Шаг Первый: Новый мир (СИ) - "Gezenshaft" - Страница 59

В общем, пришлось идти. Нет, я вовсе не был против попробовать примерить и оценить волшебный вариант деловых костюмов или нечто подобное, ведь такой стиль одежды мне всегда нравился. Проблема была в том, что такая одежда зачастую ограничивала свободу движений и маневра, да и особым удобством не славилась.

Однако, потратив почти два часа всё в том же магазине мадам Малкин, который «Мантии на все случаи жизни», я смог обзавестись вполне приличным чёрным костюмом тройкой с двубортным пиджаком. Немного староват стиль и крой по меркам обычного мира, но ткани качественные, удобные, а вкупе с зачарованием создавалось впечатление, что на мне самая удобнейшая одежда, которая только может быть. Само собой, стоит учесть ещё и индивидуальный пошив. Я даже на краткий миг начал понимать Локхарта в его книгах — он, похоже, сам пребывал в перманентном шоке от удобства и возможностей магической одежды, при которых вообще никак не страдает внешний вид. Потому и треть своих книг посвящена была именно таким вот тонкостям и деталям личного гардероба.

Остальные покупки к школе не заняли много времени, хотя и приходилось порой продираться через толпы знакомых и незнакомых волшебников, что с азартом и даже некоторым остервенением бросились за покупками, стоило только получить Хогвартскую рассылку писем. Потому на Косой Аллее было не протолкнуться. Я видел в этом плюс — возможность послушать разговоры. Вот только разговоры эти были в основном о Блэке, его опасности, опасениях остальных волшебников и прочее, а потому задерживаться здесь я не стал, быстро отправившись домой.

Весь август я провёл у Найтов и на Гриммо. У Найтов повторял обычную школьную программу забегая далеко-далеко вперёд, чтобы обычная домашка в Хоге не требовала временных затрат. Выяснилось, что хоть за счёт окклюменции и попыток пассивно усилить мозги гемомантией, моя память вполне и очень даже, но вот события далёкого прошлого, будь то младенчество или прошлая жизнь, остаются для меня прежнего качества.

На Гриммо ситуация потихоньку улучшалась — имеется в виду, постепенно, медленно и верно, пропадал вид общей заброшенности дома. Если основные и очевидные проблемы решил я — удалял магией пыль, сажу, грязь, прятавшихся волшебных вредителей, докси и прочую шушеру, то вот остальное делал, похоже, Кричер. Помимо приведения дома в хоть немного порядочный вид, я колдовал и изучил пару книг по окклюменции, чтобы не совершить непоправимых ошибок в своих ментальных экспериментах и разработках. Итог изучения — информация слишком абстрактна, индивидуальна, и то, что подходит для одного человека, совершенно не сработает с другим. Из-за отсутствия каких-то конкретных техник мой проект «сознания в кубе» завис на неопределённое время.

Не забрасывал я и физические тренировки и для этого не требовались ровным счётом никакие тренажёры — трансфигурация, хоть и без нужных формул было тяжеловато.

Попробовал изучить Патро́нус — не получилось, хоть и нужная литература была. Как я и думал, для изучения таких сложных заклинаний, не без основания относящихся к высшей магии, требуется либо наставник, либо обширные знания, опыт и навыки. Наставника мне взять негде, а над остальным я пока только работаю. Усердно, старательно, постоянно, но для самообучения действительно сложным вещам — недостаточно. Даже рекомендованные МакГонагалл и Флитвиком книги, благополучно запомненные, освоение которых я начал, ничем не могли помочь. Эх, вот бы мне кто показал Патро́нус пару раз. Да и воспоминание счастливое дал — у меня таких нет. Серьёзно. Как бы я ни старался, но ничего не приходило в голову.

Первого сентября, как и положено порядочному молодому человеку, я в положенное время загружал своё бренное тельце в вагон Хогвартс-Экспресса. С Вальбургой и Кричером попрощался, про Найтов не забыл — как можно! Уроки сделаны, предметы на полгода вперёд изучены, всё готово.

С такими мыслями я и зашёл в первое попавшееся купе. На сиденье, прислонившись к окну и накрывшись собственным пальто, дрых мужик. Лицо его закрыто было сдвинутой вперёд кепкой, а на стоящем рядом большом сундуке была небольшая табличка «Профессор Р. Дж. Люпин». Нет, тут я сидеть не буду.

