По ту сторону снов - Гамильтон Питер Ф. - Страница 87

– Жена сообщила шерифам?

– Да. Как ты понимаешь, они сразу рванулись его искать. Аж бегом.

– Проклятье. Никто не устоит против того, что они с ним сделают. Он расскажет им пароли, явки, сроки. Все. Вероятно, уже рассказал.

– Да, но конкретика? Что ему на самом деле известно? Он время от времени получал телепатему от кого-то, с кем никогда не встречался. В сообщении говорилось, будто такое-то действие может насолить Капитану. Достаточно безобидные вещи.

– Я приказала ему встать рядом со Слвастой. Кулен, это катастрофа. Тревин будет знать, что наша организация выходит за пределы обычной политической партии.

– Если он хотя бы наполовину так умен, как о нем говорят, он знает это давным-давно.

– Но теперь у него есть имена.

– Имя. Одно-единственное.

– Рядом со Слвастой были другие. Им нужно покинуть Варлан. Ради их же блага. И четверым оставшимся членам ячейки Колана тоже: он может их опознать.

– Ну так предупреди их. Вот почему наши ячейки организованы именно таким образом. Это сеть, которую Тревин не сможет взломать, пока мы принимаем должные меры предосторожности.

– Да, – кивнула Бетаньева. Самообладание Кулена помогло ей успокоить собственные встревоженные мысли. – Ты прав.

Он усмехнулся:

– Я всегда прав.

Бетаньева начала рассылать секретные телепатические сообщения. Если повезет, получатели воспримут предупреждения всерьез. Внезапно сняться с места и покинуть свой дом не так-то просто. Она добавила подробностей, подчеркивая опасность. Лицо первого помощника служило фоном для сообщений – намек для подсознания.

«Сделайте, как я прошу. Пожалуйста. Убирайтесь из города, пока еще не поздно. Если останетесь, вам не выжить».

– Подстрекатели и болтуны, вот как? – презрительно фыркнул Хавьер.

Слваста ухмыльнулся ему поверх пивного бокала.

– Типа того, да.

Они вчетвером собрались в кабачке «Беллавью», за столиком во дворе, огороженном высокими стенами, чтобы обсудить встречу Слвасты с Джелесисом.

– И они отдадут тебе Лэнгли? – спросил Кулен.

– Так он сказал.

– Интересно, кто за ним стоит на самом деле? – задумалась вслух Бетаньева.

– Фракция «Гражданской зари», которую поддерживают военные, – сказал Хавьер. – У давки на станции Донкастор много последствий. Политики и военные обвиняют друг друга. В правительственных кругах сейчас нервная обстановка.

– Нервная обстановка сейчас везде, – заметил Кулен. – Людям напомнили, насколько опасны моды, когда ими управляют паданцы. Спокойствие общества было нарушено. Мы должны этим воспользоваться. Нужно, чтобы подходящие кандидаты выступили публично и представили разумные аргументы в пользу нашей политики.

– Зачем мы вообще обсуждаем этот вопрос? – возмутилась Бетаньева. – У нас есть ячейки, мы свергнем Капитана с их помощью. Нам не надо возиться двадцать лет, пытаясь пробиться через коррумпированную систему совета.

– Да ну? – хмыкнул Хавьер. – В давке находились сотни товарищей. Только троих удалось сподвигнуть встать рядом со Слвастой. Мы были беспомощны, когда нейты вырвались со станции. Мы повернулись и побежали, когда к ним присоединились мод-обезьяны. Даже паданца фактически уничтожили меорские гвардейцы. Мы сделали всю подготовительную работу, но сила – у них. У военных и у шерифов.

– Сила, – протянул Слваста. – Ты хочешь сказать – оружие?

– Именно.

– Мы никогда ничего не добьемся, пока не сможем физически помериться силами с военными и шерифами, – сказал Кулен.

– Вы говорите об убийстве людей, – устало отозвался Слваста.

– Нам надо вооружиться, – предложил Хавьер. – Случившееся с Брайаном-Энтони ясно это показало.

– Похоже, ты прав, – неохотно согласился Слваста. Он ненавидел саму идею, но должен был признать, что, если они не смогут выйти в бой против режима на улицах, их шансы невелики. – Но Тревин наверняка узнает, если мы станем покупать оружие. Даже если бы у нас водились такие деньги.

