Путеводная звезда (СИ) - Орлова Тата - Страница 42

      Ответить себе на этот вопрос я не успела, вернулась Зарима, принесла мне кружку с молоком и кусок черного хлеба. Поставила все на подоконник, зыркнула… не зло – как-то остро, словно ждала удара в спину, указала пальцем на еду, и вышла.

      Вновь появилась, когда я сделала последний глоток. Как чувствовала…. Бросила на один из сундуков такое же грубое платье, в каком была и сама, и темный платок. Произнесла что-то быстро….

      Я сделал вид, что не поняла. Впрочем, не сильно то и притворялась. Вроде и ясно, что требует переодеться, но….

      Еще не успела подумать, что может быть за подобное непослушание, как Зарима подскочила, толкнула меня к сундуку…. И говорила, говорила, говорила…. И догадываться не надо, слова колючие, такими только ненавидеть….

      Сейчас бы заплакать, но слез не было, только глухое упорство: выдержу! Дождусь! Как? Не знала, но то, что не сдамся, не уступлю, была уверена.

      Как же была наивна!

      Зарима так дернула за руку, что от моих намерений остался только всхлип. Сильно сжала локоть пальцами, заставив завыть от жуткой боли….

      И ведь рожала, помнила, насколько было тяжелее, но… все, что происходило тогда, осталось светом первого крика Аленки, а здесь….

      Раздевалась я, продолжая плакать. Нет, больше не вздыхала судорожно, но глаза были мокрыми, по щекам все текло и текло….

      Сначала сняла жакет, с трудом расстегнув мелкие пуговки. Потом развязала пояс юбки, избавилась от нее, оставшись в длинной нижней рубашке. Под тяжелым взглядом Зарины сбросила и ее…. Потом бюстье… вцепившись в висевший на шее кулон, прикрыла грудь руками.

      Вот тут выражение ее лица и изменилось. Из грубых черт ушел холод, а его место заняла злость. Нет, не злость – ярость!

      Что-то гневно лепеча, Зарима подскочила ко мне, заставила развести руки. Грубо схватила за грудь... за бедра и, кинув в лицо принесенное платье, выбежала за дверь.

      Чего ожидать дальше, я даже предположить не могла, поэтому поторопилась одеться, натянув под грубую ткань свою рубашку. Хоть небольшое, но послабление. Для меня….

      И ведь не ошиблась, только и успела оправить висевшую на мне мешком одежду, как в комнату вошли Сашко и Али. Зарима, гневно зыркнув, осталась стоять за дверью.

      - Кто ты?! – пройдя в комнату, глухо поинтересовался бывший спутник. Подвесил светящий шарик, подтверждая мое предположение, что он – маг. Насколько сильный, по одному светлячку не определить, но все-таки с даром.

      - Елена Струпынина, - насколько это было возможно, безразлично ответила я.

      С чего переполох, уже сообразила. Дочь Ивана была девицей, я – рожавшей женщиной. Тут и наблюдательный мужчина мог определить, а уж Зарима точно не пропустила.

      - Я еще раз спрашиваю, кто ты? – Сашко не шевельнулся, но тени на лице стали глубже, выдавая его чувства.

      - Вано – плохо, - за его спиной качнул головой Али. – Рахмат – плохо! Девка – хорошо. Баба….

      - Замолчи! – оборвал его Сашко, продолжая смотреть на меня. – Дай медальон! – протянул он руку.

      - Не дам! – я отступила, точно зная, что если попытается забрать, сопротивляться не смогу.

      - Тогда назови имя! – резко произнес он, сделав шаг ко мне.

      Это сбило меня с толку…. Медальон! Имя….

      - Графиня Орлова! – выдохнула я и… замерла. Мгновение растерянности… не моей – Сашко, и я выпрямилась, вспомнив, кем именно была. – Графиня Эвелина Федоровна Орлова, в девичестве – Красина, - повторила уже твердо. – Удивлены? – иронично уточнила, успев заметить, как на лбу мужчины пролегла глубокая морщина.

      - Злой дух! – всплеснув руками, простонал Али, добавив мне уверенности. – Вано придет, грозный будет. Рахмат придет, кровью зальет. А у меня внуки….

      - Замолчи… - сквозь зубы процедил Сашко. Отошел к окну, выглянул…. Посмотрел на меня, что-то решая…. Медленно выдохнул.

