Власть во власти Власти - Тюняев Андрей Александрович - Страница 16

это центробежная сила. Сегодня и ту, и другую физики называют мнимыми силами. Но, тем не менее, расчёты, выполненные якобы на этих силах, представляют нам как вполне реальные.

- Давайте вспомним, - предложил Свейн, - что Галилей - изобретатель телескопа - создал свои законы без учёта силы божественного тяготения. Но уже у него траектории движения тел были круговыми (эллиптическими). Потом Ньютон придумал массу и стал пихать её во все формулы. Запихнул и в законы Галилея. Но эти законы работали и без массы. И сейчас астрономы используют их. И вполне успешно.

- И ещё задача двух тел. Она полностью построена на скорости координате и ускорении. Никакой массы для неё не нужно. Впрочем, и закон тяготения Ньютона даёт силу, у которой размерность включает массу в первой степени. То есть, нет никакого взаимодействия двух масс, - согласился Адамов.

Магический кристалл

- Как формируется вещество? - продолжил прерванный разговор Свейн.

Академик Адамов уже полностью пришёл в себя после предыдущих логических потрясений и был готов к дальнейшим подвигам на поприще бытия.

- Очень просто, - уверенно ответил он, затем с чувством глубочайшего достоинства набрал в свои лёгкие воздуха и пояснил: - Для формирования вещества нужна граница.

- Хм... Поясните! - состроил гримасу недоверчивости Свейн.

- Давайте вспомним, всё вещество состоит из одних и тех же структурных элементов. Называют их электроны и протоны. Но точнее было бы их определить так: электроны и позитроны. Это два противоположных заряда - они не только электрические. В электронах и позитронах также содержатся заряд массы, заряд спина и заряды других физических параметров. Вот примерно гак. А теперь, если позволите, пойдём дальше. Из закона Менделеева-Клапейрона следует: чем сильнее давление, тем выше температура и тем выше плотность структурных элементов вещества, которое может быть создано. Это понятно?

- Не совсем, уклончиво ответил Свейн. - У меня сомнения по поводу плотности...

- Согласен. Напрямую увеличение давления не ведёт к увеличению плотности, - кивнул академик Адамов. - Но в любом случае вещество по мере изменения давления может менять свои агрегатные состояния. Вспомним хотя бы графики тройной точки76.

- Если я правильно вас понял, то получается, что послойная система Земли может выглядеть следующим образом. В глубину идут слои твёрдого вещества, постепенно увеличивая свою организованность и в пределе превращаясь в некий кристалл какого-нибудь супер- «алмаза». Я его имею в виду, алмаз - как самое твёрдое на сегодняшний день вещество. Или, другими словами, в глубине Земли мы наткнёмся на самый последний химический элемент таблицы Менделеева?

- Примерно так, - согласился Адамов. - И тогда в противоположную сторону мы сначала проходим жидкое состояние вещества, потом газообразное, затем плазму и после всего приходим к состоянию вакуума. Вода постепенно испаряется, и этот пар не погружается внутрь твёрдых пород, а «всплывает» вверх. Становится газом. По толщине атмосферы сначала встречаются кислород и азот, затем озон - атомарный кислород и после гелий, и всё кончается водородом. А водород - это первый химический элемент и последний представитель в структуре вещества.

- После газообразной атмосферы наступает зона плазмы, - продолжил Свейн, - в которой атомарный водород разбивается на отдельные ионы и формирует плазму. Это примерно 300 километров над Землёй. Там температура 1500 - 2500 градусов Кельвина. Потом - уже в далёком космосе - эти ионы разбираются на составные части: на электрон и позитрон, которые являются структурными элементами вакуума - это резоны.

- Получается, что на одном конце системы - вакуум. Он - структура, существующая при минимальном или даже нулевом давлении. А на другом конце системы - некий кристалл. Он - структура, существующая при максимальном давлении, - этот вывод, озвученный академиком Адамовым, потряс собеседников.

