Отвергнутая королева (СИ) - Вольная Мира - Страница 121

В глаза лезут волосы, пот, собственная кровь.

И все больше и больше панических, истеричных мыслей в голове, чаще колотится пульс, разгоняя и без того кипящую лавой кровь по венам.

В какой-то момент я понимаю, что сил практически не осталось, что еще несколько взмахов меча, и я просто свалюсь Стэру под ноги. А он не кажется уставшим, не кажется даже немного измотанным. Вытереть с его тела кровь – и лорд-наместник отправится решать вопросы Инивура, ставить ультиматумы и выдвигать требования к эльфам, темным или людям.

И от этого тоже страшно. Невероятно.

Думай, Катарин. Думай!

Очередной удар, снова мое тело выгибается так, что трещат кости и рвутся нервы, вонзаясь осколками, разрывая неровными краями.

И еще удар.

Его меч скрещен с моим, давит, гнет, выламывает. Мы так близко, что я чувствую дыхание Алистера на собственных губах. Если вдохну поглубже, смогу ощутить жар сильного тела кожей. Почти как любовники… Вот только у меня лицо Шайнилы и…

Новый удар.

Я отскакиваю, пригибаюсь, чтобы тут же выпрямиться и отбить очередную атаку, снова отскочить.

Пульс в ушах почти набатом. Оглушает.

Горло, легкие дерет наждаком, во рту сухо. Нет сил больше сдерживать страх, он на поверхности, вокруг меня, во мне, как голодный зверь.

Алистер его чувствует. Не может не чувствовать. Улыбка-змея на губах теневого – еще шире, подрагивают ноздри. Он готовится к следующему удару, предвкушает его, позволяет мне увидеть. Играет со мной. Напрягаются едва заметно ноги, клинок в руке Стэра наклоняется вперед, нацелен мне в грудь. Алистер щурится победно, обнажает клыки.

Вдоль моего позвоночника стекает капля пота. Медленно. Длинно.

Всего одна капля, и я чуть ли не кричу в голос.

И следующая мысль чуть не стоит мне левой руки. Потому что пугает своей простотой, потому что приходит слишком неожиданно, потому что непонятно, как я не додумалась раньше. И я замираю меньше, чем на полвдоха. Успеваю увернуться от удара только в последний момент, получая новую рану на предплечье. Достаточно глубокую, но все же не смертельную.

Ускользаю, ныряю за соседний стеллаж и соединяю…

Привычно, быстро, почти не задумываясь.

…последние нити плетения, начавшего формироваться, как только боль прошила руку.

Алистер оказывается напротив в следующий миг.

И дергается. Болезненно, но почти незаметно, гримаса отвращения и призрения мелькает на гордом лице, пробиваясь сквозь гранит ненависти.

Я пользуюсь этой заминкой. Не могу не воспользоваться – на кону его жизнь, жизнь Инивура, Шхассада.

Я выбиваю из рук теневого оружие. Вкладываю в удар все силы, которые у меня остались, и бью рукоятью своего меча по запястью. Едва ли понимаю до конца, что именно пытаюсь провернуть и с кем. В голове кроме страха и отчаянья – меньше, чем просто пусто. Только вязкая слюна на кончике языка.

Тишину рвет на клочки злое, удивленное шипение, почти рык.

Сумеречный клинок со звоном, заставившим мелко вздрогнуть, падает на пол, еще через полвдоха исчезает и тает в темноте. Острие моего теперь упирается в пол.

Я надела личину. Вернула свое лицо.

Алистер реагирует еще через один удар сердца, впечатывает меня спиной в полки, снова рычит, заносит над головой руку с отросшими, длинными, загнутыми внутрь когтями.

- Я не Шайнила, Алистер, - шепчу хрипло и надсадно, перехватывая его запястье. Снова тяну за нити искажения. – Я – Катарин, узнай меня.

По глазам вижу, что он не верит. Не слышит. Слова не доходят до его сознания.

Давление усиливается, рука с когтями опускается ниже, несмотря на все мои усилия.

- Шайнила – метаморф, и она осталась там. А я здесь. И тут повсюду искажение, Алистер, - шепчу ему почти в губы, сбивчиво, хрипло, быстро. Вижу, как подрагивают от гнева тонкие ноздри, вижу новую вспышку злости в изумрудных глазах, вижу клыки над нижней губой. Острые клыки.

Страшно так, что меня колотит.

- Алистер, пожалуйста, - шепчу.

