В погоне за счастьем (СИ) - Прим Юлия - Страница 95

Лика

Ближе к вечеру, улучив момент отбытие хозяйки, наспех приведя себя мало-мальски в порядок, мне всё же пришлось заставить себя выбраться "в свет " из гостеприимного дома. Выход на работу был запланирован на завтра, а в вещах " с чужого плеча", или же в моем единственном на данный момент спортивном одеянии делать там попросту было нечего. Да и помимо необходимых вещей надо было кардинально что-то решать: с переездом; обустройством на новом месте; документами… Господи, что там нужно ещё? Заняться поиском клиники и решить, (это, пожалуй, самое сложное), что и как теперь делать в моём положении.

Темные круги под глазами, опухшие веки. Из зеркала на меня смотрит усталая, изможденная, незнакомая женщина. И вид у неё такой, точно она вместо меня отмечала уход от Димки пустившись на несколько дней во все тяжкие. Сомневаюсь, что его самолюбие это утешит. Хотя, возможно решит, что опухшие, заплаканные глаза выдают только то, что все эти дни я рыдала из-за того, что хотела вернуться. Его право. Пусть думает как хочет. Я иду к нему ради примирения. Потому как, в отличие от подруги, не сравниваю своё положение с выигрышным лотерейным билетом… Но в одном, всё же сознаюсь, Лизка оказалась права. Глядя на себя в зеркало, сейчас, я успешно прогоняю прочь все мысли о Максе. Просто потому как появиться перед ним такой болезненной, слабой никак не могу.

На недавний звонок, процедила сквозь зубы, что-то вроде " извини, занята". На последующее предложение встречи, кривя душой, отмахнулась, что приеду, как закончу дела. И мой мыльный пузырь лопнул прежде, чем успел хоть немного раздуться. Он здесь. В кой-то веке. Рядом. А я… Между нами вновь протянулась ещё более глубокая, нежели когда-то, пропасть.

Закрытая территория комплекса. Прохожу без лишних вопросов, привычно кивая охране. Домофон. С этим устройством не ограничиться милой улыбкой, для того, чтобы попасть внутрь. А ключи, в спешке, я и не подумала взять. Или подумала, о том, что они больше не нужны. Честно, не помню.

— Открой, пожалуйста, — прошу, уводя взгляд от камеры, на Димкино резкое " да".Звучный смешок, раздающийся из аппарата. Злой и не предвещающий лёгкого разговора. Щелчок. Протяжный звук бьющий по ушам. И момент подъёма, позволяющий немного справиться с собственной нервозностью.

— Я только за вещами, — произношу громко, заходя в распахнутую настежь входную дверь. Складывается ощущение, квартира пуста и хозяин добродушно удалился из помещения, позволив мне одной, не второпях, забрать из бывшего жилья необходимые вещи.

— А,что твой парень не оценил мой щедрый подарок? — заискивающе уточняет, выходящий из-за угла Верховцев. Отстраняясь от неожиданности, но он будто не замечая моего испуга, продолжает свою бравадную речь:- Мужчина же должен баловать свою женщину, одевать словно куколку, одаривать бесполезной, дорогой женской хренью, обувать. Ты же от меня не к слесарю Васе ушла, что работает за минималку? Так пусть сразу поймёт всю прелесть совместной жизни. Выглядишь, кстати, не очень. Изрядно помятой, — хмыкает, бегло осматривая мой внешний вид.

— Спасибо, ты тоже, — парирую мягко, обращая внимание на измятую, полурастегнутую рубашку, трехдневную щетину, взъерошенные волосы, и признаки алкогольного возлияния на знакомом лице.

— Я то ладно, — отмахивается с усмешкой. — Прижигаю раны хорошим Джином. А ты то, Кусь, вроде должна парить от счастья. Затрахал, что ли с порога и не дал за столько дней отдохнуть?

— Ты не против, если я приступлю? — уточняю сдержанно стараясь не смотреть в ледяные глаза.

— Конечно, дорогая, — язвит, удаляясь с поклоном. — Квартира в твоём полном распоряжении. На десять минут.

Сжимаю кулаки, направляясь в спальню. Вытаскиваю чемодан, не утруждаясь складывать, скидывая на его дно свои вещи. Действую в контексте: возьму, что поместится, вытаскивая из шкафа первое попавшееся на глаза. Ноутбук. Документы. Косметика.