– А может, и нет, – сказала Бетаньева. Она с трудом сдержала улыбку, когда они все повернулись к ней. – Сегодня я получила интересное сообщение через ячейки. Один из товарищей пытался завербовать человека из другого города. И тот сказал, что может связать нас с каким-то торговцем оружием.

– Ловушка, – быстро отреагировал Хавьер. – Тревин и Капитан хотят нас поймать. Теперь ты популярен, Слваста, они не могут незаметно убрать тебя, как делали всегда. Значит, они заманят нас в ловушку, а потом выломают дверь, когда ты будешь передавать деньги за оружие. И покажут эту картину всему городу.

– А мне встреча с торговцем кажется хорошей идеей, – не согласился Слваста. – Но у нас все равно нет денег. Только не предлагайте использовать ячейки, чтобы грабить банки, – тогда мы превратимся в обычных бандитов.

– До этого не дойдет, – сказала Бетаньева. – Торговец оружием сочувствует нашему делу.

– Торговец не способен сочувствовать нашему делу, – решительно возразил Хавьер. – Тем более торговец оружием.

– Мы не можем упустить такую возможность. – Бетаньева встретила взгляд Хавьера таким же решительным взглядом. – Это может быть ключ к победе. Либо победа, либо застенки в подвалах пятьдесят восьмого дома на Гросвнер-плейс.

– Ловушка, – упрямо повторил Хавьер, качая головой.

– Возможно, – признала Бетаньева. – Значит, нам нужно отправить на встречу того, кто достаточно умен, чтобы распознать ее и уйти. Того, кого власти не могут арестовать по одному только подозрению. И того, кто сможет договориться непосредственно с этим торговцем оружием, если все окажется правдой.

Все трое повернулись и посмотрели на Слвасту.

– Да ладно! – воскликнул он, не донеся бокал с пивом до рта. – Вы серьезно?

– Ага, – кивнула Бетаньева. – Еще как серьезно.

Согласно расписанию, экспресс Южной городской линии за шестнадцать часов совершит путь в тысячу миль от Виллсдена, речного вокзала Варлана, до Диоса, столицы растущего сельскохозяйственного округа. Затем он двинется в порт Чана на южном побережье, это еще две тысячи миль и тридцать пять часов в пути.

Слваста ехал в вагоне второго класса. Место у окна позволяло ему разглядывать фермы и леса, покрывавшие местность. Длинные кирпичные виадуки для железнодорожных путей были возведены над широкими долинами, по которым прокладывали свои прихотливые русла притоки реки Нубейн. Окно время от времени обдавали струи дыма и пара, скрывая вид. Сначала Слваста увлеченно разглядывал панораму, потом картины стали казаться ему однообразными, и он обратился к книгам, которые Бетаньева дала ему с собой в дорогу. Три биографии первых министров Национального совета («Обрати внимание на их предвыборные стратегии», – проинструктировала она) и два весомых тома по экономической теории («Ведь мы должны овладеть основами»). Слваста послушно переворачивал страницы. Как жаль, что Бетаньева не добавила в стопку книг хоть один современный роман; ему очень нравились истории про шерифов, распутывающих преступления.

В вагоне ехали в основном торговцы и младшие правительственные чиновники; некоторые путешествовали семьями. По проходу носились неугомонные дети. В дальнем конце вагона целыми часами плакал младенец, хотя измотанная мамаша перепробовала все, чтобы его успокоить. Все взрослые понимающе и утомленно переглядывались всякий раз, когда опять начинался плач.

Спутник Слвасты занимал место в другом конце вагона. Их встречу организовала ячейка в трущобном пригороде Икомбе. Знакомство должно было состояться в центре Ллойд-парка. Хавьер и Кулен настороженно высматривали признаки полицейских Капитана в засаде. Но небо спокойно синело, судя по всему, свободное от мод-птиц, и по неровной местности не прогуливался ни один подозрительный тип. И мужчина в темно-синей шляпе ждал у большого каменного фонтана в центре парка – как договаривались.

Он назвал себя Расселом, но Слваста не знал, настоящее это имя или нет. Панцирь его держался безупречно. Мужчина среднего возраста был одет в простую белую рубашку, темно-синие брюки и крепкие ботинки.