Оставить на память (СИ) - Ласс Лина - Страница 18

Он, голливудская кинозвезда, и она, жена российского чиновника. Да что могло свести их вместе? Они оба из совершенно разных миров. Генри, не смотря на всю свою известность по сути оказался обычным парнем, в поведении которого она подметила простоту, свойственную для деревенских жителей. И она, выросшая в интеллигентной среде среди искусства и театра, возвышенная, но никому не известная.

Что, если дать себе небольшую передышку? День или два вдали от него подскажет ей, что она чувствует на самом деле. И тогда пан или пропал — либо она окончательно отстранится от него либо кинется в омут с головой, а там будь что будет. Это решение немного охладило её пыл, помогая прийти в себя. Ника даже почувствовала облегчение, отпуская эту непростую ситуацию, в которой оказались оба.

Поглощённая своими мыслями, Ника поначалу не заметила фигуру, топчущуюся возле её хижины, и вздрогнула, когда услышала, что её окликнули по имени:

— Ника!

Поначалу она оторопела, вновь ожидая наихудшего расклада, но тут же расслабилась, узнав свою близкую подругу. Анна была как всегда элегантна. Белый плащ, высокие сапоги, светлые волосы уложены волнами — она смотрелась как пришелец с далёких миров на этом острове. Ника кинулась ей в объятия, не давая себе думать о плохом. Её тут же окутал аромат дорогих духов. Анна обняла её, крепко прижав к себе и тут же почувствовала как Ника вздрагивает от рыданий. Анна отстранила от себя подругу и грубо встряхнула её за плечи.

— Где тебя носило? Я здесь уже больше часа! Тебя нет, телефон выключен, никаких признаков, что ты вообще с последнего звонка была здесь. Знаешь, что я подумала?

Ника не могла произнести ни слова. Противоречивые чувства сейчас затопили её с головой. Она была безумна рада видеть свою подругу, но и боялась того повода, по которому она могла здесь появиться.

— Я уже думала вызывать полицию с собаками искать твоё бездыханное тело! — Анна снова обняла Нику, уже с облегчением, давая подруге вдоволь нарыдаться. Немного успокоив её, она завела её в хижину, дверь которой Ника так и не заперла, уходя вчера из дому.

— Гуляла? Так рано? Камин холодный. Ты не топила его пару дней. Хочешь помереть от холода, дурёха? — как всегда серьёзная Анна, села рядом с Никой, выслушивая её нелепые выдумки. Как она могла объяснить то, где её носило ночью? "Знаешь, тут на острове живёт известный актёр, и я вчера переспала с ним. Вот так, просто!" Анна бы только покрутила у виска. Нет, Генри останется её тайной, её личным секретом, таким же как и потеря ребёнка.

— Почему ты приехала? Что-то случилось?

— Случилось. Ты отключила мобильный. Пришлось срочно лететь к тебе. У тебя есть полчаса, чтобы собраться. Нам надо успеть на ближайший рейс в Москву.

— Что… — губы Ники похолодели в ожидании самого худшего.

— Его арестовали. Сразу после того как я позвонила тебе. И дело очень серьёзное. Я думала, что на него завели дело по хищению в особо крупном размере. Но всё гораздо серьёзней. Его также обвиняют в организации заказных убийств.

Ника почувствовала слабость в ногах и опустилась на ближайший стул.

— Он искал тебя не только для того, чтобы вернуть. Всё, что у него есть, он может потерять. Сейчас дом, квартиры, счета — всё арестовано. Он планировал переписать всё на тебя и держать под контролем в случае ареста, но, слава богу, не успел.

— Но почему я должна…

— Ника, ты можешь пойти как подозреваемая в соучастии. Прокурор Артемьев парень серьёзный, вцепился в твоего Влада как акула в мясо — видимо есть распоряжение сверху довести дело до конца. Если не явиться к нему с объяснениями в ближайшие… — она посмотрела на наручные часы, — тридцать шесть часов, боюсь он возьмётся и за тебя. Тогда тебе уже отпетлять не получиться. Надо идти с ним на сделку. Сдашь этого урода с потрохами, благо что дерьма не жалко. Расскажешь всё, что знаешь. Конечно, что ты там знаешь? Но все имена назовёшь, все даты вспомнишь. Ты же от него никому конверты в руки не носила?

"Организация заказных убийств", "подозреваемая в соучастии"… Ника почти не слышала Анну. Её голову будто окутала вата, сквозь которую пробивался голос её подруги, в ушах стучала кровь, а комната начала кружиться.

