Ты - часть сердца (СИ) - Пантелли Дж. Дж. - Страница 34

— Она появилась ниоткуда. Черная BMV. Лукас просто не успел среагировать. Черт, да никто бы не успел!

— Ты уверена? Черная BMV? — переспрашиваю я, и у меня не остаётся сомнений о виновнике аварии.

Девушка согласно кивает.

— О чем она говорит, Эйден? — голос Эштон застаёт меня врасплох. — Ты что-то знаешь об этом, да?

Я поднимаюсь и подхожу к девушке. Хочу обнять её, но Эштон делает пару шагов назад.

— Что происходит, Эйден? Что это за черная машина?

Она выжидающе смотрит на меня. Я шумно вздыхаю. Черт, только все стало налаживаться. Грёбаный Энрике Кабрера!

Девушка, словно читает мои мысли и тихо произносит:

— Кабрера? Не молчи, Эйден!

— Детка, я…

— Я права, да? — Эштон опирается спиной на стену и закрывает глаза.

— Думаю, что да.

Прижимаю её к себе, в этот раз она не сопротивляется и утыкается носом в мою грудь.

— Лукас в операционной, он сломал пару рёбер, и одно задело лёгкое.

Чувствую, как моя рубашка становится влажной от слез Эштон.

Спустя полчаса в комнате ожидания появляются Эдвард и Клара.

Глава 29

Эштон

Я вовремя перехватываю отца и мачеху, которые в шоке от всего происходящего с Лукасом. И загораживаю собой Эйдена, что не успевает даже рта открыть, потому что, папа в гневе.

— Какого черта, ты дал ему свою машину!!!

— Эйден, здесь не причем!

— Что? Хочешь сказать, твой брат самовольно подписался на аварию? — Эдвард очерчивает шагами больничный холл. — Если с моим сыном что-нибудь случится, я за себя не ручаюсь. Ты понял меня, Палмер!

— Сэр… — пытается объяснить Эйден, но отец не преклонен. Клара смотрит на меня умоляющими глазами. Мне самой не хочется снова оказаться на тропе войны.

— Пап, в том, что Лукас слетел в кювет, никто из нас не виноват. Помнишь Кабрера?

Я понимаю, что момент не из лучших, но когда еще говорить правду?

Отец замирает на месте и обводит нас всех взглядом.

— Кабрера? Тот, что орудует в Портленде? — достаточно спокойно спрашивает он.

— Да, наверное, тебе стоит поговорить с Эйденом. У него лучше получится тебе все объяснить.

— Выйдем на улицу, Палмер.

Эйден криво улыбается мне и идет следом за Эдвардом на свежий воздух. А сегодня, он действительно свежий, потому что, накрапывает дождь. Клара подводит меня к ряду металлических стульев, где сидит Джейн, и мы составляем ей компанию.

— Все будет хорошо. — успокаивает нас обоих мачеха. — Он сильный мальчик.

Дрожь моего тела, передается Джейн, и она снова начинает рыдать. Я обхватываю ее за плечи и смотрю на настенные часы над стойкой регистратора. Будто от моего взгляда, стрелки станут двигаться быстрей. Затем перевожу взор на панорамные окна, за которыми беседуют двое моих любимых мужчин. Эйден курит, а это хороший знак.

— Не волнуйся, Эдвард не дурак, и они найдут общий язык.

— Надеюсь.

Я опускаю голову, чтобы хоть как-то отвлечься от грызущих изнутри мыслей.

— Послушай, ты неважно выглядишь. Тебя ничего не беспокоит? — неожиданно интересуется Клара, взяв меня за руку.

— Что? Нет. Когда уже придет врач! — злюсь на свою беспомощность.

Едва эта фраза облетает уши мачехи и Джейн, как перед нами появляется доктор в маске и в шапочке с дельфинами.

— Вы родственники Лукаса Гласса?

Мы подрываемся на ноги, так же, как и Эйден с отцом, которые, видимо, пришли к общему мнению. Вокруг доктора собирается толпа. Он делает шаг назад и говорит:

— Операция прошла успешно. Его жизни ничего не угрожает. Сейчас он без сознания и придет в себя, только к утру. Поэтому отправляйтесь домой и отдохните. Завтра сможете навестить парнишку.

Не церемонясь с нами, доктор возвращается в лечебный блок, а мы дружно выдыхаем. Отец ждет, что я прижмусь к нему, как в детстве, но меня тянет к Эйдену, и я крепко обнимаю своего парня, втягивая аромат одеколона, как обезболивающее средство.

