Чили (СИ) - Владимирова Анна - Страница 9

«Элль, вы ему дадите шанс?»

А он ему нужен?

Взгляд упал на гору пакетов в углу у шкафа. Но рот сам собой приоткрылся совсем от другого: на тумбочке напротив стояла коробка. Отложив ноутбук, я осторожно подползла к краю кровати и протерла глаза — парфюм! Спустила ноги на пол и приблизилась к подарку, будто это была бомба.

«Бомбой», как оказалось, это было лишь однажды — в две тысячи седьмом, когда «Артизан» выпустил этот парфюм — «Джатаманси». Я взяла коробочку, покрутила, силясь понять — к чему? В одном из пакетов обнаружилась еще более обескураживающая подборка — стеклянные флаконы с шампунем, гелем для душа и прочим. В другом — одежда и нижнее белье… Все говорило о том, что Киран запомнил обо мне многое. Только зачем? Было такое ощущение, что меня завели, как домашнюю зверушку, накупив разом все, что могло понадобиться для здоровой и счастливой жизни. При этом мнение зверушки не учитывалось.

В доме было тихо.

Я прошлепала голышом в ванную, привела себя в порядок, воспользовавшись подарками, потом долго выбирала белье… Киран провел полночи именно в магазине женского белья? Как он умудрился подобрать все с точностью — оставалось загадкой. Дорогое, безумно красивое, приятно холодящее кожу и, казалось, возбуждающее даже само по себе, аж дух захватывало!

На дне пакета обнаружилась упаковка никотиновых пластырей. Фыркнув, я закинула их обратно, подхватила со столика сигареты и крутанула ручку двери — оказалось не заперто. Но запах свежесваренного кофе впервые оборвал все надежды на счастливый новый день — за столом сидел Киран. А перед ним лежало два пистолета.

Я с тоской глянула на дверь и переложила пачку сигарет из одной руки в другую, протерев о штанину вспотевшую ладонь.

— Пластыри не нашла? — хмуро поинтересовался он и повернулся ко мне.

От его взгляда каждый волос на теле, казалось, встал дыбом, и солнечное утро вмиг показалось глубоким вечером.

— Нашла, — стиснула пачку, так и не определившись с направлением.

— Тогда в чем проблема? — он вдруг резко поднялся и направился ко мне. Не успела я отшатнуться, как он подхватил меня под бедра. Пришлось вцепиться в его плечи, чтобы не упасть. В груди все оборвалось, будто меня скинули с высоты. А Киран устроил меня на столешнице и втиснулся между моих разведенных ног. — Просто помолчи, — уткнулся мне в шею, сжимая в объятьях. Одна рука скользнула между лопаток вверх, вторая ощутимо сдавила ребра. Он вжал меня в себя так, что я едва дышала, боясь пошевелиться и всколыхнуть мысли в голове. «Просто помолчи» — хороший совет. И я молчала, слушая его медленное спокойное дыхание на шее, пока оно вдруг не начало продираться внутрь и падать тяжелым горячим желанием в живот. Незнакомое — и от того пугающее — чувство запустило механизмы самозащиты. Я зашевелилась, рвано вздохнув, но он не выпустил.

— Пусти, — прошептала упрямо.

— Нет, — его губы скользнули по шее и легко прихватили мочку уха, снова вводя в оцепенение. Тело отреагировало острее, я едва подавила стон, прикусывая губу. Но ум все же успел принять меры:

— Если я шлюха, это не значит, что тебе можно…

Он медленно отстранился и взглянул на меня так, что показалось — пристрелит. Взгляд Кирана стал таким темным и злым, что сейчас я точно не сомневалась — лучше быть от него подальше. Он наклонился почти вплотную, касаясь своими губами моих:

— Я не буду повторять, Элль, поэтому слушай и запоминай: ты — моя шлюха, — хрипло прошептал и прихватил мой подбородок зубами. Я дернулась, но он запустил пальцы мне в волосы и сжал их, не позволяя мотнуть головой, — можешь вырываться, злиться, орать… — он скользнул носом по моей натянутой шее. Его дыхание стало тяжелым и рваным, и я прикрыла глаза, не понимая сама, от страха или предвкушения, — ты никуда не денешься. Я не отпущу больше.

15

— Ты тронулся… — уперлась руками в его грудь, еле соображая.