Прикрыв дверь, отправился дальше. Времени до отправки было довольно много, и волшебники ещё не набились на платформу «девять и три четверти». Проверив свободное купе и убедившись, что оно пустое, я разместился здесь, начав рассматривать снующих туда-сюда волшебников.

В один прекрасный момент мелькнула в толпе знакомая кудрявая макушка. Девушка, как всегда одетая в школьную форму и с похожей на мою сумкой вместо сундука, деловито осматривала волшебников, стоя чуть поодаль от вагона. Приоткрыв окно, я махнул рукой, привлекая внимание. Привлёк. Гермиона тут же улыбнулась и махнула в ответ, быстро направившись в вагон и уже через несколько секунд она зашла в купе.

— Макс! — радостно бросилась она обниматься, не изменяя своей привычке. Ну и как всегда, получила симметричный ответ в виде не менее костедробительных объятий.

— Привет, пушистик.

Стоило сказать это, как тут же получил лёгкий тычок кулаком в область печени. Нормально так. Гермиона с лёгкой улыбкой отстранилась и демонстративно указала пальцем на свою причёску.

— Уже давно нет.

Волосы действительно были не в пример первому курсу ухожены.

— Пушистик однажды — пушистик навсегда. Как минимум пару раз в год.

— Вот ну что началось то? Хорошо же прошлый год всё было? — девочка, хотя, можно уже начинать называть её «девушка», с улыбкой села напротив, позволяя сесть и мне. — Рассказывай.

— Что именно?

— Всё.

— Эм… дважды два — четыре…

— Макс, ну что ты как маленький, честное слово! — закатила глаза к потолку Гермиона. — Как лето?

— Учёба, Египет, пирамиды, магия, книги, пыль с книг, домашка, физподготовка.

— Очень… Ёмко. Давай лучше я. Как ты и говорил в том письме, я с родителями была во Франции, в Париже…

Моё предположение о поездке Гермионы полностью подтвердилось, если не считать того, что девушка посетила куда больше мест, чем я мог подумать. Практически все заведения Парижа, имевшие хоть какую-то культурную, интеллектуальную или магическую ценность были если и не исследованы вдоль и поперёк, то как минимум посещены. Под стук колёс и редкие недолговременные визиты знакомых по Хогвартсу учеников, разговор перешёл на домашку: конспекты и эссе были прочитаны, сверены и кое-что даже дополнено. Так мы и не заметили, как погода начала ощутимо портиться и вот за окном уже непроглядный ливень и сумрак. Я стал морально готовиться, на всякий случай.

Нетривиальная задача — отогнать высококлассную нежить, одновременно материальное и нематериальное существо, магия которого работает непосредственно с душой и разумом. Вообще, эти существа довольно уникальны и в природе встречаются крайне редко. Если верить литературе, то получается лишь в Англии и далёкой южной Америке существуют места их скопления. У нас это Азкабан — творение одного тёмного мага-отшельника. В южной Америке — охраняемая и глубоко запрятанная в джунгли древняя пирамида. Только вот если в Америке это пристанище для десятка дементоров является этаким магическим заповедником, где численность этих тварей регулируется для каких-то непонятных целей, то в Англии — тюрьма. Но всё это лирика — поезд начал останавливаться. До Хогсмида мы не доехали минут сорок.

В поезде стало холодать, а окна начали покрываться тонкой корочкой льда. Пар валил изо рта, словно зимой. Становилось неуютно, а из глубины сознания всплывал какой-то непонятный и ничем не обоснованный комок страха. Совершенно бесформенный комок, не несущий ничего конкретного — просто животный страх.

— Странно… — прошептала Гермиона, потерев руки друг о друга. Поняв всю бесполезность подобного, она достала палочку и начала накладывать согревающие чары. Бесполезно. Свет погас.

Теперь уже я достал палочку из кобуры и навёл на дверь, мысленно выстраивая геометрическую структуру печати на кончике палочки. Патро́нус я создать не могу, но есть малоэффективное заклинание из гримуара. Если дементоры не будут настроены действительно агрессивно, то уйдут — дискомфорт никто не любит. Ещё их, по идее, возьмёт Адское Пламя и прочая магия, соответствующая типу «тотальное разрушение». Но, опять же, это не ко мне.