И опять Пожарский. Тетралогия (СИ) - Шопперт Андрей Готлибович - Страница 230

‑  Вы знакомы с прибором арифмометр для облегчения счёта?

‑ Я слышал, что ряд учёных предпринимали попытки создать такой механизм, но у них ничего путного не вышло. Слишком сложно. Прибор не помогал, а затруднял счёт, ‑ очень сильно удивившись, тоже на французском ответил профессор.

Царь хлопнул в ладоши и два молодца в белых длиннополых одеждах внесли сначала маленький столик, а потом на него поставили небольшой сундучок с рядами циферок и ручек. Мальчик подошёл и спросил по‑немецки, какие две цифры профессор желает умножить.

‑  17 умножить на 89, ‑ наугад назвал Томас.

Переводчик выставил значения и крутнул ручку.

‑  1513 ‑ на английском сказал он.

Томас английский знал плохо и переспросил на латыни. Мальчик назвал ответ на этом языке. По тем действиям и по виду этого чудесного прибора Финке понял, что так же просто можно проделывать и деление, не говоря о сложении и вычитании. Неужели русские смогли создать то, что не удалось европейцам. А дальше произошло вообще чудо. Следом за арифмометром занесли непонятный прибор из дерева со стеклянным бегунком. Мальчик проделал те же действия на этом приборе.

‑  1513.

‑  Что это, Ваше Императорское Величество? ‑ озадаченно уставился на монарха варваров Томас.

‑  Это логарифмическая линейка, она берёт логарифмы и считает синусы и косинусы углов.

Мир обрушился. У варваров есть такие приборы. Про логарифмическую линейку профессор слышал, но никогда не видел и не представлял себе её возможности.

‑  А это палочки Непера.

На стол легла коробочка с золотыми палочками с таблицей умножения, но с цифрами, выполненными через черту, и вместо нуля везде были вделаны изумруды. Про палочки Непера Финке тоже слышал, но считал их выдумкой. Мальчик на немецком растолковал теряющему ощущения реальности математику принцип счёта на этом приборе. Немного сложно, но в целом понятно. Что же это происходит? Варвары? А потом император задал задачу, которая просто выбила дух из старого профессора.

‑ Сейчас вам принесут бумажку и карандаш, возведите в куб любое двузначное число и назовите мне этот куб, а я вам скажу, какое число вы возвели.

Томас, не веря своим ушам, возвёл в куб 57.

‑  185193.

‑  Это 57, ‑ без всякой задержки ответил царь.

‑  Как вы это сделали Ваше Величество? ‑ опять сократил титул Финке.

‑  Есть правила сокращённого умножения, их у нас дети проходят, ‑ хитро улыбнулся человек, сидевший на троне.

Томас на секунду представил себе Кристиана IV извлекающего кубический корень за мгновение и усмехнулся. А он не хотел ехать. Нет, выходит не врут слухи. Все учёные Европы, лучшие учёные, перебрались в Россию и теперь варвары живут в Дании, а не в Московии. А в это время те же люди внесли три книги. Император предложил Финке отойти в сторонку и полистать их, пока он будет вести переговоры с имперцами. Книги были на латыни. Чудесная белоснежная бумага из Пурецкой волости, тонкие переплёты, непонятно как скреплённые страницы. Всего этого он не заметил. Это были книги по математике. Одна называлась "Арифметика Диофанта с комментариями", вторая "Учебник математики за пятый класс", третья ‑ "Учебник геометрии за пятый класс". Томас листал эти книги и понимал отчётливо, насколько Европа, Дания, отстала от русских. И это не могли сделать приехавшие в Россию учёные. Они этого сами не знали. Все обозначения действий были необычно, но когда с ними разберёшься, то задаёшь себе вопрос, а сам‑то, почему до этого не додумался. А изложение материала. Сначала теория, потом примеры, а потом задачи для самостоятельного счёта. Он больше трёх десятков лет учил студентов. Неправильно учил. Вот как надо учить! Русские! Слухи неверны. Учёные из Европы едут не учить русских, а учиться у русских. Нужно проситься остаться. Он тоже хочет всё это уметь.

