Волчьи игры. Яд твоей любви (СИ) - Пырченкова Анастасия - Страница 68

Только рассмеялась на подобное заявление, сворачивая снова и снова, ведомая волчьим чутьём, пока не добежала до укромного безлюдного тупика, где меня и настиг почти сразу Николас.

- Ой, мне уже страшно, смилуйтесь надо мной, - изобразила праведный страх, хотя больше пробивало на всё тот же смех.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Забыла добавить "мой господин", - усмехнулся оборотень, медленно прижимаясь, скользя по моему телу жадным взором, на дне которого постепенно разгорался потусторонний свет.

- Не забыла, - гордо вздёрнула подбородок. - Это я так протест выражаю!

- Ах протест, - протянул предвкушающе Оливейра, подходя вплотную. - Джинсы сама снимешь или помочь? - резко развернул меня лицом к стене и сжал ягодицу.

Кровь в моих венах почти закипела в один миг. И одну вещь с себя я всё же сняла. Куртку. Жарко стало слишком. А вот по поводу другого...

-Хм... даже не знаю, - решила поделиться сомнениями со своей парой. - Если не сниму, то остаётся вероятность, что ты снова их испортить можешь, когда сам стаскивать с меня будешь. А если поддамся, то получается, проявлю покорность. А я ведь тут, - всё же не сдержала смешок, - вроде как, протестую и вся такая непокорная, - задумалась над дилеммой.

- Непокорных надо наказывать, - прошептал с предвкушением Ник, склонившись к самому уху.

Мужские ладони скользнули вдоль боков, пока не остановились на застёжке джинс. Пальцы оказались под коротким джемпером и принялись водить дорожку по обнажённой коже живота по краю пояса.

- Да? Ну-у-у... - протянула, самым бесстыдным образом потеревшись бедром о своего мужчину. - Значит, накажешь? - полуобернулась к нему.

- Накажу, - кивнул он, расстёгивая пуговицу и молнию, приспуская с меня джинсы вместе с трусиками. - Можешь начинать ругать меня самыми грязными выражениями за это, - добавил со смешком, а через миг тишину нашего закутка огласил звонкий шлепок и мой болезненный вскрик. - первый, моя волчица. Разом за все твои прегрешения, - ласково погладил место удара.

- За мои прегрешения? - возмутилась я ответно. - Да я почти святая! - заявила без зазрения совести самым нечестным образом.

- Второй: за улыбочки другим мужчинам, - одарили меня вторым болезненным шлепком.

И снова вскрикнула. И да, ругательства не сдержала.

- Сволочь, - постановила следом.

- Третий: за свой излишне соблазнительный зад, который мешает мне думать.

Снова удар. И ещё одно моё ругательство, наряду с тихим шипением.

- Думать тебе мешает не мой зад, а твой стояк, - съехидничала.

- А это уже четвёртое, - нагло заявил он, одарив очередным шлепком. - И в нём тоже повинна ты, - приласкал место удара, намеренно задевая пальцами мою плоть.

Кожу и так пекло, а теперь жар так и вовсе стал невыносимым.

- Может быть, - не стала спорить на этот раз, укладывая обе ладони на лёд перед собой, стараясь концентрироваться на этом охлаждающем ощущении. - К тому же, я вполне способна тебе с этим помочь. Если очень хорошо попросишь.

- И это пятое. За твою наглость и непокорность, - больнее прежнего ударил и опять тут же огладил повреждённый участок кожи, а после перехватил одну мою ладонь и уложил мне же между ног. - Ласкай себя! - приказал, одарив новым шлепком.

От контраста невольно вздрогнула. Но противиться не стала. Только запрокинула голову на плечо альфы, сосредоточившись на собственных прикосновениях, дарующих частичку удовольствия.

- Знаешь, сколько раз я делала это прежде? - прошептала совсем тихо.

- Каждый раз в душе. - то ли ответил на мой вопрос, то ли признание сделал. - И это шестое.

И вновь я громко вскрикнула от резкой боли. В тот же миг мужские пальцы вторглись в моё тело, принявшись медленно ласкать изнутри. Так томительно нежно и вместе с тем единственно правильно, что очередной мой стон прозвучал ещё громче предыдущего. Меня саму и вовсе выгнуло, а реальность перед глазами поплыла... Но прехще чем я позволила себе поглотить себя накатывающему наслахщению, всё прекратилось.

- Седьмое. За твою тишину, - ещё один шлепок. - Кричи громче, огненная. Хочу слышать тебя.

Жгучее ощущение впиталось в вены, отравляя кровь, дурманя рассудок, разливаясь по телу ядовитой волной, полной жажды и желания. И я тонула в ней, забывая себя, растворялась в этом омуте, окончательно теряя связь с реальностью. Ничего уже не осталось, кроме отчаянной потребности и дальше захлёбываться, почти умирая в этом безумии. И да. я кричала, не сдерживаясь, снова и снова трогая саму себя, то и дело подаваясь бёдрами навстречу своему альфе, пока он раз за разом продолжал ласкать мою плоть, медленно кружа вокруг клитора. Один его палец скользнул внутрь, а следом и второй... Двойное проникновение буквально швырнуло за грань, к которой я так стремилась. Но, как только я поддалась этому потоку, всё прекратилось.

- Непослушных девочек надо наказывать, забыла? - прошептал Николас, отстраняясь, а после ещё с деланным безразличием принялся меня одевать обратно.

Словно и не творил ничего только что с моим телом.

- Умница моя, - одарил поцелуем в губы, развернув к себе лицом.

И как я на ногах всё ещё держалась?

Такой дрожью пронизывало всё тело.

- Ненавижу тебя, - промямлила плаксиво, цепляясь за широкие плечи в поиске поддержки.

Грохнусь ещё.

- Только если очень-очень хорошо попросишь, - вернул он мне мои же недавние слова, придержав за талию.

Я и вовсе на нём повисла. Так и не ответила. Всё пыталась вернуть себе способность нормально дышать. Николас же бережно прижимал к себе и ласково гладил по волосам всё это время.

- В нашу сторону дети идут, рыжик, - вздохнул он, отстранившись.

Вместе со мной сделал шаг вбок и поднял со снега куртку, накинув ту обратно мне на плечи, при этом болезненно поморщился, поправив свои джинсы. Вот теперь я улыбнулась. Многообещающе и не скрывая примерно того же предвкушения, что совсем недавно видела в глазах цвета самой Атлантики.

- Уж я попрошу тебя, mi pareja, - произнесла, одарив мужчину ласковым поцелуем в щёку, и погладила его по груди. - Очень хорошо попрошу... - спустилась ниже, задевая плотный материал джинс, через который отчётливо ощущалось чужое возбухщение.

Николас на мои действия недовольно зашипел и перехватил за запястье.

- Если не прекратишь, я наплюю на кучку подростков почти дошедших до нас и возьму тебя прямо при них, в самой открытой их взглядам позе, - предупредили меня серьёзным тоном.

На секунду задумалась...

- А что за поза такая? - уточнила, хотя от волка всё же отстранилась.