      В какой-то момент поймала себя на том, что залюбовалась мужчиной. Все оказалось совсем не так, как он предполагал, но Сашко был собран и деловит. Не кидался, как Али, не паниковал, просто думал, взвешивал….

      - А Вано как был скрытным, так и остался… - неожиданно произнес он, ухмыльнувшись. – Даже старому другу ничего не сказал….

      - Якову? – вскинулась я, мгновенно теряя выдержку.

      Всего одна фраза и стало ясно, благодаря кому находилась здесь.

      Яков! А я-то подумала на Люсинду! Считала виной всему ревность….

      Впрочем, вряд ли ошиблась. Похоже, лучший враг, назвав Ивана другом, не простил ему потерянной женщины.

      - Вот шайтан! – выругался Сашко. И… усмехнулся. Нет, не задорно, с толикой уважения. – Все-таки провел!

      О ком говорил, спрашивать я не стала. Опять Яков….

      Было больно, неприятно, но я – радовалась. Не тому, что очутилась здесь - что продала не Люсинда….

      Женская солидарность. Момент для нее был не самый подходящий, но тут ведь не угадаешь.

      - Шайтан, он! Шайтан! – вновь засуетился Али. – Рахмат – говорил. Арлиш – говорил. Махмет – говорил. Плохой шайтан….

      - Помолчи, дядька Али, - на этот раз как-то слишком спокойно попросил Сашко. Когда тот затих, прижавшись к двери (вроде как боялся, что сбегу), посмотрел на меня: - За мужем приехали?

      - За мужем, - не пропустив его «вы», кивнула я. И ведь мало что изменилось, но на душе стало легче.

      Немного, но….

      Жаль, что Иван не знал того, о чем я услышала.

      Рахмат из младших княжичей, для которого затяжная война могла стать подспорьем в получение княжеского перстня. Арлиш – второй сын князя Заура, главы одного из трех старших родов. С ним встречался Андрей, договариваясь о мире. Махмет – наследник князя Алихана, с которым вел переговоры Георгий.

      - Не верите, что погиб? – Сашко чуть прищурился.

      Я сглотнула, но качнула головой:

      - Я бы знала! – произнесла твердо, ни на миг не засомневавшись в сорвавшихся с губ словах. – Почувствовала бы.

      - И что же мне теперь с вами делать? – словно и не услышав, спросил он, продолжая разглядывать.

      У себя спросил, не у меня.

      - Отпустить, - предложила я. Не думала, что прислушается, но… надеялась. – О том, где была, никто не узнает. Я поклянусь именем Заступницы.

      - Отпустить, отпустить… - закивал Али, поддержав меня.

      А вот Сашко молчал. Стоял, опершись на подоконник, смотрел на меня и молчал.

      - Не верите? – я вздохнула. И ведь понимала все….

      - Верю, - он прищурился... скривился…. – Если вы вернетесь сейчас в Ланзири, им, - он кивнул на Али, - не жить. Я-то что… пришел… ушел, а они….

      Его откровенность была приятна, но мало что меняла.

      Или….

      - Вы хотите мне помочь? – наверное, прозвучало совсем робко, но… как же я боялась ошибиться!

      - Не хочу, - Сашко поморщился, - но – обязан. На мне долг перед вашим мужем. На Али – тоже.

      - Вы его знаете? – я отступила еще на шаг, упершись в стоявший за спиной сундук.

      Пока ждала ответа, думала совсем о другом. Яков….

      Почему для моего похищения он выбрал именно Сашко?

      Догадывался, кто я? Вряд ли.... Тут рассчитывали на девицу, Рахмат был бы недоволен.

      Помнил, что Иван служил дяде Георгия? Но тогда, получается, что знал о долге Сашко и предавал сразу двоих. И – Струпынина, и….

      Наверное, понимание отразилось на моем лице, потому что Сашко вдруг вновь скривился и… резко выдохнул, на что-то решаясь.

      - Вам придется остричь волосы.

      - Что? – не поверив услышанному, переспросила я. Могла бы еще и отступить, но было уже некуда.

      - Вам придется остричь волосы, - спокойно повторил Сашко, глядя испытующе.

      Рассчитывал, что я откажусь? Хотел этого, надеясь таким образом избавиться от своего долга перед Георгием?