Чили (СИ) - Владимирова Анна - Страница 12

— А агенты, которые замешаны?.. — выдавила, наконец.

— Им бы тоже не помешали несколько миллионов… — с интересом наблюдал за ней. — Но больше всего — уничтожить доказательства своих махинаций.

— Но отец хочет заполучить все деньги единолично?

— С ним бы никто не поделился, он просто исполнитель, который оказался слишком умным.

Она подняла на него глаза и замерла:

— То есть, — начала нерешительно, тяжело сглотнула, заморгала часто-часто, будто сейчас заплачет, а он стоял и ничего не делал, не пытался соврать или переубедить. Просто позволял этой правде вонзаться ножом в сердце и прокручиваться там с остервенением. — Ты меня забрал, чтобы…

Элль нахмурилась, пытаясь сформулировать мысль, или дождаться, когда он ее опровергнет. Но, видя, что он ничего не собирается объяснять, обреченно прошептала:

— …Я — твой козырь против отца.

Ее красивые искусанные губы дрогнули в злой усмешке, взгляд пугающе заблестел. Ответ уже не был нужен — теперь между ними все слишком ясно. Элль оттолкнулась от стола, сгребла ноутбук и направилась в свою комнату. Тихий хлопок двери сорвал что-то в его душе с петель. Он схватил стеклянную миску с маринадом и запустил в стенку.

19

«Иногда я думаю, что лучше питаться пластиковыми бургерами. Пластик — он честный. Никаких ожиданий и обещаний. Проголодался? Так он предсказуемо забьет желудок, оправдывая возложенные на него надежды. «Высокая пища» очень непредсказуема, ее нужно уметь понять и оценить, ведь она — произведение искусства, выражение мастерства творца и его к вам отношения.

Я сейчас во власти своего творца полностью, но маринад для моего ужина улетел в стенку кухни вместе с миской, в которой готовился.

Не спорю, иногда лучше голодать, чем есть абы что. Но… так ведь и с голоду недолго сдохнуть?»

Когда в доме все стихло, я открыла двери и выскользнула в кухню — есть хотелось зверски. Зажгла боковой свет и огляделась: Киран бросил все на моменте моего ухода. Пол у холодильника залит маринадом и усыпан осколками. Недолго думая, я вооружилась тряпкой и взялась за уборку.

Если бы я в первый день не побила в комнате все, что было можно, разнесла бы сейчас и остальное. Злость клокотала в груди, хотелось кого-нибудь убить! А самое смешное, я уже свыклась с тем, что Киран действительно убийца! Но та правда, которую он мне открыл сегодня, никак не укладывалась в голове. С одной стороны, я его понимала: он пережил падение с небес на землю — такое не проходит бесследно, и его стремление восстановиться в прежнем статусе, отомстить людям, разменявшим жизнь его отца, было логичным. Но стоило снова вспомнить его мотивы относительно меня — ноги подкашивались.

Жутко хотелось курить и… Я оглянулась на бар, откуда Фейс в прошлый раз вытаскивал вино. Взяла первую попавшуюся бутылку и поднесла к свету — красное сухое. То, что нужно, чтобы успеть себя пожалеть, прежде чем забыться. Тряпку я так и бросила на полу, занявшись более верным способом занять руки и гарантированно отвлечься. Даже бокал не хотелось искать — душевное состояние требовало дозу обезболивающего прямо с горла! Но, пока открывала вино, все же решила его употребить более изящно. В холодильнике нашелся пармезан, фрукты… когда сфокусировалась на дальнем углу, нервно рассмеялась:

— Бедный Фейс!

Он, видимо, попытался поджарить куриные грудки без маринада, те прилично подгорели. Судя по тому, что грудки осталось всего полторы, результат его даже очень удовлетворил. Поразмыслив, я утащила к себе в спальню нарезку сыра с фруктами, которой обложила остатки мяса. Фото вышло отличное! Грудка в обрамлении кусочков апельсина выглядела особенно грустно. Пригубив вино, я выложила новое фото в блог и с чистой совестью пошла курить. Нет ужина — нет договоренности!

Ночь была прекрасна! Что ни говори, Майами завораживал и дарил столько фальшивых надежд! Особенно здесь — в тихом частном секторе, в атмосфере густого душного сада. Я закурила и задумчиво покусала губы.