Они долгое время сидели, всматриваясь друг в друга, а затем всё же рискнули идти дальше.

- Да, - первым подал голос Адамов. - Но вся система объята ещё и такой связью. Надо помнить, что и электрон, и позитрон - это силовые линии электромагнитного поля. Точнее, материал для их образования. А световые фотоны - это кванты движения в составе электрона и позитрона. Поэтому на периферии, там, где

вакуум, силовые линии рассредоточены на большом пространстве. Они имеют относительно низкую плотность. А в центре системы, там, где твёрдые вещества, находится кристалл, который формируется из тех же электронов и позитронов, но только в центральной части системы эти элементарные частицы собраны в плотный поток, плотность которого имеет максимальное значение.

Академик замолчал, пытаясь мысленно представить озвученное. Если вакуум с редкими силовыми линиями легко было представить в виде некого поля с какими-то штрихами, которые встречаются очень не часто, то тема кристалла оказалась не такой простой для построения мысленной модели.

Во-первых, этот кристалл мог быть как твёрдым, гак и жидким, и даже газообразным. Такое предположение возникало в силу той же диаграммы тройной точки: если все параметры - давление и температуру - «задрать», то можно добиться некой равновесной фазы, в которой кристалл будет и жидким, и твёрдым.

- Но это пока не очень понятно. Или, по вашей версии, в центре любой планеты находится не кристалл, а белая дыра, которая формирует новое вещество? - уточнил Свейн.

- Так вот этот кристалл она и есть! - почти вскричал академик. - По современной версии, в центре Земли находится нейтронная звезда, которая состоит из нейтронов, объятых твёрдым железно-никелиевым ядром. Но совершенно не понятно, что там внутри! Некоторые физики считают, что нейтронная начинка представляет собой некий «суп», то есть жидкость из нейтронов...

- Скорее, уж, молоко,... - неуместно вставил Свейн, хотя его случайная версия на самом деле являлась правильной.

В глубине нейтронной звезды и, соответственно, любой планеты циркулирует нейтронный поток, который и даёт энергию всем процессам. Этот поток сильно напоминает Молочную реку из сказок и мифов, потому что свободные нейтроны светятся ровным белым светом77 .

- Но я считаю, - не обратил на него внимания академик, - что это тот самый кристалл! Магический кристалл! Он является жгутом электрон-позитронных, или фотон-антифотонных пар!

- Или силовых линий магнитного поля Земли! - добавил Свейн.

- Да! - согласился Адамов. - И в центральной зоне Земли эти линии сжимаются до такой плотности, когда начинают формировать вещество. Причём, чем глубже в центр Земли, тем твёрже породы. Точнее, тем более высокоорганизованными становятся вещества. Имеют более высокий номер по таблице Менделеева.

Коллеги замолчали. Они сидели и впитывали результаты очередной дискуссии. Очевидно, у них получалось беседовать очень резонансно.

- А что вы там о молоке? - вспомнил Адамов, и сам ответил: - А ведь вы правы. Если смотреть на этот кристалл, то он будет напоминать... Молочную реку! Реку из разогретых до молочной белизны нейтронов, электронов, позитронов, фотонов и антифотонов. А из неё

будут всплывать охлаждённые куски обычного твёрдого вещества, а также жидкости и газы.

Структура Земли

Очередную встречу Свейн и академик Адамов ждали с нетерпением. После прошлого раза объём идей, рождённых в беседе, оказался настолько обширным, что обоим потребовалось несколько дней, чтобы хотя бы осмыслить их, «переварить» их.

- Ну, что же, уважаемый академик, попытаемся сегодня разобраться в ещё более интересном вопросе: какова структура Земли? - улыбнулся Свейн, протягивая в приветствии руку.

- Структура представляет собой тор, - с места в карьер кинулся Адамов. - Причём этот тор - основа планеты, то есть её костяк, скелет. А вещество планеты - это то, что налипает на центральное ядро. Или, лучше сказать, располагается в центре этого тора, прилегая к его внутренним поверхностям.