Отвергнутая королева (СИ) - Вольная Мира - Страница 120

«Думаешь, это все? Думаешь тебе удалось…»

«Закрой рот, Шайни»! – оборвала я темную, отрывая от рубашки нижний край, чтобы перевязать бедро. Боль заставила приглушенно застонать в который раз, ткань тут же пропиталась кровью, перед глазами на миг все поплыло.

Переждав головокружение, я все-таки встала, снова зажгла над рукой светляк, вскинула сумеречный клинок и слилась с Основной.

«Ты еще поплатишься за свою наглость» - расхохоталась психованная в моей голове. – «Я еще заставлю тебя давиться собственной кровью»!

«Слова-слова», - пожала плечами, осторожно двигаясь к выходу, стараясь не обращать внимания на усыпанный камнями и осколками, обрывками пол, игнорируя боль.

Шайнила была права: это еще не все. Впереди ждал Стэр, и он не сдастся так просто. С ним будет гораздо сложнее чем с десятью такими же, как Льяр.

«Сука» - рявкнула темная.

«Нахер иди»! – отрезала я, пробираясь все ближе и ближе к Алистеру и психованной бабе. Мерцание у входа становилось все отчетливее и отчетливее. Мне понадобилось не больше пяти лучей, чтобы замереть у последнего шкафа, скрывающего меня от лорда-наместника.

Я погасила светляк, потому что в нем уже не было необходимости, и вышла из-за стеллажа, застывая за спиной теневого.

Клинок в руке дрожал, сердце несколько раз стукнуло в горле и застыло там, будто скованное, тело прошибло холодным потом.

Алистер повернулся, стоило ему учуять запах моей крови, уголки его губ подрагивали в издевательской улыбке.

Боги, помогите мне.

Я отпустила теней, заставив их встать передо мной стеной, покосилась на все еще лежащую у самого входа Шайнилу. С трудом, но все же успокоила дрожь в руках.

Мне нужен лишь шанс. Всего один шанс и немного удачи.

Попытка пробиться к сознанию теневого сдохла еще в зародыше. В отличие от Альяра я не натыкалась на стену, не врезалась со всего маха в гибкое стекло, я просто проскальзывала мимо, ощущая только пустоту вокруг, будто и сознания самого не было.

С одной стороны – хреново, с другой… Если я не могу пробиться к Алистеру, значит, не может и Шайнила, а это уже кое-что. Возможно, часть той самой удачи, что мне сейчас так необходима.

- Может не будем усложнять, Шайни? – пророкотал Стэр издевательски, перехватывая сумеречный клинок удобнее, вглядываясь в мое лицо с действительно пугающим предвкушением. Он смотрел и будто хотел, чтобы мой ответ был отрицательным, будто жаждал его. В вертикальном кошачьем зрачке, в играющих на скулах желваках, во всей позе была не угроза, было четкое намерение размазать Шайнилу по полу. Без шанса на отступление, без возможности для маневра.

Страшно.

Я ни разу таким его не видела, я ни разу не чувствовала такой ненависти, словно не к темной, а к духу грани. Злость, застилающая разум, затмевающая собой все, огромная, как океан.

- Я люблю сложности, - пожала в ответ плечами, говоря то, что требовала Шайнила.

Стэр только дернул уголком губ и ринулся ко мне, так чудовищно быстро, что я едва смогла увернуться от его броска.

Наши тени снова сцепились. Моя Утренняя схватила за горло его Сумеречную, Ночную вмазало ударом Дневной о ближайшие полки, от чего у меня на миг выбило дыхание, Основные остались живыми щитами возле хозяев. Хрипло и надрывно хохотала в моей голове гребаная Шайнила. Почти заходилась в своем извращенном удовольствии.

А мой клинок высек черные искры, столкнувшись с мечом Стэра. Удар вышел такой силы, что меня откинуло на те самые стеллажи, из-за которых я вышла.

Алистер больше не произнес ни звука, даже не рычал, просто бросался на меня с каждым разом все яростнее и яростнее, оттесняя все дальше и дальше от входа. От «меня». И если первые его атаки я отбивала пусть и не легко, но и особенно не напрягаясь, то последующие заставили вкладывать в ответные удары все те силы, что еще оставались.

И с каждым новым его ударом, с каждым новым столкновением наших теней, мои руки дрожали все больше и больше, гудели от напряжения мышцы, черные мушки снова замелькали перед глазами, мешая концентрироваться и видеть «противника».