— Мне нужно выпить. — заключает Джейн и все улыбаются, мысленно соглашаясь с ней.

— Поехали к нам. У Эдварда большой запас шотландского скотча. — предлагает Клара. Ее поддерживает девушка брата, а я лишь хочу укутаться в руки Эйдена и немного поспать.

— Спасибо, но мы поедем домой. Я уже ног не чувствую.

Папа подходит ко мне, целует в щеку, а после шепчет, чтобы это осталось только между нами.

— Не бойся, мы знаем, как поступить и…он тебя очень любит.

Я целую в ответ и с легкой улыбкой на лице, желаю всем доброй ночи.

На парковке мы разделяемся. Все это время, помощник Майкл, ждал в своей машине нашего возвращения. Ава прекрасно умеет подбирать людей.

— Все нормально? — вопрос Майкла тает в тишине, когда он заглядывает в зеркало заднего вида, и видит, как я прильнула к Эйдену. Наверное, эта сцена не требует разъяснения.

Мы движемся к дому Эйдена. Я знаю, что с Аланом сейчас Эльза и скорей всего, малыш крепко спит. А мне так хочется, просто побыть с тем, кто сможет разделить мою боль. Сара оставила для Эйдена записку на холодильнике, что придет рано утром и что ужин ожидает своей участи на верхней полке. Я отрицательно качаю головой, давая понять, что не голодная. Эйден молча вытаскивает бутылку с вином и, улыбаясь показывает мне. Вот тут-то, я приободряюсь и спешу за бокалами. Через несколько минут, парень вытягивается на диване, а я устраиваюсь рядом. В такой звенящей тишине, становится не по себе, и я прошу его включить телевизор. Неважно, что там за передача, просто фоновый звук. Опустошив один бокал вина, ложусь Эйдену под бочок, и он поглаживает мою попу и спину свободной рукой. Другая рука поддерживает его голову на весу, чтобы видеть изображение на плазме.

— Если ты собрался пялиться в телевизор, я пожалуй пойду приму душ и стащу одну из твоих футболок. — прищуриваюсь, чтоб придать словам серьезности.

— Сара сложила все футболки в комод. Выбирай любую. — переворачивается и поднимает меня под себя. — Но лучше, позови, когда выйдешь из душа.

— Даже не подумаю.

— А так? — обе ладони, ложатся на мою грудь, и сдавливают ее.

Я улыбаюсь, но отталкиваю Эйдена.

— Тебе тоже, не мешало бы переодеться. Встретимся через пятнадцать минут.

Встаю с дивана и направляюсь в спальню на втором этаже, где теплая и приятная вода, смывает весь тяжелый день к чертовой матери. Проведя в ванной минут десять, обматываюсь полотенцем и уверенно иду к комоду, в котором, по словам Эйдена, все его футболки. Открывая ящик за ящиком, нахожу то, что мне нужно. Мягкая ткань окутывает мое тело, и я хочу предать комоду прежний вид, но что-то не дает мне до конца задвинуть ящик. Раз за разом, я мучаюсь с этим деревянным коробом, пока, не замечаю рукав рубашки, торчащий из нижнего отсека. Черт! Силой выдвигаю крайний ящик и заправляю наглаженную рубашку на место. Рука непроизвольно скользит по ряду накрахмаленных воротничков и под одним из них, натыкаюсь на нечто твердое наощупь.

Аккуратно убираю рубашку и вижу красную коробочку. Пальцы сводит от волнения, но я беру эту вещицу в руку и сажусь на задницу, ощущая прохладный пол всей пятой точкой. Медленно поднимаю крышку и целую секунду смотрю на кольцо, что переливается при искусственном свете. В груди все сжимается, словно кто-то наступил на нее, будучи в тяжелом ботинке. Толкаю коробочку от себя по гладкому паркету. Даже не сразу ощущаю слезы на щеках. И я не могу их остановить! Не могу!

Притягиваю ноги к подбородку и пялюсь на эту случайную находку. В голове полный бардак. Прекрасно понимаю, что Эйден задумал, но сейчас, все чувства смешиваются в одном гребаном котле. Вдобавок ко всему, Лукас в больнице, из-за ублюдков Кабрера! Слезы с новой силой хлещут из глаз, когда я представляю, что Эйден вдруг исчезнет. Я же люблю его, правда, люблю. Только эта красная штуковина…зачем я ее нашла?

Глава 30