Дожить до рассвета (СИ) - Морозова Мария - Страница 32

На коже не осталось никаких следов. Ничего не болело, я не чувствовала себя отравленной, но все же мне это очень не нравилось.

Вернувшись в кабинет, осторожно положила злополучный конверт в картонную папку и пошла к экспертам.

— Харнод, посмотрите быстренько.

— Улика? — заинтересовался эксперт.

— Да, — солгала я. — Проверь на предмет чего-нибудь необычного, я подожду здесь.

Сев на стул в углу, стала внимательно смотреть за работой подчиненного. И минут через двадцать он выдал результат.

— Обычный почтовый конверт, без марок и иных надписей. На нем — четыре набора отпечатков, два женских и два мужских, причем один из мужских совсем затертый, остальные свеженькие.

Я кивнула. Женские — это мы с Хельгой, свежий мужской — дежурный, а затертые скорее всего принадлежат работнику почты.

— По письму еще меньше. Отпечатков на нем и внутри конверта нет, текст написан не самым лучшим чернильным пером. Бумага — совершенно обычная, дешевая, такую можно купить где угодно.

— Ничего… странного не нашли?

— Нет, — пожал плечами эксперт, возвращая мне конверты. — Могу сделать анализы, но это будет дольше.

Я мрачно посмотрела на бумагу безо всяких посторонних следов и отрицательно помотала головой:

— Спасибо, не нужно.

Подозрительная пыль вся куда-то подевалась. Разлетелась, что ли? Эх, надо было сразу в пакет прятать.

На всякий случай зашла еще к дежурному. Оба письма он помнил, но не мог сказать ничего определенного. Послание от эльфа принес ничем не примечательный мужчина. А второе — мальчишка, явно старающийся за несколько мелких монет.

Ну ладно. Наверное, я просто сама себя накручиваю. Это становится похоже на какую-то паранойю. А чем больше думаешь о неприятностях, тем выше вероятность того, что они произойдут. Так что все, выбрасываю это из головы и думаю о делах.

О делах я думала весь оставшийся вечер. О них же думала, когда готовила себе ужин. Когда стояла под горячим душем, смывая весь груз этого суматошного дня. Когда сушила волосы, укладывая их волнами платинового шелка. И только когда любовалась на очередное северное сияние из окна, против воли думала о поцелуях одного рыжего нахала.

А ночью мне приснился сон.

Я стояла на снежной равнине, бескрайней и чистой настолько, что не было видно ничего, кроме снега. И ни души вокруг. Только белый снег и набрякшие сероватые облака, будто готовые разразиться новым снегопадом. Так тихо… Даже ничего не скрипит под ногами.

Бестолково потопталась на месте. Холодный ветер пробирался под мундир, заставляя ежиться, а в высокие ботинки того и гляди, засыплется снег. Надо же, как реалистично. Если бы не знала, что это сон, решила бы, что и правда стою почти что по колено в снегу. Может у меня окно открылось и теперь холодный воздух морозит пятки, заставляя видеть такие сны?

Ну и что мне делать? Смотреть? Идти вперед? Выбор у меня самый что ни на есть разнообразней. Могу двигаться куда глаза глядят. А вот проснуться отчего-то не получается.

Глухой грохот разорвал ненормальную тишину этого места. Я вздрогнула и инстинктивно дернулась в сторону. Там, где только что стояла, лежали огромные камни, растрескавшиеся от падения.

Задрала голову вверх и всмотрелась в неподвижные облака. С неба они что ли упали? Никаких скал здесь и близко не видно. Хотя это ведь всего лишь сон… Тут может произойти все, что угодно.

Глухой треск раздался снова, но уже где-то внизу. Земля под ногами задрожала. Снег осыпался вниз и белое покрывало прорезала длинная кривая трещина. Я осторожно отступила в сторону, чтобы не застрять в ней, а потом и вообще решила покинуть странное и опасное место.

Оглянулась и просто пошла вперед. Но если поначалу я шла легко и быстро, то потом снег вдруг стал неожиданно густым и плотным. Приходилось высоко поднимать ноги, рискуя оставить в снежной ловушке свою обувь. Задул сильный ветер, а затем земля опять затрещала. Очередная трещина, гораздо шире и больше предыдущей появилась прямо подо мной.

