Наши клинки остры! (СИ) - "СкальдЪ" - Страница 60

— Пустяки, милорд, — старший Лайтфут улыбнулся от удовольствия. — Ничего сложного, на самом деле. Никаких трудностей. Даже и говорить не о чем — приехал, передал деньги и забрал лорда Карстарка. Делов-то!

— Не скромничай, награду ты заслужил. У нас сейчас пирушка намечается, поешь и попей на славу, а потом тебя ждет постель. Мы еще поговорим, — Домерик похлопал его по плечу и повернулся к Торрхену. — Ну что, старичок, пора отметить твое возвращение.

Торрхен для начала показался лорду Русе, быстро заглянул в шатер, поставленный его людьми, переоделся, умылся и сразу же отправился к юному Болтону.

— Поднимем чаши за друга! — предложил Домерик. В отсутствие отца и прочих лордов парень сидел во главе стола. Ему доставляло удовольствие осматривать гостей, одновременно чувствуя себя хозяином.

Два Рисвелла, Железные Икры, Хокк, Бенфри Фрей, Вилис Мандерли, старший Лайтфут и офицеры Красных Клинков окружали его со всех сторон. Карстарк поглядывал на них с удивлением, начиная понимать, что за время его отсутствия много чего произошло.

— За Карстарка! — взревел шатер. На столе находилась печеная и жареная дичь, фрукты и овощи. И, конечно, вино. Его было столько, что впору и утопиться.

Вторые чаши подняли за погибших северян. При упоминании братьев морщина прорезала лоб Торрхена, и он помрачнел. Через час им наконец-то удалось разговорить Карстарка. Он рассказал, как попал в плен, как его лихорадило после раны и как их всех доставили в Харренхолл.

— Я такого замка, парни, в жизни не видел. Настоящая жуть — он весь обгорел, покосился, по ночам в башнях воет ветер. А места там столько, что внутрь вместятся Кархолд вместе с Дредфортом и Родниками!

Домерик прекрасно понимал, что друг может немало полезного рассказать и про замок, и про гарнизон Тайвина Ланнистера. Но все это могло подождать до завтра. А сейчас следовало просто радоваться возвращению друга.

В Чаячьем городе девушка ждет, хей-хо, хей-хо!

Жди и надейся, твой милый придет, хей-хо, хей-хо!

За годы разлуки любовь наградит, хей-хо, хей-хо!

Начал громко петь Русе Рисвелл. С каждым куплетом к нему присоединялось все больше и больше людей, а песня звучала на весь лагерь. Наконец не удержались и Карстарк с Болтоном.

— Если лорд поет, то он либо дурак, либо пьян, как свинья, — заметил коварный Рисвелл. Торрхен засмеялся так, что вино потекло из носа.

— Русе, я так жалею, что тебя не было со мной в плену, сукин ты сын! — признался он.

— Почту эти слова за комплимент, — заржал в ответ Рисвелл.

Дни шли за днями. На дорогах встречалось все больше бродяг, нищих, разорившихся крестьян и ремесленников, полубезумных септонов и мейстеров потерявших место, фанатичных пророков, возвещающих наступление последних времен. Они в основном обходили стороной Рубиновый брод, но Домерик их часто встречал, совершая рейды по близлежащей местности. Парень подумывал о том, что и Красным Клинкам мейстер не помешает. Вот только не выбирать же его из первого встречного забулдыги.

Сам он просеивал свой отряд с такой же тщательностью, как скупец перебирает золотые монеты. Стало понятно, что много людей взять к себе не получится, но триста человек будут в самый раз. И их стоило выбирать тщательно. Он уже поменял не слишком умелых, глуповатых или не внушающих доверие солдат на более стоящих. Людей тетушки Барбри он отпустил полностью, солдат Рисвеллов осталось меньше двух десятков, а с сиром Бенфри Фреем теперь числились всего два всадника из Близнецов. Все остальные были дредфортцами — верными и бесстрашными.

Каждый день люди собирались в шатре Русе Болтона и обсуждали последние вести. Робб Старк покинул Риверран и начал разорять Западные Земли. Состоялась битва у Окскросса, в которой победа вновь улыбнулась северянам. Через несколько дней от него пришла еще одна радостное известие — он захватил замок Эшмарк, принадлежащий Марбрандтам, одним из сильнейших знаменосцев Утеса Кастерли.

