Мой босс - палач (СИ) - Владимирова Анна - Страница 31

— Никто не знает. Хочешь повидаться? — А теперь захотелось, чтобы он мне этот закон повторил.

— Хочу еще вина. Вечер становится интересным…

— Не здесь, — нахмурился он, вглядываясь в толпу.

Проследив его взгляд, я увидела этого лысого, прижимавшего к себе… ту брюнетку, подругу сгоревшей салемы. Девушка висела у него на плече, всхлипывая. Одетая в нежно-розовое платье, она больше походила на дочь этого типа, чем на спутницу. Но его объятья говорили об обратном — слишком собственнически держал он ее за талию. Стало противно.

Я физически ощутила, как Вернон напрягся. Его нежность обернулась железом и застыла на мне жесткой хваткой.

— Пойдем, — повел меня куда-то, шаря взглядом по толпе. Наконец, выбрав направление, мы зашагали к выходу, но воздуха глотнуть не довелось — толпа журналистов осаждала Людога Саровского, к которому мы и направлялись. Завидев Вернона, стая акул пера разделилась. В глазах снова замельтешило от вспышек.

— Мистер Рэд, мисс Клисон утверждает, что вы все еще пара! Почему так происходит?

— Я не знаю, — жестко отбрил Рэд.

— У вас с мисс Марроу-Лин все серьезно?

— Да, серьезно.

— Когда ваша свадьба?

На этом вопросе меня неожиданно все же покоробило, но, как выяснилось — зря.

— Мы еще не обсуждали этого. Но вы дату все равно не узнаете…

Усмехнулась ему в плечо, а журналисты уже атаковали новыми вопросами, но я не слушала. Смотрела снизу на его профиль с всполохами света, а в ушах стоял звон…

…Наверное, именно в эту секунду я в него влюбилась. Не вовремя, не в том месте и не в то время.

…Потому что в следующую позади вдруг вознесся к потолку столб пламени. Я только увидела отблеск в камерах, направленных на нас, и Вернон тут же вжал меня в себя и толкнул вперед:

— Лю! — услышала его рев.

— Выводи! — долетело со стороны королевского инквизитора.

Вокруг началась дикая толчея и паника, позади слышались вопли заживо горящих, а пространство стремительно затягивало дымом. Не нужно было гадать, чтобы понять, как именно возникло пламя. И обвинять Вернона в том, что он не бросается в огонь, тоже никто бы не посмел — ничего не сделать. Когда салема горит в зале, полном людей… жертвы будут неизбежны, и их будет много.

Нам повезло, что были почти у выхода. Уже через несколько минут под ногами пружинила трава большого зеленого поля вокруг здания. На всю округу выла сирена, кричали люди, и все это щедро посыпалось сверху красно-синими тревожными всполохами. Вернон звонил кому-то, не выпуская мою руку, а я в ужасе смотрела на происходящее, парализованная зрелищем.

— Рэд! — рядом оказался Шеррингтон.

Судя по виду, инквизитор еще не успел сунуться внутрь — выглядел просто шокированным, но с иголочки.

— Я уже везде сообщил, отдел едет всем составом, — доложил ему Вернон. — Твоя свидетельница вспыхнула…

— Как она тут оказалась?! — Ужас на лице блондина сложно было подделать.

— Ты знал, что у старого Клисона с ней отношения?

— Нет, — моргнул он на Вернона.

— Протащил ее спутницей, пол вечера успокаивал… — чеканил факты тот, будто пересматривая внутренним взглядом снова и снова. Он ведь сразу насторожился, когда увидел их вместе. А тот факт, что Клисон угрожал ему, хорошо вставал в ряд событий.

— Вот черт, — запустил пальцы в волосы Шеррингтон. — Черт…

Пока он шокировано пялился на хаос, Вернон вызвонил одного из охранников и сдал меня ему в руки.

— Никуда не отходи, — приморозил взглядом к месту, и они с Шеррингтоном направились в эпицентр хаоса.

Половина здания была охвачена дымом, подъездную дорожку уже засполонили машины неотложной помощи. Я уселась прямо в платье на траву поближе к запаху земли, потому что от гари уже начинало тошнить.