В голове лихорадочно и неловко толкались мысли, врезаясь одна в другую и рассыпаясь на отдельные слова и их обрывки. Слишком невнятные, чтобы успеть за них ухватиться.

Выход… Какой есть выход?

Я приняла очередной удар меча на свой и ушла вниз, закрываясь от когтей Основной Стэра. Мне вполне хватало раны на бедре, чтобы добавлять к ней новые. Странно, но теням Алистера пока не удалось достать меня ни разу. Возможно, еще одна часть той самой удачи.

«Хватит валять дурака, Катарин!» - прошипела Шайнила. – «Прикончи его!»

И следующий вдох застрял в моем горле. Вопрос о том, когда использовать свой шанс и ослабленное эсфиром плетение больше не стоял.

Я ускользнула от меча, нацеленного мне в шею, нашла нужные нити и сбросила с себя чужой приказ, гадая заметила ли сумасшедшая.

Судя по тишине в голове, темная ничего не поняла.

Хорошо. Еще одна часть моей удачи… надеюсь…

Вот теперь можно и побороться. Нити искажения все еще поддавались, и я еще могла попробовать использовать это в свою пользу позже. Хочется верить, что получится.

А еще через несколько мгновений, я снова оказалась практически в полной темноте, зажатая между стеллажами справа от входа. Сзади – стена, передо мной раздразненный и взбешенный лорд-наместник. И наши тени, истончившиеся и ослабевшие из-за нехватки света в тесном и отчего-то душном закутке, но все еще готовые драться.

Нападать снова Алистер почему-то не торопился.

Стоял и смотрел, вскинув смертельный клинок. Тяжело и быстро вздымалась и опадала грудная клетка от частого дыхания, пропиталась потом и кровью темная рубашка на груди, блестела на висках испарина. Улыбка снова искривила жесткую линию губ.

Страшно.

- Уже не такая смелая, да, Шайнила?

Я вздрогнула от звука его голоса. От стали, звучавшей в каждой букве, от удушающей злости, вонзившейся в меня раскаленными иглами. Пожалуй, Стэр ненавидел Шайнилу гораздо больше, чем я, пожалуй, его счет к темной был длиннее в несколько тысяч раз.

Но долго отдыхать теневой мне не позволил.

Новый удар, и я опять отступаю и отбиваюсь, придавленная и размазанная этой яростью и злостью настолько, что могу только защищаться, что больше не способна его атаковать.

Снова лязг и звон оружия в воздухе, наверняка, снова тают в пространстве черные искры, и время вдруг стало таким тягучим и скользким, как мед.

Я ухожу от ударов, подсечек, остервенелых и отчаянных попыток достать меня не только с помощью оружия, но и когтями.

Сердце больше не колотится в горле. Я его теперь вообще не чувствую, как не чувствую новых ран, не ощущаю и не понимаю, что происходит сейчас с тенями. Все сжалось до пяточка, на котором я пробую крутиться волчком, чтобы остаться в живых, чтобы выжил он. Мой лорд-наместник. Король Инивура.

Его удары все такие же точные и сильные, каждый смертельно опасен, каждый заставляет меня действовать на пределе возможностей. Страшно просто до одури, до истерики, почти до крика. Но все, что я могу себе позволить – это рваные и хриплые вдохи и выдохи, раздирающие на части грудную клетку.

Я не знаю, как много крови я потеряла, не до конца понимаю, сколько смогу еще продержаться в таком темпе. Алистер невероятно быстро двигается. Даже мне с моим наследием, с кровью ворона и василиска сложно за ним успевать, сложно следить.

Страшно.

За него, за себя. За Альяра тоже страшно. Потому что Шайнила не даст Стэру убить меня, не позволит мне умереть просто так. От одного удара.

И приходится снова кружить и ускользать, уходить в глухую, изматывающую оборону. Меч в руках ходит ходуном, дрожат ноги, снова дают знать о себе болезненными, но пока еще легкими судорогами мышцы.

Молчание Шайнилы не добавляет ни спокойствия, ни уверенности. Я не вижу ее с того места, на котором кручусь гномьей заводной игрушкой.

А Алистер не собирается сдаваться, кажется, что злится еще сильнее. Удары сыплются один за другим, кажутся бесконечными. Мечи звенят так часто сталкиваясь друг с другом, что в какой-то момент этот звон превращается громкое, тревожное гудение.