Роковое пари или Героев здесь нет (СИ) - Лестова Ксения Алексеевна - Страница 82

— Ты молчалива, — подал голос Стэйс, когда стены академии скрылись за домами. Видны были только разноцветные крыши.

— Мне нечего сказать, — передернула плечами и попыталась высвободить свою руку. Наивно полагала, что маг не станет удерживать меня подле себя силой. Опять ошиблась. Пора было понять еще тогда, в своем мире, что этот наглец не любит проигрывать. И его «Все равно сдашься, Барсукова!» были не просто слова. Он на самом деле собирался сделать меня своей. На одну ночь, день, неделю или год. Не важно. Как я могла ему довериться? Тому, кто легко крутил девушками и в том мире, и в этом. Поверить тому, кто уже один раз разбил мне сердце. Я не могла смириться со спором, в котором являлась призом. В смысле, не единственным призом, но все же. Где правда, а где ложь? Стас сказал правду или в чем — то приврал?

— Грустно, — сильнее сжав мою ладонь в своей, произнес адепт. Сейчас он, кстати, был в уже знакомом сером камзоле, который я в свое время приняла за ученическую форму. С чего бы Минаеву сегодня быть таким серьезным и собранным? Где эта небрежность? Рубашка навыпуск, волосы растрепанные и наглющий взгляд? Как легко у него получалось выходить из образа шалопая и в мгновение ока превращаться в серьезного мужчину. Вот и сейчас он шел рядом. Удерживал меня подле себя, поглаживая большим пальцем запястье. Хотел успокоить? Поддержать? Или сам таким образом пытался взять эмоции под контроль?

Дом отца был небольшим. Два этажа, крыльцо из белого камня. Из него же были сделаны и ступени, что вели к входной двери. Небольшой участок перед домом выглядел удручающе. За столько лет тут вряд ли кто-нибудь собирал пожухлую листву или ухаживал за клумбами, если таковые имелись. Стены дома были серыми и безликими. Окна заколочены досками. И если приглядеться, выпустить свой дар, можно было заметить магические нити, что тонкой паутинкой окутывали здание. Вот я и увидела защиту.

Пропустит ли она меня? Да, ключ у Минаева был. Так за столько времени он мог оказаться у кого угодно.

— Держи, — Стас остановился возле калитки и, достав из кармана камзола ключ, протянул его мне.

Взяла в руки и посмотрела на, с виду, вполне себе обычный небольшой ключик. Руку мою Стэйс, кстати выпустил.

Пока я стояла и рассматривала одну из самых важных ценностей этого мира, Эйтен открыл калитку и первым шагнул на каменную дорожку, между плитами которой росла трава. Скоро зима, а она до сих пор здесь зеленая и не выглядит пожухлой.

— Дверь можешь открыть только ты, — рассматривая здание, произнес мой сопровождающий.

— Отец несколько раз пытался войти внутрь. Ничего не вышло.

— И хорошо, что не вышло, — как бы не было страшно, я рискнула поставить ногу на первую ступеньку крыльца. — С твоего родственника станется обчистить дом моего отца.

— Ты утрируешь, — поморщился Стас.

— Говорю то, что думаю.

Проделав короткий путь до двери с бешено колотящимся от волнения сердцем в груди, вставила ключ в замочную скважину и повернула его в правую сторону два раза до упора. Потом схватилась за ручку и надавила на нее.

Дверь не открылась.

— Странно, — пробормотала, оборачиваясь и смотря на застывшего за моей спиной Минаева.

— Почему она не открывается?

— Вероятно, есть дополнительная защита. Которая как раз и не пропускает чужака в дом. Попробуй вплести свою магию в заклинание и немного подкорректировать его. Ты дочь своего отца. Он был хозяином этого дома. Магия должна признать тебя. Не забывай, — маг сунул руки в карманы черных брюк и хитро посмотрел мне прямо в глаза, — в тебе вся сила рода Маэр.

— Сложно об этом забыть.

Получается всему виной нити, что окутывают стены и крышу.

Вот и еще одна проверка на то, насколько хорошо я умею управляться со своим даром.

Оставив ключ в замке, убрала руку с ручки и, прикрыв глаза, попыталась сосредоточиться на своей магии. Надо сделать так, чтобы ее частичка вплелась в узор старого заклинания и образовала тем самым новое.

