Бесноватый Цесаревич (СИ) - Яманов Александр - Страница 67

— Значит, Лесок рыщет по округе. Выходи, мы знаем, что ты здесь — крикнул Анвар и, сунув в рот два пальца, громко свистнул.

— И не надо так громко кричать. Всё зверьё распугаешь.

Мы все дружно обернулись в сторону, откуда послышался голос. Метрах в пятнадцати стоял невысокий человек, в белом балахоне и белой же шапке. В руках у него было что-то типа посоха, остальное оружие наверняка было скрыто.

— А хорош этот ваш Белянин, — продолжил Лесок, — Заметил меня, есть навыки у парня. Может ещё не поздно научить по лесу ходить.

— Ты зачем прячешься? Натворил чего-то? — спросил Первушин.

— Нет. Я человек мирный, — ответил Лесок, при этом донцы начали скалиться, явно сомневаясь в мирном нраве гостя, — Решил осмотреться, пока эти двое не прибыли. И как-то неспокойно у вас в лесах. Кто-то по лесу рыщет в паре дней пути от Новгорода, да и явно с пониманием у них человек. Я еле их обошёл.

— Ваше Высочество, — наконец-то опомнился Первушин, — Разрешите представить, Ян Лесков. Егерь и следопыт, человек знающий лес как никто другой.

Ян снял шапку в знак приветствия. Заодно мы рассмотрели интересного гостя. Короткие светлые волосы, голубые глаза, светлая борода, оттопыренные уши. Обычный северно-европейский тип лица.

— Странная фамилия для имени Ян, — говорю я Лескову.

— Я не Лесков, а Лескоу, — отвечает Ян по-немецки со странным акцентом, произнеся фамилию на иной лад.

Ну, прямо сплошные полиглоты. Хотя если народ наёмничал и поскитался по свету, то и знание языков не удивительно.

— Саксонец? — спрашиваю.

— Лужичанин[1], - отвечает Ян.

Странный тип, по-русски говорит без акцента, впрочем, как и по-немецки. Про лужичан я раньше слышал, но не более того. Маскировку Лескова оценил не только я, но и остальные присутствующие.

С сформированным руководящем составом учебки, потратили два дня на обсуждение плана подготовки десятка. Объяснил наставникам, чего я вообще хочу. Они важно покивали головами, затем перечеркнули мой план и начали составлять свой. Решил не лезть с советами, кто я такой против профессиональных убийц и разбойников. Но несколько уточнений по тренировкам удалось внести. Всё-таки система начальной подготовки в XXI веке и сейчас, сильно отличаются в сторону будущего. Я особо настаивал на тренировках выносливости. В принципе наставники были со мной солидарны.

Богдан нашёл ещё пятерых желающих присоединиться к егерям. Вернее, четверо из них не знали, что хотят присоединиться, но подходят нам по навыкам и умениям. А один был самым настоящим добровольцем.

Решили назвать будущих спецназовцев — взводом застрельщиков, дабы не привлекать излишнего интереса. Понятие обтекаемое, заодно шпионы не должны обратить внимание. Можно и пластунами их назвать, но по мнению Якова нашим новичкам до этого звания как до Луны сракой. В чём я с ним полностью согласен.

Не успел обрадоваться, что дела с десятком наладились и с ротой тоже есть подвижки, как народ повалил нескончаемым потоком.

Волков решил не мелочиться и привёз сразу всех людей, о которых я его попросил. Вернее, кроме одного, который должен был прибыть в ближайшее время.

Дворец практически опустел, если сравнивать с тем столпотворением, что творилось совсем недавно. А скоро в столицу собирается перебираться Блок. Оставляет только своего наиболее талантливого в ученика-хирурга, Вольфганга Вольфа. Я этого товарища с волчьим именем и фамилией выпросил строго для егерей. Травм, думаю, будет у них немало. Заодно и сам со своим окружением буду пользоваться.

