Шаг Первый: Новый мир (СИ) - "Gezenshaft" - Страница 57

В общем, пахать ещё и пахать. А можно ещё немного поприбираться магией в доме. Кричер лишь храбрится, желая казаться сверх-полезным Вальбурге — он даже готовит вручную. И убирает. Всё руками. Лишний раз даже не аппарирует. Да и немного раздражает пыль и паутина в коридоре, хоть она и совсем не ощущается грязью. Словно это антураж такой.

***

Перед самым августом сова принесла мне волшебную газету. Не первую, и смею надеяться, не последнюю. На первой полосе красовалась колдография Сириуса Блэка во время задержания. Невменяемый, страшный, с безумными глазами, держащий табличку с номером и орущий то в камеру, то куда-то вбок.

Прочитав статейку о страшном и ужасном стороннике, чуть ли не правой руке Волдеморта, я, на горячую голову, уже было бросился собираться на Тисовую улицу, но тут же одумался. Кто сказал, что он там будет? Сколько мне его там ждать? Что делать, когда дождусь? Где вообще гарантии, что я не проведу время впустую. Плюс, не стоит забывать и о том, что за домом Поттера вполне может вестись куда более профессиональная слежка, чем просто старая бабушка-сквиб с ордой магических кошек? Нет никаких гарантий, а значит ловить его лучше всего в Хогвартсе, во время проникновения в нашу гостиную.

Помимо этого, нужно разобраться ещё и с тем, можно ли как-то найти кольцо магией. Просто, ну… Поймаю я Блэка, начну выспрашивать, мол: «Где кольцо, Бродяга?», а он мне в лицо плюнет и будет молчать. А легилименцию я не знаю. Да и если бы знал, то не полез бы в голову безумцу. В том, что он безумен я не сомневаюсь ни секунды.

В дом на Гриммо я хожу чуть ли не каждый день и причина тому одна — магия. Там был небольшой укреплённый чарами зал, в котором можно поливать заклинаниями забавных бочкоподобных манекенов на колёсиках. Они могут держать палочку, двигаться, огрызаться простенькими ступефаями фиксированной мощности, но высокой плотности огня. Помимо этого заметил, что частое и мощное колдовство в доме почти незаметно, но улучшают его энергетику. Неспроста Вальбурга говорила о том, что дом впитывал колдовство многих поколений Блэков. Сейчас, после застоя, это самое «впитывание», как и последствия его, пусть крайне слабо, но ощущаются. Я затрудняюсь сказать, в чём точно выражены эти улучшения, ощущения и прочее. Просто чувствую.

Ещё здесь есть старые учебники и принадлежали они Беллатрикс. По крайней мере так сказал Кричер. Нет, я не мог попасть куда угодно в доме, слишком уж он «законсервирован». Но может домовик. Были здесь учебники и других Блэков, но прямо комплектами, да ещё с разными пометками на полях — только её.

Если верить сказке о Поттере, то в Хогвартсе есть учебник Снейпа, полный подсказок по зельеварению. В основном по зельеварению. Так вот, в учебниках Беллы была уйма зарисовок и подсказок по чарам и заклинаниям, и совсем чуть-чуть по трансфигурации. Начинались они с третьего курса, и чем дальше, тем более изощрённые они были в плане формул и конечного воздействия на цель, а к седьмому курсу уже были лишь готовые заклинания с редкими формулами. В общем, интересное чтиво.

Уже привычный мне хлопок раздался спереди. Опустив книгу и выпрямившись на диване, я посмотрел на подозрительно покосившегося Кричера.

— Госпожа Вальбурга желает поговорить со странным гостем, — проскрипел он, тут же исчезая всё с тем же хлопком.

Спустившись из выделенной мне комнаты вниз, к портрету Вальбурги.

— Леди, — кивнул я, присаживаясь на стул, конкретно прописавшийся в этом углу.

— Максимилиан, — кивнула она, сидя в кресле. — Время уходит. Кричер утверждает, что изменения твоей магии замедляются, но никто не может быть уверен, что они остановятся. Скажи, Максимилиан, ты принял решение о принятии рода?

Отбросить сомнения, да?

— Я считаю это вполне разумным шагом. Главное, чтобы не пришлось слишком глубоко погрузиться в политику и прочее — меня магия интересует.

