о Родине, сесть к нам за столик. Только успели заказ сделать, как привет с отчизны присел к нам, собираясь смахивать скупые слезы сожаления. Ковин быстро решил эту проблему, ужин прошел в теплой, почти домашней атмосфере. У ресторана нас уже поджидала машина странной расцветки, словно кто-то решил ожирафить и без того желтое авто.

Вы когда-нибудь ночевали в зоопарке? А мне пришлось, милый коттеджик на двоих среди саванны, что может быть необычней? Рыки, вой, топот, хруст, свист и прочие звуки живой природы будоражили мое воображение большую часть ночи. А утром… Боже, какая красота, рядом прошел жираф, самый настоящий, и он тут рядом, за тонким едва заметным забором. Вот пробежала антилопа, подошла поближе зебра. Большую часть утра я просто смотрела за всем, что проходит, пробегает, пролетает мимо меня. Рот от удивления у меня не закрывался, я то и дело, как ребенок, дергала за рукав Андрео, чтоб и он увидел очередное чудо природы, что попалось мне на глаза. Шефа больше забавляла моя реакция, чем окружающая красота.

На небольшом автобусе, защищенном по всем правилам, нас отвезли в самое сердце «австралийской саванны», тут даже львы есть. И слоны, идут себе, не обращают внимания на нас, мелких. Сурикатов даже увидела. И вот гепард так бежал, что толком и разглядеть не смогла. Только вот кенгуру мне там не попались, а должным быть на каждом углу же, как у нас медведи.

Ужин с видом на рычащую, свистящую, ползающую, шумящую темноту. Уснула сразу, как только легла. И уже привычный утренний вылет. Буду внукам рассказывать, что была в Австралии, но кенгуру так и не увидела, зато оказалась в саванне. Шир, жди меня, я уже лечу!

Ковин опять делился планами, я все ждала, когда услышу заветные слова, но…

— Как это мы в Хоббитон не поедем?! А как же «Зеленый Дракон», а хоббитсы, моя прееелесть?

— Николь, что Вы там не видели.

— Ничего я там не видела!

— Боже, Николь, Вы иногда ведете себя как ребенок.

Я показала ему язык и отвернулась к иллюминатору. Какая Новая Зеландия без Толкиена?!

По планам Ковина в Окленде задерживаться не будем. Отель с видом на гавань и яхты, у Андрео естественно у меня угловой с видом на другой отель, и слегка, если бы был балкон можно было свеситься, изогнуться и чуток увидеть море. Зато здесь было кафе с террасой и видом за яхты и с нормальным понятным для моего желудка меню — яйца в любых вариациях, омлетик, его и взяла, а странный салат с помидорами, арбузом, шпинатом, базиликом, фетой, оливочками и каплями бальзамического соуса. Странный, но вкусный. И капучино с эклерчиками. Я уже почти не хотела прибить руководство за игнорирование Хоббитона в программе освоения Новой Зеландии.

— Туда мы скоро пойдем, — кивнул шеф на телевизионную башню, — отдохнете немного, и сходим.

Шеф усвистал в спортзал. Где он энергию берет, а?

Ванна это хорошо, немного отдохнуть тоже, а если совместить да с пеной, то вообще шикарно. Никаких встреч, можно и в любимых футболках походить с бриджиками, как раз есть полосатая как тельняшка с якорьками на рукавах. Белые кеды на ноги, косынку на голову, хотела шляпку, но с собой не было. Тряпичная сумка с рисунком из соломки, солнечные очки на нос и вниз, в лобби, ждать шефа. Или шеф уже ждет меня. И где он только эту гадскую рубашку нашел? Не помню, чтоб у него была гавайка.

— Пошли, — только в результате поехали, на такси, что уже ожидало.

Чертов Андрео, он явно неравнодушен к прозрачным полам, а тут еще и у лифта дно прозрачное. Ковин удивленно на меня посмотрел, когда я вцепилась в его рукав.

— Вы высоты боитесь?

