Его добыча (СИ) - Медведева Алена Ильинична - Страница 41

Не догадываясь о наших безмолвных обсуждениях, он в итоге развернулся к моей добыче. А она, с тревогой смотрящая на экран, словно только этого и ждала.

— Где мы? — донёсся до меня её тихий, едва слышный вопрос. — Куда выпали?

Стараясь не выдать своей заинтересованности — очень уж нервно моя добыча реагировала на такое внимание, — я прислушался. Информация никогда не бывает лишней, а дискуссия между эдаити как раз сошла на нет.

Прежде чем ответить, штурман медленно выдохнул и потянулся к системной консоли. Пальцы его при этом подрагивали, как если бы мужчина силился совладать с собой, но не справлялся с разгулом эмоций. Похоже, для него внезапный выход из подпространства оказался неприятным и неожиданным.

— В тридцати шести парсеках от базы. Это неколонизированная планета в системе двойных звёзд, — так же негромко сообщил. Голос его заметно сипел, выдавая тревогу и затаённое напряжение — мужчина и сам жаждал разобраться с новыми реалиями. — Информационная система идентифицирует их как ХGH237 — голубой сверхгигант и UTF812 — розовый карлик. Сейчас обе вне зоны видимости, за нашей кормой.

— Кто даёт звёздам такие дурацкие названия? — посетовала Троя, тряся головой и сжимая виски руками.

Взгляд её по-прежнему не отрывался от экрана, где медленно увеличивалась в размерах планета. А вопрос? Мне показалось, что женщина задала его, лишь бы не молчать. Их с Игерем шепотки и суетливые движения так контрастировали с нашим молчаливым ожиданием! Штурман же и вовсе походил на того, кто готов взорваться в любой момент.

— Это не названия, а обозначения в звёздном каталоге, — практически огрызнулся он, вперив в мою добычу какой-то сумасшедший взгляд. Мне хотелось разобраться в причине, оттого я позволил его голове приблизиться к уху Трои. — А называть их можешь как угодно. Никому до этого дела нет и не будет. Особенно когда погибнем!

— Почему сразу «погибнем»? — всполошилась собеседница, молниеносно развернувшись к нему.

Смотрела она с тревогой, внимательно, вынудив в итоге соплеменника отвести взгляд. Но я прекрасно осознавал: за этой сосредоточенностью она скрывала нахлынувшую волну паники. Чуть помедлив, уже почти беззвучно призналась:

— Только бы они действительно решили приземлиться. А то вдруг мы их неправильно поняли и они полетят ещё куда-то? В открытом космосе у нас шансов на спасение никаких, согласна, но тут же планета! На ней можно поселиться и жить. Если условия пригодные.

Последнее сказала уже не так решительно, однако я почувствовал в её интонациях надежду. Троя не хотела умирать. Она хотела жить. Чувствовать боль, страдать, бояться, но… Жить! А все надежды на выживание в её мыслях были связаны с приземлением.

— Вот именно: если! — дёрнулся штурман. — Помнишь, была волна ажиотажа по поводу освоения космоса и новых космических колоний? Тогда ещё толпы этих самых горе-переселенцев рванули в неизвестность. Большинство сгинуло в полной безвестности, но были и те, кто успел на Землю инфу отправить вместе с предупреждением «сюда не соваться»! Так вот эта планетка из таких. — Сплюнув, зло зашипел: — Каким ветром нас вообще к ней закинуло? Не должно было… ну никак!

«Никак не должно?» — пришла ко мне мысленная насмешка Орша.

«Сделал что мог», — спокойно хмыкнул я в ответ, продолжая прислушиваться к перешёптываниям между пленниками. Все мы прислушивались. Решение избрать эту планету конечной точкой полёта уже принято, к чему упускать шанс узнать о ней больше?

Игерь как раз указал подбородком на экран, где неуклонно увеличивался в размерах интересующий нас объект. Пробежал пальцами по панели, заставив маленький экранчик перед собой наполниться новыми символами. И продолжил:

— Вот, смотри, что пришло от экспедиции. М-м-м… Атмосфера с высоким содержанием кислорода, но тяготение выше нормы. Аномальное магнитное поле, мешающее нормальной работе электроники. Приливные ультразвуковые волны. Смертоносное излучение неизвестного типа. Резкие изменения температуры и влажности…

Глаза моей добычи шокированно распахнулись — данные о планете точно потрясли женщину. Игерь же шумно выдохнул, на мгновение позабыв о том, что надобно таить от нас свою злость и страх. Даже голос его зазвучал громче, каждым новым словом припечатывая Трою.