На удивление, задуманное получилось довольно быстро. Нити сами потянулись ко мне, собираясь в разноцветный клубок. Я протянула к нему призрачную руку, раскрытой ладонью вверх и вот уже сила отца парит над ней, готовая к корректировке. Что я и сделала, мысленно отдав приказ пропустить в дом меня и Стаса. Маг имел право войти в дом всего один раз. Себе я создала бессрочный «пропуск».

Снова попыталась открыть дверь. Она легко поддалась и мы, осторожно ступая, вошли в прихожую. Стас сразу создал несколько магических светлячков, которые осветили пространство прямо перед нами. Да, дом был небольшой. Зато богато обставленный. Я бы сказала — через чур богато. Пыли не было. Скорее всего, во всю работал специальный артефакт. Или заклинание.

— Осматривайся, — Минаев коснулся пальцами верхней пуговицы на камзоле и ловко выудил ее из петельки. — Я подожду тебя в гостиной. Если ты позволишь, разумеется.

— Позволю, — рассеяно посмотрев на будущего герцога, пролепетала.

— Благодарствую.

Сказав это, он вошел в просторное помещение, расположенное слева от входа. Я тоже не стала мешкать и направилась на второй этаж. Первым делом необходимо найти кабинет отца. А уже потом, если я так и не найду то, что ищу, буду думать, куда пойти дальше. В спальню? Библиотеку? Если она здесь есть. Или столовую? Папа мог спрятать важные для себя бумаги в месте, о котором никто и не подумает.

Деревянные ступени слегка поскрипывали под моими ногами. Шла медленно, внимательно смотря куда ступаю, чтобы не навернуться. На втором этаже тоже было темно. Если бы не светлячок Минаева, который он отправил вслед за мной, я бы обязательно упала, споткнувшись. Вон, прямо передо мной ковер гармошкой собрался. А чуть правее лежит какая-то дощечка. Подошла и подняла ее. На первом этаже, по крайней мере, насколько я смогла рассмотреть, была идеальная чистота. А тут…. Будто кто-то дрался.

Находкой оказался обломок от ножки стула. Он, кстати, находился на небольшом отдалении. Я не сразу его заметила, переключив свое внимание не на то.

Мотнула головой, собираясь с мыслями. Толку мне от этого обломка. Минаев часами сидеть внизу не станет. Любопытство разъест душу, и он помчится сюда, чтобы посмотреть, что я тут такое делаю.

Отбросив деревяшку, пошла вперед. Всего пять дверей. Не заблужусь.

Повезло обнаружить кабинет сразу. Самая дальняя дверь из темного лакированного дерева. Обычно за такой скрывается далеко не спальня.

То ли внутри ничего не запиралось, то ли магия играла мне на руку, не знаю. Но мне не нужно было использовать ключ. Который, между прочим, предусмотрительный Стэйс, выудил из замочной скважины и снова положил к себе в карман камзола.

Кабинет, как и все в доме, был окутан полумраком. Массивный стол с противоположной от входа стороны, был завален бумагами. Кресло валялось на полу. Шторы задернуты. И это несмотря на заколоченные досками окна. И кто, спрашивается этим занимался? Родственники папы, которые на тот момент, были еще живы? Больше не кому.

Подойдя к столу, коснулась края, свободного от бумаг, кончиками пальцев. Почему все сложилось именно так? Я здесь одна. Без близких, родственников, которые бы могли на время взять меня под свое крыло. Я одна. И единственный, кому бы я хотела доверять, но не могу — это Стас. Тот, кто предал меня. И я никак не могла забыть произошедшее. Забыть тот чертов спор, который превратил мое сердце в постоянно кровоточащую рану. Сама постоянно напоминала себе, что он бабник, самодовольный и бесчувственный маг.

Взяв в руки первый попавшийся документ, пробежала по нему взглядом. Отчет о состоянии банковского счета. Счета, в котором лежали деньги моей семьи. И которым сейчас имела право пользоваться только я. Отложила бумаги в сторону и приступила к изучению остального. Часть которого было пустым. Просто белые листы. Что они делали на столешнице? Или…

Провела ладонью над лежащими поблизости «документами», пытаясь уловить магический след. И почти сразу почувствовала отклик. Прикрыла глаза, чтобы убедиться в своей догадке окончательно. Письмо или документ был скрыт от тех, кто не являлся носителем магии рода Маэр. Поняла это отчетливо. Нити, что оплетали бумагу, засветились и стали медленно преобразовываться в слова. Почерк я тут же узнала. Это писал папа.