— Нет. Просто у меня фантазия больная, я так и вижу, как это стекло покрывается мелкими трещинками и рассыпается под моими ногами, и я благополучно лечу в шахту.

— Тогда мне стоит держать вас крепче, а то улетите вместе с моим рукавом.

Проголодался что ль руководитель? Но мы прошли мимо ресторанов.

— Вид чудесный.

Только вот зачем чтоб им полюбоваться, меня в странное одели и карабинами пристегнули и шлем выдали?

— И не только вид.

— Готовы?

— К чему?

— Прыгать будем.

— Что будем?

— Прыгать вместе с Sky Tower.

— Вы спятили?

— Нет. Ники, давай уже иди, не задерживай народ.

Какой народ? Еще четыре самоубийцы рядом с нами и все. Черт бы тебя побрал, Придурковин. Если я не расшибусь в лепешку, придушу. Мамочки!

Жива! Не расшиблась! Земля, как же я тебя люблю!

— Еще раз?

— Нет.

Ковин вот правильно подальше встал, а то страховочным тросом придушу ненароком.

— Сколько же Вы ругательств знаете.

— Это еще не весь запас.

— Надо выбрать башню повыше, чтоб узнать весь запас.

— А Вас не пугает, что будет, когда слова закончатся, то я перейду к действиям?

— Пугает, еще как, но кто не рискует…

— Тот доживает до старости.

— Надо где-нибудь поесть.

— Желательно не выше второго этажа.

— И все же, Вы боитесь высоты, Ники.

— Нет. Была и выше этой башни.

Летала с отцом, когда-то очень давно, в моем счастливом и безоблачном детстве. Высота только для нас, наша тайна, мама бы ругалась. Старая боль выползла и ужалила, столько лет уже прошло, а мне его все равно не хватает. Мне нужна минута, чтоб собраться, чтоб привычно улыбаться, отбиваться. Но сначала надо взять себя в руки. Но чужие руки взяли меня и прижали к шефу.

— Прости, Ники, не хотел тебя напугать.

Да не напугал ты меня, просто иногда бывают мгновения незащищенности, а сейчас мгновение затянулось, мне проще справляться в одиночестве, а когда кто-то рядом пытается поддержать и утешить, так соблазнительно позволить себе раскинуть и поплакать. Но я не могу себе это позволить.

— Мы собирались есть, Андрей Владимирович.

— А голод единственное, что может Вас пронять.

— Да.

Небольшой ресторанчик, кухня в основном напоминала английскую, для островного государства здесь очень мало рыбных блюд в меню, но я их нашла. В гостинице заказала себе послеобеденный чай, был вариант с шампанским, но пока меня больше прельщали пирожные в этом пакетном предложении стоимостью больше моих суточных, прыжок с небоскреба все же надо компенсировать. Разнообразные маленькие десертики на фарфоровых тарелочках, вот профитролька, вот суфле, вот даже не знаю что, но вкусное.

— Собрались?

Вот принесла нелегкая, у меня еще не все Пироженки усвоились, чтоб его не прибить случайно за «развлечение».

— Да.

Через полчаса уедем. В очередной отель с видом на горы.

Камин здесь только для красоты, в номере было тепло, из открытого окна долетал запах хвои.

Спалось великолепно, еще бы шеф утром не разбудил, абсолютно нагло уселся на мою кровать с чашкой кофе и стал про планы рассказывать, слушала невнимательно, меня больше волновала торчащая из-под покрывала нога, не слишком ли сильно, и даже хорошо, что спала на животе, спина прикрыта волосами, вот если бы наоборот, но еще не факт что было бы, чем прикрыться. Буду спать в пижаме!

— Андрей Владимирович, валите из моего номера!

Смеется гад, сейчас дотянусь до лампы на тумбочке, и полетит в него абажурное нечто на кривой ножке.

— Не долетит, там надо из розетки выдернуть. Жду на завтрак. Кафе на крыше, а то еще уйдете не туда.