— Ника! Ника! — Анна снова схватила её за плечи. — Слышишь ты меня? Не отмоешься ведь.

— Нет… нет, он меня к своим делам и близко не подпускал, — тихо произнесла Ника.

— Хорошо. — Анна чуть успокоилась, но тут же строгим голосом, который отрабатывала на должности юриста, произнесла, — У тебя уже двадцать пять минут. Нас у пирса ждёт человек, который меня привёз. Пакуй свой чемодан, а сувениры купим в аэропорту.

Ника медленно поднялась, вынула из-под кровати чемодан и почти не глядя начала закидывать в него свою одежду. Анна подскочила к ней, помогая собраться.

— Кстати, миленько у тебя здесь, — она обвела комнату взглядом. — Гляжу, начала опять рисовать. Это хорошо, это правильно. Вот засадим этого козла, через суд тогда разводиться не понадобиться. Станешь свободной женщиной, снова вернёшься к любимой работе и… ты чего?

Ника застыла над чемоданом с перекошенным лицом. Из её глаз текли настоящие ручьи слёз. Она сама не понимала, что происходит с ней. Она ненавидела Влада. Он лишил её всего, что она любила — работы, общества друзей, свободы… ребёнка. Она бы многое отдала, только чтобы увидеть его за решёткой. Но сейчас на неё нахлынули воспоминания совершенно иного толка. Она вдруг вспомнила как он был внимателен к ней, нежен. Сейчас в голову лезли только приятные воспоминания — их свидания, признания в любви, свадьба… Она даже не думала, что такие ещё остались, ведь последние полтора года Влад вызывал в ней только страх. И сейчас это разрывало её пополам.

— Аня, его правда посадят? — пропищала Ника, хватаясь за грудь. — Я не смогу… как же? Ведь…

— Тебе что, жалко его? Ника, ты в своём уме? — Анна уже почти кричала. — Да я видела тебя затравленную как мышь, боящуюся в его присутствии что-то сказать. Видела твои синяки. И тебе его жалко? Пожалей себя, дурёха. Ты станешь свободна, начнёшь с чистого листа, закопаешь прошлое глубоко-глубоко. Вернёшь свою жизнь, Ника! Свою!

Видя бесполезность нынешнего состояния Ники, Анна управилась с вещами сама, затолкав в чемодан всё, что показалось ей нужным. Паспорт, телефон и оставшиеся деньги, она сложила в рюкзак и навесила его на Нику, которая пребывала в каком-то трансе.

— Так, свитера эти оставим, они тебе не понадобятся. Ну, рисунки, думаю, тоже. Ты себе ещё накалякаешь. Поживёшь у меня пока. Мы с Павлом сделали паузу, он уехал к маман в Питер, так что никто нам мешать не будет. Слышишь ты меня? Ты где? — Анна помахала перед застывшим лицом Ники руками. — Соберись, дурёха. Ты мне сейчас ой как нужна.

Ника встрепенулась как ото сна:

— Что значит "сделали паузу"? Вы разошлись? — она зацепилась за эту внезапную новость как за соломинку, чтобы отвлечь себя от мыслей, толкавших её к обрыву отчаяния.

Анна подхватила чемодан и подтолкнув Нику к двери сказала:

— По дороге расскажу. А сейчас выметаемся.

На пирсе их действительно ждал человек — старый рыбак, которого Ника уже видела в городке. Он на ломанном английском спросил, всё ли хорошо, а Анна ему ответила уже на норвежском. Нику пронзило холодом, когда она услышала английскую речь. Второпях, находясь в шоковом состоянии, она даже не подумала о Генри. Он ведь даже не знает, что она уезжает! В её хижине было полно бумаги, на которой можно было оставить записку, хотя бы написать "прощай". Она сейчас уедет, а он даже не узнает, что стало причиной её быстрого бегства. Ни номера телефона, ни адреса — она не оставит после себя ничего.

— Генри, — прошептала Ника и обернулась к острову. Она погасила внезапный порыв бросить подругу и бежать к нему, чтобы объясниться. Надо успеть вернуться в Москву, чтобы не стать подследственной. Но даже тогда наверняка её попросят не покидать страну. Сколько это может занять времени? Недели? Месяцы? Годы? Будет ли он здесь, когда она сможет вырваться? Конечно нет. Но она найдёт способ связаться с ним. Должна! Просто чтобы он не чувствовал, что она предала его, не пояснив причины своего исчезновения. Она проглотила комок в горле и стряхнула слёзы обиды. Развернулась к лодке, где ждали только её, и шагнула на борт.