Прыгнула в сторону, но поскользнулась и неловко упала на бок. Вязкий снег мешал двигаться, но я перекатилась, чтобы оказаться подальше от разлома, и поднялась. За шиворот посыпались снежинки, заставившие зябко передернуть плечами. Стало как-то неуютно. Мирный зимний пейзаж будто всем своим существом начал источать агрессию. И направлена была эта агрессия именно на меня.

Трещина все ширилась, подбираясь к моим ногам. По ее краям уже начали осыпаться камни, и тогда я развернулась и бросилась бежать. Но далеко уйти не успела, потому что новый пролом, привой и длинный, оказался передо мной.

— Да что б тебе, — выругалась себе под нос.

Попыталась нащупать линии силы, чтобы плетением перебросить себя на другую сторону, но вдруг поняла, что совершенно ничего не ощущаю. Твою ж за ногу… Ненавижу такие сны, где ты бежишь, но тебе катастрофически не хватает сил или скорости. И как бы ни старался, ничего не получается.

Быстро оценив то, что творилась вокруг, выругалась еще громче. Разломы теперь окружали меня со всех сторон, а камни все сыпались вниз, быстро уменьшая тот пятачок, на котором я стояла. Еще чуть-чуть, и рухну вместе с ним.

Оттолкнувшись изо всех сил, прыгнула туда, где до нормальной земли было ближе всего, но просчиталась. Трещина будто рванулась в сторону, превращаясь в самую настоящую пропасть, а я ухнула в нее, только каким-то чудом уцепившись за край разлома.

Боль прострелила колени, которыми ударилась об скалистую стенку. Под ногами не оказалось ничего такого, на что можно было бы встать. Попыталась было подтянуться, но край трещины осыпался под пальцами, отправляя меня в свободный полет.

— Это всего лишь сон, — выпалила, сцепив зубы. — Его придумал мой разум. Здесь может происходить все, что угодно

Твердая поверхность под ногами возникла внезапно, сильным ударом заставляя меня охнуть. Я упала на узкий карниз и быстро поднялась, не обращая внимание на боль и головокружение. Свет был где-то наверху. Очень высоко, хотя мой полет, по ощущениям продлился секунд пять. Но это же сон, здесь все не так, как должно быть.

— Духи-покровители, как же мне выбраться… — прошептала растерянно.

И будто в ответ на мой вопрос, скалы вокруг снова задрожали и вдруг начали сближаться, грозясь раздавить меня, как мелкую букашку. Где-то внутри начала зарождаться паника, будто организм забыл о том, что это все нереально. Пусть так, но я не хочу, чтобы меня здесь расплющило.

Вот только выхода нет. Поверхность слишком далеко, плетения не работают, а в глухих стенах пропасти нет и намека на выход. Скала за моей спиной — сплошной твердый монолит. Но выбираться то как-то надо. Хоть как-нибудь, даже если решение будет казаться совершенно нелепым и безумным. Ведь это же сон… просто сон.

В последние секунды подсознание подсказало, что здесь только один выход. Вниз. И я раскинула руки, закрыла глаза и шагнула туда, где раскрыла свои гостеприимные объятия непроницаемая чернильная тьма…

Пробуждение было резким. Я подскочила на кровати, хватая ртом воздух, будто выброшенная на берег рыба. Сердце колотилось как сумасшедшее, а все лицо было мокрым от испарины. И чувствовала себя так, будто меня в самом деле били об камни.

По щелчку пальцев загорелся ночник, бледным светом освещая привычные стены моей спальни. Я бросила взгляд на часы у кровати. Всего лишь начало второго. Чудесно.

Со стоном поднялась с кровати и направилась в ванную. Зеркало отразило мое лицо с перепуганными глазами и покрасневшими щеками. Волосы торчали во все стороны, дополняя картину буйного сумасшествия. И синяки… На локтях и коленях цвели самые настоящие синяки. Неужели я так билась во сне, что чуть сама себя не покалечила? Завести себе что ли кровать помягче?

Открыла кран и плеснула себе в лицо холодной воды. Духи-покровители, что это вообще было? Так ярко, так реалистично и жутко. Неужели опять возвращаются кошмары? А я ведь надеялась, что удалось избавиться от них насовсем. И уже почти три года не просыпаюсь посреди ночи, сорвав голос от крика.