— Тебе помочь? — бросая на покрывало ключи от машины, в одно мгновение наполняя комнату запахом сигаретного дыма, протягивает сладко Верховцев.

— Чёрт бы тебя побрал, — цежу сквозь зубы, ощущая подступающую тошноту. Бросая сборы, несусь к дверному проёму, перегороженному широкой мужской фигурой.

— Господи, да пропусти ты, — кричу, отталкивая его с невиданной на то силой, стараясь как можно быстрее скрыться в уборной, прочистив желудок.

— А вот теперь похоже без разговора уйти не получится, — горько усмехаясь, скрючившись от спазма около унитаза. Пытаюсь отдышаться. Прийти в себя. И не думать.

— Кусь, да что происходит? С тобой всё нормально? — обеспокоенно из-за двери уточняет Верховцев.

— Всё супер, — проговариваю с трудом. — Не бери в голову.

Спустя пару минут монотонного ворчания Димки под дверью, умываюсь ледяной водой и плавно поворачиваю ручку, с намерением выйти.

— Эй, маленькая, что с тобой? — обрамляет лицо руками растерянно заглядывая в глаза. Хочу ответить, но в нос предательски бьёт запах курева. Ставший в разы интенсивнее и насыщеннее, чем прежде.

— Уйди, — единственное, что успеваю сказать, прежде чем рухнуть на колени у унитаза и моля о пощаде, пытаться хоть как-то дышать.

— Пожалуйста, открой окно, — прошу, с трудом вбирая из его рук стакан воды.

Димка распахивает окна. Одно за другим. Наполняя студию примесью запахов, отдаленно напоминающих прежнее понимания свежести.

— Что ж всё так воняет? — риторически бурчу под нос.

Открываю сумку, скинутую в прихожей, праздно вручая Верховцеву упаковку, в которой покоится злополучный тест. Второй. Или третий. Уже и не вспомнить. Они точно клоны, мало чем различаются между собой.

— Поздравляю, — кривлюсь, отступая к спальне. — Если ты не против, я ненадолго прилягу и, тем самым, слегка задержусь.

Мне кажется Димка полностью протрезвел гораздо быстрее, чем я смогла дойти до постели и безболезненно лечь. Уткнуться в подушку, спрятав глаза от света. А после долго, пристроившись на полу у края кровати, держал мою руку в своих, согревая пальцы губами. Шепча, словно при покаянии:

— Кусь, я же люблю тебя. Настолько сильно, что самому страшно. При мысли о потере тебя захватывает желание всё уничтожить. Тебя. Себя. Нас. Разрушить до основания. Чтобы жить как-то после… А после как видишь не получается. Не выходит. Прости…

— У меня нет сил на разговоры, — проговариваю, не размывая глаз.

— Всё хорошо, — привстает накрывая. Обнимает, поверх одеяла, шепча буквально на ушко:- Я подожду.

И сложно держать в себе былые обиды. Расстрачиваться эмоционально по мелочам. Есть здесь и сейчас. Пусть и не то, что я изначально хотела. Остаётся, наверное, его как-то принять…

Меня разбудил рингтон от мобильного. И запах еды, просочившиеся в комнату сквозь закрытые двери. После сна он казался вполне привлекательным. Хотя и был исключительно резким.

— Она дома. Лизк, отвали, — отвечает несдержанно на звонок моего телефона. Откидывает на диван, задумчиво поворачиваясь в сторону окна. Стоит, монотонно покачиваясь. Вертя в руках какую-то штуку.

— Дим… — начинаю, сбиваясь с мысли. За секунды до этого, наткнувшись взглядом на пустой чемодан и разложенные по местам вещи.

Плавно подходит ближе, держа в руках тест, при взгляде на который я непроизвольно морщусь. Он вызывает у меня слишком двоякие эмоции. Те, к которым я не готова. Не могу объяснить и… просто дико боюсь испытывать.

— Наверное нам надо пожениться? — произносит серьёзно, всматриваясь в кусок пластика с проявившимся на нем реагентом. Спрашивает, сам же за меня отвечая. И так нелепо на этом фоне звучит окончание фразы:- Кусь, ты согласна?

А ведь до появления полосок на тесте Димка не горел от желания расстаться с холостяцкой жизнью.

— Ты приготовил что-то поесть? — будто не слыша его, оборачиваюсь в сторону кухни. — Накормишь?