Закат Пятого Солнца (СИ) - Штаб Юрий - Страница 72

Себастьян, увидев такой неподдельный интерес к коням, однажды отвел Луиса на ферму в пригороде. Ее владелец, давний знакомый Риоса, держал несколько лошадей. Это были смирные и ласковые животные. Себастьян, выполняя давно данное Луису обещание, планировал научить индейца ездить верхом. С первого раза, естественно, ничего не получилось. Но уже хорошо было то, что Луис осмелился подойти и погладить одного из жеребцов.

Однажды утром Себастьян нашел Фернана в порту.

— Высматриваешь корабли Грихальвы?

— Нет, — ответил Гонсалес. — Просто прогуливаюсь. Как думаешь, мы скоро отправимся в путешествие?

— Скоро, — заверил его Себастьян. — Скорее, чем ты думаешь. Кортес не из тех людей, которые долго пребывают в праздности. Кстати, он заинтересовался твоей персоной. Пойдем, представлю тебя ему.

Идти пришлось недалеко. На одной из площадей стояли склады с провизией. Там кипела работа: люди таскали мешки с зерном, взвешивали их, о чем-то между собой спорили. Немного в стороне за этим процессом наблюдала группа мужчин. Возглавлял ее высокий человек, одетый весьма богато. Дорогой бархатный камзол, расшитый золотым позументом, на груди массивная золотая цепь с медальоном, отличного качества сапоги. На поясе меч со сложной гардой и кинжал. На голове незнакомца красовалась белая фетровая шляпа, украшенная пышным плюмажем из перьев. Он приветливо улыбнулся, завидев идущих к нему воинов, и сделал несколько шагов навстречу.

— Доброе утро, сеньоры! Я смотрю, Себастьян, что слово твое, как и всегда, нерушимо. Не прошло и получаса, как ты обещал познакомить меня со своим товарищем, с которым вы испытали столько приключений, и вот вы уже здесь.

— Доброе утро. Да, это мой друг, храбрый кабальеро Фернан Гонсалес родом из Севильи. Фернан, перед тобой предводитель экспедиции — сеньор Эрнан Кортес де Монрой и Писарро Альтамирано.

После обмена приветствиями Себастьян удалился, сославшись на неотложные дела. Фернан с интересом окинул взглядом своего будущего командира. Кортес был высок, примерно одного с ним самим роста, широкоплеч и мускулист, но при этом столь же изящен, чему немало способствовала горделивая осанка. Умное волевое лицо обрамляли темно-каштановые, почти черные волосы и короткая борода, карие глаза внимательно смотрели на Гонсалеса. На вид ему было слегка за тридцать.

Эрнан Кортес первым нарушил молчание.

— Давай прогуляемся и немного поговорим. Я думаю, что мои помощники тут и без меня сумеют проконтролировать подготовку зерна для экспедиции.

Они не спеша двинулись вглубь острова. Вокруг стояли тенистые деревья, спасающие от палящих лучей солнца.

— Себастьян рассказывал о тебе. Ты богат и знатен, к тому же совсем еще молод. Что привело тебя в Новый Свет? Мог бы спокойно наслаждаться жизнью на родине.

— Достойно ли дворянина пребывать в лени и праздности, когда в мире еще так много способов испытать свою отвагу? — пожал плечами Фернан.

— Ты попал в состав злополучной экспедиции Кордобы. Те трудности и злоключения, что выпали на твою долю, кого угодно могли раз и навсегда отвадить от путешествий и исследований. Ты же вновь рвешься в поход.

— А я разве похож на человека, готового сникнуть при первых признаках опасности? — с легким оттенком высокомерия спросил Фернан.

— Нет, ты скорее похож на человека, которого никакая неудача не может лишить уверенности в своих силах. Я хорошо знаю Себастьяна и готов доверять его суждениям о людях. По его словам, ты ни разу не потерял присутствия духа, действовал всегда с примерной отвагой и без колебаний. А уж твое искусство владения мечом так и вовсе выше всяких похвал.