48

Журналисты, которым, как и нам, повезло, вились вокруг здания, освещая, несомненно, главное событие месяца, а я думала о той бедной девочке, которая искала тепла на плече несостоявшегося тестя Вернона. Что заставило ее вообще довериться столь непривлекательному мужчине? Деньги? Хорошее обоснование. Но когда она плакала там, она доверяла ему нечто большее — страх смерти… Интересно, а сам он погиб вместе с ней?

Принять факт того, что тебе очень может быть суждено умереть столь страшной смертью, невозможно. Я столько пыталась — напрасно. Видеть же смерть снова так близко оказалось так же страшно, как и первый раз в случае со Стивией.

И уж совсем я не ожидала, что мой мобильный оживет звонком от абонента, которого никогда не ждала…

— Мам…

— Бэрри! Девочка… Ты в порядке?!

— Я жива.

Слышала, как она всхлипнула на том конце:

— Мне соседка сказала, что показывали тебя в новостях, а потом все загорелось, — быстро заговорила она. — А у меня даже «звонилка» не заряжена…

Ну как всегда.

— …Бэрри, что там случилось? Что-то жуткое…

— Мам, я не поняла даже, — поднялась на ноги.

Говорить правду нельзя, хотя я и не представляла, как инквизиторы замнут теперь эту трагедию.

— Говорят, что вспыхнула салема…

Не замнут. Прошла всего пара часов, а у новостных агентств уже есть правда.

— Мам, я ничего еще не знаю…

— Но ты точно в порядке? — допытывалась она.

— Да, в порядке…

— Бэрри, может, приедешь домой? Я совсем тебя не вижу, а мне рассказали, что ты чуть ли не замуж собралась за известного инквизитора. Бэрри, как же так?

Я спокойно вдохнула:

— Мам, сложно объяснить. Мне просто не повезло…

— Как, Бэрри? Что случилось?

Слышала: она на грани — ее тихий спокойный мир, в который она перестала пускать любого, кто мог потревожить, вдруг так сотрясло. А я думала, что кто-то все рассчитал именно так — чтобы долетело до самых отдаленных, встряхнуло всех… И Людог Саровский ничего на этот раз не успел скрыть.

— Бэрри…

— Мам, я не знаю, что тебе сказать…

— Мы все в опасности теперь, да?

— Да…

Я нашел Людога на ступенях оцепленного здания. Шеррингтон следовал за мной. Двери к тому времени уже сняли, а когда пламя угасло — выбили с корнями, и теперь оттуда вереницей вытаскивали на носилках пострадавших.

— Отдай мне дело, — потребовал без прелюдий у Саровского.

— Вернон, ничего, что оно мое? — тут же ощерился Шеррингтон.

— Я бы на твоем месте сейчас об этом молчал, Каллум, — бросил неприязненно.

— Успокоились оба! — рявкнул Людог. — Речь сейчас не о том, кто побежит по следам, а до каких небес это все раздуют! — Все понимали, что попытки Саровского замять гибель высших салем в стенах королевской инквизиции потерпели крах. — Сейчас пока ищем кандидатуру на возгорание…

— Клисон привел одну из твоих учениц, Лю, — выразительно посмотрел на инквизитора. Его лицо вытянулось. И я не стал обращать процесс вспять, усугубляя эффект: — Более того, она была подругой последней погибшей, я разговаривал с ними обеими этим утром…

Шеррингтон хмуро молчал.

— …И я больше, чем уверен, что Клисона среди трупов нет, как и моей бывшей невесты, которая до моего приезда чудесным образом успела раздать интервью всем каналам. Но наверняка папа ее тут же отослал, как только получил от меня финальный отказ…

— Так, стоп, — поднял ладонь Людог.

Но меня несло. В голове не укладывалось то, что становилось очевидным. Жертв были не десятки — сотни.

— …Он угрожал, что гореть будут все…

Мы уставили друг другу в глаза. Каждый понимал, что обвинения очень серьезные, как и то, что меня никто слушать не будет — я предвзят. Клисон — отец Вальрики, а наш разрыв далеко не обоюдный. Я даже не удивлюсь, что в каком-либо интервью бывшая невеста подчеркнула наши непростые отношения с ее отцом.

— Я не дам тебе дело, — почти мягко постановил Людог. — Ради тебя самого. — Он повернул голову к Шеррингтону: — Бери на себя контроль и координацию наших следователей…

49

Я скрипнул зубами и сжал кулаки. Понятно, что Людог прав — при любом разбирательстве меня вышибут из процесса, да еще и штрафных навешают, если вообще не лишат должности.