И подаюсь вперед, отпуская его руку, впиваюсь в губы, раня свои до крови о его клыки.

- Пожалуйста, - отрываюсь на миг, чтобы снова прижаться, ощущая, как сжимают его руки мои плечи, как когти входят в плоть.

- Алистер, - очередная жалкая попытка достучаться до Стэра.

Я ничего не видела, почти ничего не слышала, только всматривалась в искрящиеся изумрудные глаза, жесткие линии лица.

Он сильнее сжал челюсти, подался вперед, прижимаясь ко мне крепче, склонил голову ниже, к самой шее. И я больше не могла держать глаза открытыми. Не хотела видеть, не хотела знать, что будет дальше. Не понимала, что еще ему сказать, чтобы он пришел в себя, чтобы поверил.

Драться и дальше совсем не осталось сил. Клинок казался неподъемным, личина расползлась и растаяла в воздухе.

Слишком много крови потеряла. Слишком мало вариантов осталось для маневров.

А в следующий миг я ощутила тяжелое, горячее дыхание на коже, услышала низкое, яростное рычание. Раскатистое, громкое, длинное. Обожгло странной, незнакомой магией кончики моих пальцев, лицо, живот.

И волоски на шее встали дыбом, и хотелось только, чтобы все закончилось быстрее.

«Что у вас там происходит?» – всполошилась Шайнила.

«Отвали», - отбила я, выталкивая темную из собственной головы из последних сил. Чтобы снова пробраться ко мне, ей потребуется какое-то время. Надеюсь, Алистер прикончит меня раньше, чем это произойдет.

Боль снова разодрала тело на ошметки из-за неподчинения. Лорд-наместник отстранился, перестав обжигать своим дыханием и ненавистью.

«Дожми его! Веди сюда!» - снова приказала сумасшедшая. И против моей воли я приставила острие клинка к горлу леопарда. Основная сжала когтистую лапу на шее сзади, сросшиеся, заостренные когти другой руки упирались Стэру в ребра.

- Дерись со мной, - прохрипела я, чувствуя, что почти плачу, борясь с приказом сумасшедшей из последних сил. – Сопротивляйся, - я попробовала отозвать тень, опустить оружие, но плетение больше не поддавалось. И я подтолкнула Алистера вперед. Основная крепче обхватила его шею, когти почти впились в тело.

Стэр оставался на месте не больше вдоха, его Основная нависала надо мной не больше вдоха, а потом Алистер просто подчинился. Опустил голову и сделал шаг вперед. Потом еще один и еще.

Выть хотелось. Орать.

Разнести здесь все к духам грани, чтобы каменные стены погребли под собой и меня, и Шайнилу, и гребаные древние книги и свитки.

Я шла медленно. Так медленно, как только могла, прокручивая в голове и отбрасывая один вариант за другим, рука с зажатым в ней оружием ходила ходуном, а тень сжимала шею Алистера все крепче и крепче с каждым шагом.

Но ничего дельного в голову не приходило. Сердце бухало в горле, колотилось о ребра, паника ослепила и оглушила. Сделала беспомощной и тупой. Невозможно сопротивляться, невозможно больше бороться. Я так устала.

Шайнила сидела на полу, прислонившись спиной к стене, когда мы оба показались перед ней. Улыбалась моей улыбкой, смотрела моими глазами, чуть ли в ладоши от радости не хлопала.

Мы остановились от темной в нескольких шагах. Я опустила оружие и уже готова была броситься к сумасшедшей, как она швырнула под ноги Стэру какую-то очередную дрянь. Наверняка, снова что-то из запрещенки. Наверняка, снова что-то старое и мерзкое.

Прозрачная сеть окутала все тело Алистера. Он застыл, будто закаменел, только судорога прошла от кончиков ног до макушки. И вряд ли она была приятной.

- Пора вернуть все на свои места, сестренка, - шире улыбнулась Шайнила и щелкнула пальцами.

И это ее «сестренка» вдруг стало очередным ударом, чуть ли не самым болезненным. Осознание оглушило и парализовало. Я чувствовала себя потерянной и совершенно беспомощной. Даже разозлиться теперь не могла. Только судорожно глотать воздух, слушая пустоту в голове.

Еще через вдох мышцы накрыло новой волной боли. Меня будто сдавило и стиснуло в змеиных огромных кольцах. До треска в костях, до гудения в ушах, до ломоты в висках. Алистер снова зарычал, все так же низко и громко, пока я корчилась в невидимых путах. Кожа горела, как от кислоты, слезились глаза.