7 женихов не считая мужа (СИ) - Левина Ксюша - Страница 59

“Помогите!!!” — с размаха вошла в тело и вновь заорала, но по обычаю безмолвно.

Мужики ни на миг не остановилась, боролись уже на полу, и маньяк теснил Руса — острие скальпеля опасно смотрело в горло Романова.

Я в отчаянье металась душой в обездвиженном теле. Вопила так, что сама чуть ли не глохла.

“Кто-нибудь!!!” — кричала, едва ли не рыдая.

И мои молитвы были услышаны — в драку, прямо с порога бросился Климов. Но тварь тоже успел среагировать — подскочил, Руса за шкварник дёрнув к себе. Рукой обхватил поперёк груди и, скальпель в горлу приставив, отступал к окну.

Кир медленно шагнул ближе, маньяк мотнул головой:

— Не подходи, — мерзко шкрябал слух его шершавый голос. Остриём ткнул в шею Руса, появилась новая капля крови. Романов шикнул, натянулся, избегая боли. Климов остановился.

Меня трясло.

Романов был жутко напуган.

— Отпусти его, — Кир заговорил неспешно. — Тебе всё равно не уйти, — пытался объяснить. — А если убьёшь, тебе будет грозить срок, а в тюрьме я тебя точно достану, — медленно, вкрадчиво, пристально следя за маньяком.

И что больше поразило, это не произвело впечатления на мужика. Он глухо посмеялся:

— Не смог до этого, думаешь, справишься сейчас?

Климов точно кот, успел подобраться ещё на шаг — как хищник, выжидающий момент для броска, пристально следил за мужиком, подгадывая, когда атаковать.

— Да, потому что теперь у меня другая цель, — кивнул Климов. — Но обещаю, если ты его отпустишь…

— Лжешь, — с наглой усмешкой шикнул маньяк. — Не отпустишь! Я бы тоже не отпустил… Потому вам остаётся только смириться. Это конец, — закончил на злой и решительной ноте. Мне осталось только грохнуть его…

— Я тебя убью! — предостерегающе отчеканил Кир.

— Не сможешь, да и ради кого? Этого? — мужик тряхнул Руслана, сильнее прорезав кожу на горле. — Слабый и никчёмный человек…

Глаза Руса округлились.

— Он за себя-то постоять не может, — продолжал маньяк, — не то чтобы защитить свою женщину… Из-за его тщедушия, я убью вас всех и моя сила станет…

Романов всхрапнул возмущенно, вцепился в руку мужика со скальпелем, бегло покосился на меня.

— Прости, детка, — прошептал, во взгляде бился ужас и отчаянье. В тот момент, когда он ударил локтем маньяка, к ним метнулся Климов, по ходу хватая стул и бросая в мужика. Он как раз запнулся, всем весом ухая на подоконник, аккурат с попаданием в окно стула.

Звон, грохот… Тварь не удержался на подоконнике, но вылетая в дыру, ухватился за Руса, утаскивая за собой…

Меня пронзил ужас. На горле словно ледяные тиски сомкнулись. Тело и без того не ощущала, а теперь… меня пронзило холодом до самого сердца.

Климов за ними нырнул, раздался треск ткани, дикий вопль ужаса Руса где-то на улице. Многоголосые вопли чужих уже далеко внизу.

Я билась в агонии бессилия, пока меня ударной волной новой силы не швырнуло вместе с телом:

— НЕТ!!! — мой визг наполнил палату. Я рывком села на койке. Приборы истошно заорали. В коридоре послышались крики и топот. — Спастите! Помогите! Пожар!!! — ощутив силу голоса, срывая связки, голосила, плевать что, лишь бы привлечь внимание.

— Держись, Рус!!! — орал Климов, перевешиваясь через оконную раму, по зубьям которой текли бурные потоки крови… заливая и стекло, и подоконник.

Я глохла и слепла, меня тошнило, мутило…

Мир вращался, но я, скрипя зубами, спустила ноги с койки, но встать не успела, да и вряд ли бы смогла с гипсом на левой ноге, правой руке и перебинтованной головой.

Но попытку сделала аккурат, когда в палату забежал медперсонал, врачи, охрана…

Они помогли втащить Руслана обратно.

Я так хотела быть рядом, помочь… Но даже толком не могла рассмотреть, что с ними обоими. Толпа в палате жутко мешала обзору: спины, лица, руки… всё мелькало и кружилось… но точно и Климов, и Романов были в крови и едва держались на ногах… Чёрт! Было много крови… очень много, так много, что вскоре она заполнила собой всю картинку перед моими глазами.