Событие тридцать четвёртое

Свадьба будет только через три дня. Сейчас его невеста датская принцесса Доротея Августа в Троицко‑Сергиевой Лавре переходила в православную веру и получала новое имя. Русскую императрицу будут звать Дарья Ивановна. На этом настоял Михаил. Дарья ближе всего к Доротее, а умершего отца принцессы звали Иоганн, а значит по‑русски Иван. Девушка Михаилу понравилась. Она была не дурна и не дура. Более того, Доротее, как и Михаилу, нравилась математика. Спасибо отцу и Петруше Пожарскому. Они сломали упрямство датского короля Кристиана, дяди его будущей жены. Михаилу шёл уже двадцать седьмой год, и жениться было пора. И так бояре по углам шушукаются, нужен наследник. Понятно и почему Кристиан долго упирался, его брат за несколько дней до свадьбы с Ксенией Годуновой вдруг ни с того ни с сего помер. Отравили, скорее всего, бояре. Королевича Иоганна Михаил не помнил, маленький был, всего шесть лет.

Зато он точно помнил, что его первую невесту отравили Салтыковы. На их счастье Мария Хлопова или царевна Анастасия, так девушку переименовали перед свадьбой в честь первой русской царицы, первой жены царя Ивана Васильевича и двоюродной бабки Государя ‑ Анастасии Романовны Захарьиной‑Юрьевой, не умерла. Сидеть бы обоим на колу. Но раз царевна выжила, то братья Салтыковы с жёнами были всего лишь сосланы "по деревням с приставами": Борис Михайлович ‑ в Вологду, в село Ильинское, Михаил Михайлович ‑ в Галич, в Коткишевскую волость, а их мать, старица Евникия, была сослана в Покровский монастырь в Суздаль. Ну и всех вотчин лишили душегубцев. Царевну Анастасию поселили сейчас в Нижнем Новгороде. Мать в отместку за опалу родичей упёрлась, что не даст согласия на брак с Хлоповой.

Вот тут и нашёл отец эту датскую принцессу, а Пётр Пожарский подарками склонил Кристиана к согласию на этот брак. Марию или Анастасию Михаилу было жалко, девушка ему нравилась и она была ни в чём не виновата. Михаил позавчера попросил приехавшего на свадьбу Петрушу забрать её из Нижнего в Вершилово. Там ей лучше будет.

А ведь всё из‑за той дурацкой сабли. Уже шесть лет бы жили они душа в душу и детишек растили. Михаил вновь вспомнил тот случай. Однажды он ходил по Оружейной палате, смотрел пищали, сабли и прочее. Его сопровождали оружничий Михаил Михайлович Салтыков и Гаврила Васильевич Хлопов, дядя невесты. Первый из них, показав царю турецкую саблю, утверждал: такую и в Москве могут сделать. Царь передал оружие Хлопову:

‑  Как ты думаешь, сделают у нас такую саблю?

‑  Чаю, сделают, только не такова будет, как эта!

‑  Ты говоришь, ‑ Салтыков выхватил саблю у Хлопова, ‑ не знаючи!

За несогласием последовала брань. Салтыков обвинил Хлопова в незнании холодного оружия. Ну и поговорили "гораздо в разговор". Михаил понимал, что над Хлоповыми нависла угроза ‑ Салтыковы не простят такого упрямства худородным Хлоповым, не "извычным" к придворным тонкостям, осмотрительности. Так и получилось.

Позавчера Государь показал эту саблю Петру Пожарскому и сказал, что хочет выбросить её, но тот подержал саблю, вернул её Михаилу и, склонив голову, проговорил:

‑  Прими совет, Государь. Повесь эту саблю у себя в спальне. Пусть она тебе напоминает ежедневно, на что бояре способны. Может, убережёт она будущую Государыню Дарью Ивановну. И ещё один совет, царь батюшка, набери ей прислугу только из датчанок, чтобы ни одной русской боярышни на версту рядом не было. И запрети этим девкам русский учить.

‑  Думаешь, что и Дарью попытаются отравить? ‑ вскинулся испуганный Михаил.

‑  Уверен на сто процентов. Бояре ведь как думают. Изведём датчанку, и царь на русской женится. На ком ни будь из их дочерей, чтобы к трону поближе быть. Предлагали ли тебе бояре жениться на ком из своих?

‑  И не раз, ‑ совсем подавленно произнёс царь.

‑  Эти и попытаются.

‑ И что же делать мне? ‑  Михаил сжал челюсти, готовый бежать звать стрельцов.

‑ Пока окружи, Государь, императрицу только датчанками и готовят еду пусть датчанки. Нет у меня других советов, ‑ развёл руками Пётр.