Вольфганг был молчаливым крепышом немного за тридцать, говоривший с сильным акцентом. Начинал, как и Блок в армии. Нельзя утверждать, что он был полноценным учеником Блока. Правильнее сказать, что врач повышал свою квалификацию у более опытного коллеги. В плане хирургии Вольф был хорош и ранее. У Ивана Леонтьевича он ознакомился с новинками в виде гигиены, обработки инструментов, наркоза, перевязочным материалом и всякими мелочами. По словам Блока, Вольф не просто хороший, а талантливый врач, но ещё авантюрист, независимый и крайне неуживчивый человек. Чего он тогда делал в армии не понятно. Должность доктора егерей Вольф принял без раздумий. Чем мне ещё понравился немец, тем, что взял себе в ученики одного из солдат моей роты, имевшим склонность к лечению. В перспективе хотели обучить ещё несколько человек. Солдат тоже надо лечить, мелких травм в армии хватает. Также к нему в ученики напросился местный парнишка Макар Бахарин. Макар был сыном свободного крестьянина, работал помощником аптекаря в Питере. Парнем он был любознательным и активным, чего в аптеке не ценили. Знаний особо не давали, зато с затрещинами и подзатыльниками дефицита не было. Он ещё в столице напросился к Блоку, а потом как-то перешёл в подчинение к Вольфу. В Новгороде остался с радостью, благо семья живёт здесь же. Отец его перешёл из крестьян в мещане и занимается торговлей.

Гостей разместили в отдельные комнаты, уж этого добра пока хватает. Сначала решил переговорить с Волковым, а потом уже с его креатурами.

Разговор состоялся поздно вечером. Я сегодня ужинал у губернатора и вернулся поздно. Так что гостей не видел, перекинулся только парой слов с Иваном Сергеевичем, который сам посетил усадьбу.

— Ваше Высочество, — начал Волков без предисловий, — Хочу начать по нашим иностранным делам. Я обдумал полученные от вас указания и отправил в Бремен и Голландию человека с посланием и рекомендациями. Сейчас зима и навигации по Балтике нет, поэтому гонец поехал через Пруссию в составе небольшого каравана немецких купцов. Перемещаются они не очень быстро, но надеюсь, к началу февраля гонец доберется до Боде и в середине месяца до Вирсмы. Ответ мы получим уже с началом навигации, скорее всего в апреле.

— Так же хочу сообщить, что я взял на себя смелость и внёс небольшие правки в ваши рекомендации. Яннесу я сразу поручил купить две или три голландские лодки, они называются "palingaak" и перегнать их в Берген. Эти лодки предназначены для перевозки улова. Правда сейчас действует морская блокада со стороны Англии, что создаёт дополнительные трудности. С другой стороны будет проще найти экипажи и не станут англичане гоняться за каждой небольшой лодкой. Они сейчас нуждаются в продовольствие, как вы заметили, и затея с рыболовством должна получиться. Деньги Вирсме так же отправлены. Ему хватит на покупку нескольких лодок, дома в Бергене, найме экипажа и организации производства по солению рыбы. Не будем ограничивать себя торговлей только с Англией, рыба нужна всем и это хороший способ заняться разведкой, перевозить корреспонденцию и запрещённые товары. Дело это не на один год, но я написал Яннесу, чтобы тот не мелочился и сразу начал строить большую компанию.

— Вы сделали правильно, что внесли изменения. Я не совсем разбираюсь в реалиях этого промысла. А что по Боде?

— По купцу я тоже внёс изменения. Не нужно ему открывать банк в Норвегии. Это действительно глубокая провинция, не уверен, что там вообще знают о существование банков. Со временем откроем там филиал. К тому же надо учитывать, что банк привлечёт к себе внимание, а нам нужно поддерживать связь и наших людей будет легко определить. Нужен большой город и желательно в недружелюбной для России стране, чтобы совсем запутать противников. Я предложил Боде перебраться в Стокгольм. Достаточно большой город, там повышенная деловая активность, крупный порт и Швеция наш традиционный враг. И связь поддерживать гораздо проще.

Я выслушал небольшую речь Волкова и начал понимать, какой шикарный подарок сделала мне Екатерина, просто царский. Я получил не только хорошего специалиста, но ещё умного человека, который может взять инициативу на себя. Сергей Иванович тем временем продолжил.

— С самой покупкой банка тоже не всё так просто. Банков в немецких землях сейчас не так много и они в основном принадлежат монаршим домам или жидам. Покупать какой-нибудь итальянский или голландский банк неразумно. Боде получит ваши записи по работе банка, дополненные моими рекомендациями и просто откроет новый банк в Стокгольме. Война уже подбирается к Северной Германии, поэтому он сможет сразу нанять работников для нового банка. Сомневаюсь, что тамошним жителям придутся по нраву французские порядки, ещё и ограбят до нитки. Конечно всё будет под видом братства и свободы, — улыбнулся Волков.