Фернан тут же вспомнил о девушке-наложнице, зарезанной Риосом, когда они пытались выбраться из города индейцев. Он сам был далеко не такого высокого мнения о своем хладнокровии и решительности. Интересно, что там еще наплел Себастьян? По сути, все их совместное путешествие, с преследующими по пятам дикарями, с короткими, но ожесточенными боями, с непрерывными поисками пищи виделось ему сплошной цепью случайностей. Лишь чудом можно было объяснить то, что они оба выбрались из джунглей живыми, да еще и добрались до Кубы. Любая оплошность, ошибка, даже простое невезение привели бы к тому, что они никогда бы не увидели больше земляков и единоверцев. Гонсалес не лгал себе — он вполне понимал, что без Риоса он бы, несомненно, погиб.

— Я не буду хвастаться, — скромно произнес Фернан. — Что бы там не рассказал Себастьян, но своему спасению мы обязаны скорее везению, чем воинскому искусству. Сами подумайте, разве чем-либо, кроме воли Всевышнего, можно объяснить такие длительные и столь удачливые скитания, которые выпали на нашу долю? Я шел наугад, спал, не выпуская из ладони рукоять меча, убивал и сам рисковал жизнью, ел все, что попадало под руку. Любая случайность могла оборвать нити наших жизней. Повторюсь — нам просто повезло.

— Вот именно об этом я и говорю! — убежденно ответил Кортес. — Именно таких воинов я и хочу видеть в своем отряде. Храбрецов, которых не испугают никакие трудности. И которые даже после самых изнурительных блужданий будут снова рваться на поиски приключений.

Видно было, что Эрнан Кортес необыкновенно воодушевился. Целеустремленность Фернана, спешащего вернуться на неизведанные земли, из которых он с таким трудом вырвался, очень восхитила его. Кортес продолжил:

— Это будет армия, способная преодолеть любые невзгоды, готовая победить самых многочисленных противников, приспособиться даже к самым тяжелым условиям. Мое войско сумеет перебраться через горы, переплыть реки, найти воду и пропитание в пустыне, обрести союзников среди врагов. Мы найдем дорогу даже в самых труднопроходимых районах, а там, где ее не окажется — мы ее проложим. Прорубимся через леса, проберемся через болота, пройдем путь, по которому еще не ступала нога человека.

Кортес, до того носивший на лице маску отстраненной задумчивости, постепенно оживал. Его глаза начали блестеть, взор, устремленный на Фернана, в то же самое время проникал как будто сквозь собеседника. Что он там видел? Возможно, грядущие победы, видения непобедимой армии, которая на данный момент существовала лишь в его фантазии. Может, что-то еще более грандиозное, чему Фернан не мог найти даже объяснения. Кортес говорил убежденно, очень увлеченно, решительно жестикулируя. Безусловно, он был хорошим оратором и умел расположить к себе людей. Фернан почувствовал, что постепенно он проникается пламенем речей собеседника.

— Это будет уже третья экспедиция, отправленная в те земли. Первыми двумя мы вряд ли можем гордиться. Попытка Кордобы была настоящим прыжком с обрыва во тьму, причем с завязанными глазами. Его отряд оказался плохо подготовлен и оснащен, сам предводитель совершенно не знал местность, в итоге по возвращению он не досчитался половины своих людей. Вторую экспедицию я сам хотел возглавить, но Веласкес отдал предпочтение своему племяннику. Что из этого получилось, ты и сам знаешь. Грихальве явно не хватило отваги и решительности.

— Думаете, что вам повезет больше?

— Я на простое везение не рассчитываю, — покачал головой Кортес. — Мой отряд будет дисциплинирован, хорошо вооружен и обеспечен всем необходимым. Отвага, упорство и хладнокровие помогут нам добиться успеха. И мне нужны такие люди как ты.

— Я и не скрываю своего желания попасть в ту страну еще раз. Меня не придется слишком сильно уговаривать.

— Не скажи, — предостерегающе поднял указательный палец вверх Кортес. — Многие изъявляют желание отправиться со мной в экспедицию. Что ими движет? Жажда приключений? Алчность? Скука? Неутомимая энергия, которая не находит себе выход? Я ищу не только людей, для которых этот путь будет просто способом обогатиться. Мне также нужны верные соратники, готовые поверить в чудо. Я был еще совсем мал, когда по Испании разнеслась весть о том, что Кристобаль Колон открыл западный путь в Индию. Какие безумные, безграничные надежды роились в головах людей! Ты просто не можешь себе представить того радостного возбуждения, которое вспыхивало при появлении корабля, приплывшего из Нового Света.