— Что с ними. С ними всё нормально? — волновалась я, пока меня обратно укладывали на койку. Подключали к приборам, вернули катетер…

Суматоха, возня, пустые заверения, что всё отлично, но я должна лежать.

Дурдом закончился, только когда меня обследовали, и дали не то обезболивающее, не то снотворное, по крайней мере стало клонить в сон.

Когда проснулась в следующий раз, меня уже ждала полиция. Врачи, медсестры проверили и только убедились, что мне лучше, разрешили представителям правопорядка задать мне свои вопросы.

“Кто это был? Видела ли я его прежде? Почему он хотел убить Руслана?”

Пока давала показания, что видела и как помнила, но так, чтобы не рассекретиться самой, промеж дела, узнала где мои Рус и Кир.

Здесь же, но в другом отделении.

Сотрудники были на что угодно согласны, лишь бы скандал дальше дверей больницы не просочился. И я была так бессовестна, что пообещала… молчать. Главное, чтобы не запрещали мужу и другу меня навещать.

Уже вечером, перед отбоем для всех пациентов, я лежала на койке и с тоской смотрела в окно, боясь, что во сне снова встречу Киру, меня навестили Кирилл и Руслан.

Климов бледный, мрачный, руки в бинтах, потому что он их сильно изранил о разбитое стекло, пока держал Руса…

Романов тоже бледный, в пластырях и бинтах, лицо припухшее от синяка под глазом и на щеке.

Да уж, знатно их потрепал маньяк.

Не успела озвучить глупую мысль, как поняла, о чём мне говорила моя печальная версия. Один, на правах мужа, подошёл и крепко обнял, а второй — посмотрел ненужной, ревнивой собакой, которую оставили одну.

Что я ощутила в объятиях Руслана?

Что мне безмерно хочется объятий… другого.

Печального, как оказалось такого терпеливого и в то же время ранимого. Кто столько лет жертвовал собой, сберегая мои чувства. Кто по моей прихоти вместе со мной прошёл огонь и медные трубы, на на миг не пожалев себя…

Куда катится мир?

Кир, уже настолько родной, измученный мною и только только решивший, что теперь всё будет хорошо, снова был вынужден смотреть на меня и Руслана.

Я понимала, так твёрдо, как никогда, что встряла по самое нехочу. А ещё, как бы меня это не удручало — Руса надо спасать, и для этого придётся его тащить с собой в мой мир. Сражаться с маньяком на своей территории, где мы с Киром оба сильные теневики.

Дело облегчала то, что этот конкретный Руслан со мной пойдёт не думая. Он поверит мне. Поверит во всё, лишь бы быть с любимой женой. Даже на край света… в любую параллельную вселенную.

И что самое ужасное, я этому была… не рада — сейчас лишь хотела одного, чтобы всё закончилось.

Так, кажется, говорила местная Кира?

Я начала её понимать лучше, чем рассчитывала.

— Кир, нам нужно к Марь Иванне, — еле слышно, не мешкая произнесла я, глядя на… язык не повернётся назвать его другом.

Он кивнул, а Рус отстранился:

— Что значит надо? И кто такая Марь Иванна? — Его лицо не было глуповато-непонимающим, как в других мирах. Я уже и отвыкла от этого рассудительного, спокойного Руслана, которого любила.

— Давай, мы это тебе по… дороге объясним, ладно? — с надеждой спросила я, но Руслан отрезал:

— Только сначала ты придёшь в себя, — его голос был требовательным и жёстким. Как-то непривычно для моего мягкого и ласкового супруга. — ДТП, преломы, сотряс. Никаких поездок пока не выпишут и…

— Рус! — красноречивым жестом остановила, требуя внимания. — Уходить нужно сейчас!

— Это шутка? — Руслан покосился на Кирилла, явно ожидая от него поддержки, но Климов хмуро кивнул:

— Не шутка, Рус, — положил руку на плечо друга и тот посмотрел на него недоумённо снизу-вверх:

— Как ты себе это представляешь?

— Доверь это мне, — отрезал ровно Климов.

— Но она не ходячая, и народу в больнице много…

— Поэтому выходим ночью. Сделаем это просто, без лишнего шума.

— Мне нравится план! — выдавила улыбку, кивнув Киру. — Сейчас сколько? — уточнила и Климов тотчас из кармана джинсов телефон достал: