Наши клинки остры! (СИ) - "СкальдЪ" - Страница 111

— Освобожден из плена. Ныне он жив и здоров.

В зале поднялся шум. Многие не верили услышанному, но леди Кейтилин возражать не стала, лишь скорбно наклонила голову. Её брат — Эдмар Талли остался в живых, но попал в плен. Судьба Черной Рыбы оставалась неясна. Ходили слухи, что он утонул, пытаясь вырваться из замка и переправиться на другой берег Камнегонки. О Сансе, так же как и Бране, долгое время никто не слышал. А еще, совсем недавно, во многие замки прилетели вороны с известием, что погибла леди Лиза Аррен. Какой-то певец, которого уже казнили, скинул ее в Лунную дверь. Теперь Орлиным Гнездом и всей Долиной управляет Мизинец, назначенный лордом-протектором. Домерик, еще по Королевской Гавани, прекрасно помнил его живые, хитрые глаза и самоуверенную улыбку.

Леди Кейтилин не показывала, насколько тяжела для нее потеря родной сестры, плен брата и неясная судьба дяди и детей. Добавить к этому смерть мужа и старшего сына, и можно смело говорить, что женщине не занимать силы духа и твердой воли. Держалась она гордо и сейчас наверняка рассчитывала на помощь Петира Бейлиша — друга детства. И хотя он вроде как и держал руку Ланнистеров, ситуация складывалась интересная.

Отец считал, что Винтерфелл попытается заключить договор с Долиной. И вороны наверняка уже улетели в Орлиное Гнездо с тем или иным предложением.

Сами Болтоны отправили весточку Редфортам с просьбой прояснить ситуацию.

— Лорд Болтон говорит правду, — поднялся Роджер Рисвелл, новый хозяин Родников. — Мой отец, находясь вместе с королем, писал, что опасается попасть в ловушку и попытается приложить все силы, чтобы успокоить короля и отговорить его идти на Риверран с таким малым войском. Но не отговорил… В письмах леди Джейн буквально умоляла короля о помощи. Говорила, что боится за свою жизнь. Именно на эту приманку Ланнистеры и поймали нашего короля.

— Мы вырежем их до последнего! Всех ублюдков к ногтю! — заревел Большой Джон.

Вот так и закончилась жизнь Робба, — без всякого торжества подумал Домерик. Одно единственное, но неправильное решение — вместо девы из Фреев жениться на Вестерлинг — предопределило всю его дальнейшую судьбу. Одно чертово, глупое, юношеское решение! И к чему оно привело? Тысячи людей заплатили собственными жизнями за то, что король до знакомства с Джейн не успел познать женщин и не смог устоять перед милым личиком, упругими грудками и тугой попкой.

Лорда Болтона и ранее находящегося в его войске сира Вилиса засыпали вопросами. О том, как они узнали о падении Риверрана, о предательстве Фреев, как отступили и что думали в тот день. Было видно, что леди Кейтилин тщательно проверяет их слова, пытаясь отыскать если и не предательство, то двойной умысел. А еще многих волновал вопрос, не беременна ли леди Джейн, не успела ли она понести от короля Робба, не торопясь верить Ланнистерам, которые после победы утверждали, что ребенка не будет.

Мать Арьи внимательно слушала Русе Болтона и Вилиса Мандерли, пытаясь подметить неточности или неясности в их словах.

Неточностей лорд Болтон себе не позволял. И с каждым его словом становилось ясно, что виной трагедии — горячность и пылкость самого Робба. Именно он, после всех побед, решил, что теперь ему все по плечу и нет тех, кто сможет его остановить.

Может, у кого и оставались подозрения, но доказать их они не могли.

— Мы с лордом Болтоном не раз и не два писали королю, чтобы он не торопился и подождал нас. За нами двигался лорд Карстарк, отставая на несколько дней. И мы предлагали соединить все силы в один кулак. Но король не желал медлить, — сир Вилис закончил невеселый рассказ и развел руками, показывая, что они сделали все, что могли. Домерик не стал бы утверждать, что именно так все и случилось. Отец недоговаривал, но он делал все правильно и если захочет, то в свое время расскажет правду. А нет — он не расстроится. Есть тайны, которые лучше не знать. Трагедия с Роббом и падение Риверрана выглядело настолько болезненными, что на их обсуждение потратили не один час. После разговор коснулся Стены и всего того, что там происходит.

— Дело плохо, — честно признался Большой Джон. — Одичалых собралось столько, что мы удержались с огромным трудом. Я стоял на вершине Стены, и мои глаза видели тысячи и тысячи дикарей. Тенны, рогоногие, вендели, проходимцы из Сурового Дома, колдуны, великаны, мамонты… Их множество и настроены они воинственно.

— Но вы же с Дозором их победили? — напомнила леди Барбри Дастин.

— Не всех. Далеко не всех. Мы принесли огромные жертвы, но чего добились? — Амбер пожал широченными плечами. Цепи на его груди негромко звякнули. — Дикари отступили. Да и Манс, их королек, остался жив. Он просто приказал отойти. И они ушли. Но это лишь временная передышка. Они соберутся с силами, залижут раны и вновь устремятся на Стену.

— Мы не можем продолжать войну на юге, не разделавшись с врагами за Стеной, — заметил Роджер Рисвелл. Домерику показалось, что кузен выступил по знаку отца.

— Верно! — неожиданно поддержал его Смерть Шлюхам. Хотя, если подумать, ничего неожиданного в таком не наблюдалось. Замок Амберов — Последний Очаг — находится ближе прочих к Стене. И в случае падения Дозора именно на их земли обрушится первый натиск и ярость одичалых. Так что сейчас они лишь проявляли благоразумие.

— Леди Кейтилин, — пробасил Джон Амбер. — И я, и мой дом верно служили вашему мужу. А потом и его сыну, королю Роббу. И сейчас я прошу не оставить нас в беде. Без помощи Севера, всего Севера, Дозор не устоит. Если дикари прорвутся за Стену, то худо нам придется! — Джон покосился на Карстарка.

— Действительно, стоит разобраться с угрозой со Стены, а лишь потом думать о войне на Трезубце, — поддержал лорд Рикард. — Мой дом — так же верный союзник Винтерфелла, леди Кейтилин. Но сейчас нам стоит отложить месть и задуматься о более важных вещах. Простите эти слова — но и я потерял двух сыновей и жажду мести не меньше вашего.

— Кто думает схожим образом? — хозяйка Винтерфелла оглядела Великий Чертог. Рикон хранил молчание и вертел головой, пытаясь сохранить важный вид. Арья казалась невозмутимой, но было видно, что ей очень интересно.

— Я, — еще раз высказался Роджер Рисвелл.

— И я, — кивнула леди Барбри Дастин.

— На Медвежий остров одичалым хода нет, — кашлянула Мормонт. — Но мы поддержим любое ваше решение, леди Кейтилин.

— Дикое и не обученное войско мало что может противостоять нашей тяжелой коннице. Что они могут против доброй стали и многолетней выучки? — старший Мандерли словно разговаривал сам с собой. — С другой стороны, и забывать о них не следует.

— Нам стоит если и не окончательно разобраться с угрозой из-за Стены, то прояснить, насколько она велика, — Русе Болтон с пренебрежением хмыкнул. — Куда возвращаться, если здесь все превратится в пепелище?

— Одичалые редко когда добирались до Торрхенова Удела, — лорд Хелман Толхарт пропустил бороду через кулак. — Думаю, даже если они и возьмут Стену, то быстро рассеются. Мы сможем перебить их поодиночке. Они не страшны в открытой битве.

— Поддерживаю, — заметил Флинт с Кремниевого Пальца.

— Вы потому такие смелые, что рассчитываете отсидеться за нашими спинами? — в голосе высокого и могучего Морса Амбера, которого все называли Вороньим Мясом, звучала неприкрытая насмешка. Старик кутался в шкуру белого медведя, а капюшоном служила его голова с клыками. Его громогласный голос гремел на весь Чертог. — Думаете, они до вас не доберутся? Думаете отсидеться, щупая баб и попивая эль?

— Что мы думаем — наше дело, — Флинт сделал вид, что не заметил обидных слов. — У нас, на мысе Кракена и Кремниевых утесах хватает и своих забот, помимо дикарей. Железные острова совсем близко и пираты частые наши гости! Что, горлопан, думаешь, нам так уж легко, а?

— А ты посети Последний Очаг, сушенная треска, и поймешь, что к чему, — презрительно бросил Воронье Мясо.

— Вот что я вам скажу, — Джон Амбер оперся кулачищами о столешницу и наклонился вперед. — Слухи о живых мертвецах не выдумка. Клянусь цепями, я сам видел, как покойники оживают. Упыри, или, как их еще называют — вихты, не шутки. Они там были! Часть из тех, кого мы убили, но не успели сжечь, ночью ожили! Вашу мать, во второй раз убить их куда сложнее! Лишь огонь, валирийская сталь да драконье стекло способно их остановить. Вот эти шрамы, — великан резко задрал рукав камзола и дублета, показывая красно-сизые полосы на предплечье, — тому подтверждение.