Сразу же после этого таинственным образом погиб король Ренли Баратеон. Почти все его вассалы переметнулись на сторону другого короля — Станниса, который осадил Штормовой Предел. А еще победитель перешел в новую веру — теперь он и его люди стали почитать Рглора, неизвестного и непонятного бога из-за Узкого моря.

Никто не знал деталей, как и почему молодой и здоровый Ренли умер, и от того все обрастало какими-то невероятными деталями. Теперь Станнис наверняка захочет захватить Королевскую Гавань. А если бы не хотел, то и воронов бы не рассылал с требованием присягнуть единственному законному государю.

В столице нарастало недовольство и голод. Десницей стал Тирион Ланнистер, и карлик на такой высокой должности еще больше озлоблял людей. Его винили чуть ли не во всех грехах.

На Красном Зубце лорд Эдмар Талли успешно сдерживал основные силы Тайвина Ланнистера, пытавшегося пробиться на запад.

Все основные действия происходили в стороне и северяне на Рубиновом броде просто ждали.

— Вороны принесли плохую весть, — заметил лорд Болтон в один из дней. Как и всегда, его окружали лорды и рыцари. Мейстер Медрик стоял за плечом хозяина Дредфорта и сжимал в руке небольшой кусочек тонко выделанного пергамента. — На Каменном берегу высадились железнорожденные под предводительством Дагмера Щербатого. Они убили Бенфреда Толхарта и всех его Диких Зайцев.

— Черные крылья — черные дни, — пробормотал сир Вилис и покачал головой.

— Проклятие! Суки! Они за все ответят вместе со своим Утонувшим Богом! — раздались грубые замечания. Железнорожденных на Севере не жаловали. При этом все старались не смотреть на отца погибшего парня.

— Что? Что, черт возьми, я услышал? — лорд Хелман Толхарт встал во весь рост, побледнев и сжав кулаки. — В письме сказано, что его утопил Дагмер Щербатый. Мне очень жаль, — тихо пояснил мейстер Медрик.

Домерик переглянулся с Русе и Торрхеном. Здоровяка Бенфреда он помнил прекрасно. Умом тот похвастаться не мог, зато был сильным, как бык. Кажется, с Карстарком они в Винтерфелле стали приятелями.

— А-ах, — только и сказал Толхарт. Он сразу постарел лет на двадцать, как-то ссутулился, стал меньше. Повисло неловкое молчание. Кто-то из лордов подходил к нему и пытался что-то сказать. Было такое ощущение, что Толхарт их просто не слышит. Он сидел и молча смотрел в пол.

— Это не все известия, — все также невозмутимо заметил лорд Русе. — Сир Родрик, кастелян Винтерфелла, собирается выступить из замка, чтобы покарать железнорожденных. Я уверен, что ваш сын, лорд Толхарт, будет отомщен.

— Я удавлю Дагмера собственными руками, — глухо отозвался владелец Торрхенова Удела. — Я найду его и отомщу, а потом выкину труп на поживу рыбам в их поганое море. Доколе они будут грабить наши земли и убивать наших детей?

Братья Рисвеллы при этих словах помрачнели. Родники находились весьма близко к побережью, всего в нескольких днях пути.

— Мой лорд-отец знает об опасности, лорд Болтон? — поинтересовался Роджер.

— Безусловно.

— Может, стоит отослать воронов, чтобы все были готовы? — предложил Русе.

— Уже сделано. Тем более, сир Родрик не хуже нас понимает всю опасность. И он куда ближе к месту событий. Сам Домерик особо не переживал. Дредфорт стоял на востоке и ему ничего не угрожало. А вот за друга и за деда с бабкой было тревожно. Да и Город-на-Кургане, где правила тетушка Барбри, отстоял от побережья не так уж и далеко. Тем более, к нему можно подняться по реке, впадающей в залив Соленое Копье.

— А леди Дастин предупредили? — все же счел важным напомнить парень.

— Думаю, что Родники и сир Кассель не дадут ее в обиду, — уверенно ответил Русе Болтон.

В один из вечеров лорд Болтон вновь собирал всех на ужин.

— Приходите быстрее, милорд, — с улыбкой заметила Ласка. Накануне ночью они здорово провели время, и приятные воспоминания до сих пор не торопись покидать парня. — Сегодня мы с вами продолжим выяснять, у кого же больше задора и пыла.