— Да хоть вообще до смерти не суйся в эту политику, — отмахнулась Вальбурга. — Можно даже не объявлять о появлении Лорда Блэк. Хм… Так будет даже лучше. Раз ты решил взвалить на себя эту ответственность, то нам нужно сделать одну вещь. Раз кольцо найти в ближайшее время не представляется возможным, то хотя бы проведём привязку к Гобелену.

— Чем это поможет в нашей ситуации?

— Очень просто, Максимилиан. Дом, гобелен, кольцо, различные чары — всё это взаимосвязано. Дом тебя принял, но не полностью, ведь не хватает других элементов, словно рун в цепочке. Ты уже многократно колдовал в доме, потому и твоя магия теперь здесь есть. Привязка к гобелену будет ещё одним звеном в цепи и в тот момент, когда ты найдёшь кольцо, оно не будет воспринимать твою медленно изменяющуюся магию, как нечто чужое.

— Леди Вальбурга. Вы простите мне мою безграмотность в этих вопросах, но зачем нужно кольцо?

Вальбурга явно собиралась возмутиться, но я поспешил добавить.

— Имеется в виду сугубо прикладной, а не символический аспект.

— Хм, — портрет женщины имел довольно отходчивый характер и уже через секунду ей не хотелось устраивать маленький скандал. — Прикладной аспект, значит? Даже и не скажу так сразу, с чем можно сравнить для лучшего понимания. Скажу так — это ключ, печать и документ. Ключ для всего в доме, для активации и деактивации разных чар, артефактов и тому подобного. Печать — как личная подпись. К примеру, различные договоры на сотрудничество между родами, фирмами, банком, да вообще любой договор от имени рода заверяется его главой и в нашем случае — кольцом. По итогу, держатель кольца является и держателем договора. Если не стоят дополнительных условий и личных печатей, росписи на крови и прочих подобных мер.

Вальбурга решила, что лично для неё подошло время пить чай, пусть и нарисованный. На столике рядом с её креслом появился сервиз, и чашечка чая сама быстренько организовалась, на блюдечке перелетев в руки леди. Пара глотков, и Вальбурга продолжила говорить.

— Роль кольца как документа несколько сложнее и проще одновременно. Оно играет роль в Визенгамоте. За нашим родом закреплено одно, как и положено, место в этом сомнительном сборище. Но для того, чтобы новый глава занял полагающееся ему место среди остальных, нужно подтвердить свой статус. Для этого в Министерстве есть особый древний артефакт. Именно он фиксирует истинность кольца и запоминает нового владельца. Этот артефакт придумали давным-давно, ещё когда не было ни Визенгамота, ни Министерства, но был Совет Магов, но это не важно. Важно то, что без кольца, хоть весь род выстроится в линию и будет клятвенно заверять, что конкретный человек является их главой, место в Визенгамоте останется пустым.

— Это всё?

— А чего ты хотел? Тут ничего особенного нет, но без кольца будет крайне проблематично восстановить полный контроль над домом, не будет доступа ни к одному родовому контракту или договору, как и родовой сейф будет не открыть.

— Родовой сейф?

— Даже не думай, дорогой племянничек, — с улыбкой заговорила Вальбурга. — Там нет гор золота. Почти все деньги находятся в обороте и в оборот же поступает весь доход. Деньги — единственная вещь, которую можно доверить гоблинам и быть уверенным, что они не пропадут. Главное — правильный договор.

— Ясно. В таком случае, будет действительно лучше осуществить эту привязку.

— Кричер!

Традиционный хлопок сбоку и привычно склонившийся перед портретом домовик в очередной раз заговорил о себе в третьем лице.

— Кричер. Нужно провести привязку Максимилиана к гобелену.

— Госпожа решила принять странного гостя в семью? — удивился Кричер, но тут же поклонился вновь. — Кричер всё подготовит.

На этот раз он не исчез, а пошёл пешком, что-то приговаривая себе под нос и потирая ручки.

— А зачем Кричер?

— Привязку должен осуществить тот, кто уже имеет отношение к роду или является проводником магии.

— Сколько же ограничений разных! — всплеснул я руками. — А если вообще никого не останется?

Вальбурга вздохнула.

— Тогда либо род окончательно вымрет, либо обретённому кровному наследнику придётся всё ломать и строить заново. Правда, чтобы распутать чары, накрученные многими поколениями предков, придётся потратить очень много времени и обладать огромным багажом знаний. Да и, пожалуй, не быть обделённым талантом. За столько лет все эти чары уже вряд ли можно считать чем-то отдельным.