Хочет меня использовать? Чего еще я ждала от выходца из того мира, который не считает деньги и трупы? Большой и чистой любви?

— Надо потерпеть, — прошептала сама себе. — Скоро все кончится…

И тогда я исчезну. Заберусь в такую глушь, что никто никогда не сможет найти, только еще немного потерпеть… В груди болезненно заныло от горечи, и я снова поддержала ее едкой затяжкой.

«Это должна была быть грудка на гриле в апельсиновом пряном соусе… только последний так и не нашел повода и способа соединиться с мясом…

Как же часто мы не находим повода сблизиться с кем-то? Ведь выгоды очевидны! Соедини ингредиенты — выйдет нечто незабываемое! Ведь это не только вкус, в этом — вся жизнь. Она станет ярче, теплее, насыщенней! Стоит ли ради этого жить? Я спрошу вас — а стоит ли жить по-другому? Какие ценности могут соревноваться с обычным летним вечером и барбекю на заднем дворе, запахом еды и надеждой на лучшее завтра, ведь оно не будет больше одиноким?

Ваша Элль»

20

«Милая девочка, я думаю, ваш Шеф к вам сильно неравнодушен! Период, когда маринад летает по кухне — один из самых острых и чувственных!»

«Да, нелегкая задача — ввести маринад в мясо! Тем более такое вертлявое, да, Элль?»

«Черт возьми! Все, как в жизни! Без должной обработки «мясо» выходит сухим и малопригодным к употреблению!»

— Киран…

— Доброе утро, Айзек.

— Ты не поверишь…

— Дай угадать? Меня не ищут.

— Черт, это невероятно! Но ты все еще за границей — по мнению парней из управления. Основная версия — Майкл Дайверс забрал Элль и грохнул Мэйсона. Киран… Чем ты там стучишь?

— Зелень режу…

— Зелень?

— Завтрак готовлю.

— А… как с дочерью Майкла дела обстоят?

— А Фейс не говорил?

— Молчит, ты же его знаешь, он за тебя горой.

— Отлично…

— Что именно?

— Все. У нас все отлично, сегодня двинем отсюда.

— Да, документы на девочку доставят к обеду.

— Спасибо, жду.

Он отбил звонок и продолжил готовить завтрак.

Теперь, когда вся их с Элль история стерта в пыль его собственными стараниями, ничего не оставалось, как начать с начала. И он начал. Порезал зелень, натер сыр и пообещал себе, что больше не станет ничего бить.

— Ну и куда мы двигаем? — раздалось тихое со стороны коридора.

— Думаю, тебе бы лучше двинуться к отцу, — забросил зелень в миску с жидким тестом для панкейка и взялся за баночку с солью.

— Нет, Киран, — Фейс оперся о столешницу, сложив руки на груди, — даже не предлагай мне этого…

— Мне нужны переговоры с теми, кто за мной охотится.

— Ты рискуешь.

— Мне нужно дать им понять, что я вернулся, но лишь какой-то неясной угрозой. Я хочу, чтобы эти твари перестали спать. — Он смешал все ингредиенты и отставил подальше — на всякий случай. — Они будут искать Майкла, а я буду наступать им на хвост и заставлять оглядываться.

— Что ты задумал? — Фейс тяжело сглотнул, всем видом давая понять — он уже все понял.

— Айзек знает, куда теперь несутся «ФБР» искать Дайверса, — отвел взгляд и достал сковородку. — Мы потихоньку двинем туда же и присмотримся…

Фейс шумно выдохнул:

— Нам нужно найти Дайверса первыми.

— Точно. Но он тоже меня ищет. Поэтому надо выходить, Фейс.

Прозрачно-золотистая капля масла упала на горячую сковородку как раз в тот момент, когда в коридоре показалась Элль. С пустой бутылкой, бокалом и тарелкой. Не мог на нее смотреть, и отвел взгляд на миску с тестом, но тягостное молчание Элль никогда не любила:

— Недоброе утро, — недовольно проворчала она и, подойдя вплотную, нахмурилась: — Подвинься, я выброшу, — потрясла бутылкой в руке.

«Артизан» сидел на ее коже идеально… для него. Тонкий шлейф горькой сердцевины аромата заставил рот наполниться слюной, когда она качнулась назад.