— Мало?! Да мы там за пару дней загнёмся. Если вообще приземлиться сможем. Транспортник неисправен. Не имеет посадочных приспособлений и слишком крупный — суда такого типа предназначены только для стыковок с космическими станциями. Даже если не вырубится система управления и двигатели каким-то чудом не откажут, всё равно корабль в атмосфере сгорит. А что не сгорит, то в поверхность врежется. От нас даже лепёшки не останется.

Неосознанно мужчина прикусил ноготь, бездумно вглядываясь в пустоту — он словно воочию видел то, что описывал! Троя сглотнула, только сейчас осознав причину нервозности собрата по несчастью. Он её пугал? Блефовал, рассчитывая на какой-то эффект?

Я прислушался к судорожным мыслям, мечущимся в голове женщины, ожидая отыскать в них подтверждение своему предположению. И не нашёл. Зато убедился в обратном — опасность на самом деле реальна. Угроза для тел! Это та часть материальной жизни, о которой нам раньше не приходилось задумываться. Однако сейчас она стала значимой: погибнет оболочка — исчезнем мы.

А ведь оболочка Трои ещё более уязвима! Но что можно сделать для её защиты?.. Я этого не представлял. Ничто в моём существовании эдаити не предполагало подобных знаний. Кто бы стал переживать о безопасности еды? И почему я сейчас об этом размышляю?..

«Кин? Что предпримем?» — нетерпеливо поинтересовался Орш, который, несомненно, прекрасно всё слышал, хоть и находился в другом отсеке.

«Нельзя допустить повреждения тел при посадке, — я неожиданно быстро даже для самого себя понял, каким для нас может стать оптимальное решение. Ведь первоочередная цель — спасти всех эдаити из лаборатории — никуда не исчезла. — Кожа и кости. Их надо укрепить, используя возможности генома. Так же, как мы это сделали на станции. Только прочность сейчас потребуется намного выше, чтобы мы могли противостоять перепадам давления и температуры».

«Согласен, разумный подход, — одобрил неизменный соратник. — Надо спешить. Времени у нас не так много».

Мы именно на этом и сосредоточились, быстро передав информацию собратьям. Тем, кто уже менял строение тела, проблем не составит повторить — мне, к примеру, при полной концентрации потребовалось совсем немного времени и усилий. Вызывало опасения только отсутствие навыков управления возможностями оболочки у тех, кого Орш забрал из лаборатории. Смогут ли они быстро этому научиться?

В том, что находящиеся рядом с ними эдаити помогут, направят и объяснят, я не сомневался. Но непонятное, непознаваемое состояние, понижая концентрацию, не позволяло сосредоточиться и заняться первоочередными задачами. Почему мне так неспокойно? Снова из-за угрозы для добычи? И что зудит на границе восприятия, назойливо как… Как мысли Трои!

Она по-прежнему сидела в кресле рядом со штурманом и сжимала голову руками. Глаза женщины были закрыты, а губы беззвучно шевелились.

«Жёсткая посадка… Страшно… Корабли такого класса только в открытом космосе летают… Не могут приземляться на планетах. Слишком массивные… Прав Игерь, сгорим мы в атмосфере. Заживо… Ууу… Как же всё это жутко! Эх, амиоты, может быть, и не горят, что там им за тела создали? Вон как рана на Седьмом затянулась — такое тело и ожог не возьмёт. А о нас заботиться им ни к чему — в лучшем случае ещё съесть успеют, чтобы не мучились. Уж точно не защитные скафандры предложат. — Мысленный хаотичный монолог прервал бессознательный стон. — Что, если попробовать? Сочтут ли демаршем, если сейчас рвану на поиски? Пропустят ли? Или не обратят внимания? Проклятье, надо попытаться! Скафандры сейчас единственный наш шанс…»

Новое слово — и целая вереница образов. Осознав их значимость, я моментально переключился на информацию, что сейчас неосознанно транслировало мне сознание трясущейся Трои. Внешний вид, принцип использования, степень защиты и даже место на корабле, предназначенное для их хранения, — она выдала мне всё необходимое. Вновь сама подсказала выход, способ спасти её же!