Он замер, тяжело дыша, и неожиданно выпустил. Стало холодно, и я съежилась, обхватив себя руками. А Киран отошел к столу и оперся на него руками, свесив голову:

— Сегодня ночью убили Дика…

Я уже собиралась слезть, но замерла.

— Что?..

— Он был другом моего отца, Элль… — Я не верила ушам, вытаращившись на спину Кирана. — Дик прятал тебя все это время, не давая подобраться тем, кому не надо.

— Мне говорили, что ты — именно тот, кому не надо! — повысила голос. Хоть мы говорили, ощущение навязчивой липкой тишины давило.

— Нет, Чили, — усмехнулся он, наконец, оглядываясь на меня. — Тебя берегли не от меня… А для меня.

Я моргнула, медленно опуская ноги на пол.

— Дик… все это время… был за тебя? — пыталась хоть что-то разложить по полочкам, но пока что все это напоминало пазл с категорически отказывающимися стыковаться краями.

— Мы не на стороне закона, — он потянулся за глоком и убрал его за пояс под футболку.

— Но я думала, меня прячет правительство…

Второй пистолет остался лежать.

— Так и было, Дик ведь агент ФБР. Садись, я сделаю завтрак.

Я растерянно прошла к столу.

— Как это произошло?

— Застрелили на парковке у дома.

До меня начало доходить… Дик мне нравился. Мягкий и доброжелательный, казалось, что он искренне переживал за меня. А еще он всегда беспокоился о Кролике, и нанимал специальные службы, чтобы перевезти коня максимально благополучно. На самом деле, я мстила всем этим агентам, чтобы те кочевряжились с лошадью. Но Дик ни разу не выказал недовольства. Он же и договаривался всегда о стойле, осмотрах и прочем, не говоря мне ни слова о том, что вообще-то таскать за собой коня — дурь редкого пошиба. Но месяц назад я сдалась и предложила забрать ему Кролика на время к себе, и после Майами мы решили, что перевезем его в последний раз…

— Зачем тебе столько пушек? — подняла взгляд.

Киран ответил не сразу:

— Те, кто когда-то убил отца, очень боятся, что я вернусь, — он поставил на печку кастрюлю и налил молока. — Поэтому одной защищаться, другой… мстить.

— И… ты уже кому-то отомстил?

— Да, — обернулся он. — И я буду убивать виновных дальше, Элль. Тебе все правильно про меня говорили.

Только сейчас до меня дошло, насколько я не верила словам агентов о нем.

— Зачем? — я тихо привстала. — Зачем убивать? Ты не вернешь этим отца… — Киран даже не обернулся. Спокойно открыл шкаф и принялся что-то искать. — Киран!

— Доброе утро, — хмуро констатировал Фейс, входя в кухню и настороженно глядя на меня. — Смотрю, у вас все никак не наладится. Старик, что с девочкой?

— Ничего, — отмахнулся Киран, выставляя банки на стол.

— И почему же ты так уверен? — раздраженно поинтересовалась я, задыхаясь от эмоций. — Ты убиваешь людей!

— И что? — наконец, обернулся он и сложил руки на груди. — Дика тоже кто-то убил. И у того, кто это сделал, не было столько душевных мучений, как у тебя сейчас!

Фейс напряженно покосился на меня:

— Айзек говорит, нужно валить.

— Скорее всего, он прав, — Киран не спускал с меня блестящего взгляда.

— Одно дело — защищаться, но другое — просто в отместку щелкать каждого причастного! — голос дрожал от волнения, а сердце скакало в груди, как в последний раз, заставляя сгибаться пополам.

— Точно, — спокойно возразил он и, оттолкнувшись от стола, направился ко мне, — я буду щелкать каждого…

— Не подходи, — цедила я.

— Старик, не надо, — Фейс переводил испуганный взгляд с меня на Кирана, не зная, к кому взывать. — Элль, успокойся!

Киран подошел ко мне вплотную, заглядывая в глаза:

— …Каждого, кто разрушил мою жизнь, каждого, кому плевать на все, кроме денег и власти, Элль!

— Киран, — в голосе темнокожего слышалось неодобрение, но Киран, кажется, не слышал.

— Может, этого не было в твоем мире, когда в нем появился я, но теперь добро пожаловать в мой мир! В нем все покупается и продается за деньги, а жизнь вообще ничего не стоит! Если я не успею, пришьют и меня, и тебя!