Академия Юрского периода (СИ) - Титова Светлана - Страница 18

Простая и безобидная человечка. Для семей парней из твоей кварты ты считаешься ближе некоторых родственников. Помоги нам, Дана, и ты поможешь себе. Только одно условие…

Арвен наклонился и понизил голос, словно опасался чего-то. Он стоял совсем близко, я чувствовала теплое дыхание на лице. Некстати вспомнилось, как он умеет хорошо целоваться. Облизнула занывшие в предвкушении губы.

— Какое? — хрипло выдохнула.

Пальцы, лаская, пробежали по щеке. Губы коснулись мимолетным поцелуем. Мысли перемешались, я готова была пообещать ему что угодно.

— Не говори о нашем разговоре никому. Ни кварте, ни ректору, ни подругам. Никому обо мне, договорились?

На мой вопрошающий взгляд, он отстранился, вздохнул и ответил немного резче, чем хотел:

— Никто не верит в благие намерения светлых эльфов, и тебя станут подозревать себе же во вред. А ведь все эти драконы, темные и наги заинтересованы в том, чтобы вернуть магию не меньше, чем мы. Им-то она нужнее. Мы выживем и так в асах, а они на своих островах…

Арвен осекся, и я дернула его за рукав, понуждая продолжить. Обугленный кусочек зеленой кожи остался у меня в руке. Эльф глянул на дыру в куртке и перехватил мое запястье, отведя мою руку в сторону.

Я даже не обиделась, так велико было любопытство узнать один из секретов этого мира.

— Что не так с островами?

— Слушай внимательно на уроках. Или расспроси своих, — уклончиво ответил Арвен. — Об этом говорят не охотно. Не хотят поднимать панику раньше времени. Но шила в мешке не утаишь, и кадетов готовят к реалиям. Мне пора, Дана. Провожать не буду. Слишком много ваших бродит вокруг. Не хочу истерики. С… Йориком тебе вряд ли что-то грозит а асах. Понять не могу, как ты смогла приручить это чудовище?! Буду ждать тебя, Дана.

Он наклонился и прижался губами в поцелуе. Быстром, обжигающе-сладком, дурманящем и отключающем мозги. Прикрыла глаза, наслаждаясь моментом. Еще секунду назад меня крепко сжимали чужие руки, притискивая к сильному телу, окутывая ароматом леса. И вот я уже одна, растерянно оглядываюсь по сторонам. Дорн, испуганно жмущийся к стволу, и тот исчез. Стоящая вокруг непривычная тишина оглушала. На меня хлопал глазами присевший на попу ящер.

— Йорик, никогда так не делай! — назидательно произнесла, облизывая губы, на которых еще чувствовался вкус поцелуя. — Налетят, понимаешь, охмурят своей харизмой, поцелуют так, что тапки теряешь, а потом оставят одну с ре… гнездом полным яиц. Поняла?

Ящер насмешливо фыркнул и засеменил в нужную мне сторону. Я потопала следом, ориентируясь на светило, иногда проглядывающее в разрывах облаков.

Увидев Йорика, радостно прыгающего вокруг меня, побледневшая Ритана даже спорить не стала, сразу поставила зачет. Никто не спорил. Кадеты до того шумно обсуждавшие недавнюю охоту, молча отступили на несколько шагов, опасливо наблюдая за ящером, радостно вилявшим хвостом. Я понимала Йорика, соскучившегося за вниманием. А тут сразу столько глаз, внимательно следящих за ним.

— Ребята, знакомьтесь. Это Йорик, мой ящер, — улыбаясь, представила малыша. — Можете погладить, он не обидит.

Я провела по теплой полосатой спинке, чувствуя, как острые чешуйки царапают ладонь. Раздался дружный вздох. Ритана придушенно пискнула. Я удивленно посмотрела на притихшую группу. Все кадеты, даже темнокожие дроу, позеленели. Многие прятались друг за друга, судорожно сжимая в руках оружие.

— Стрелять не вздумайте, — предупреждающе прошипела сквозь зубы Ритана, — ни одна стрела не пробьет его шкуру. Только разозлите, а тогда… За телами никто возвращаться не будет. Ваши родители знают правила академии.

Покачала головой, удивляясь дремучести местных, принявших моего Йорика за ядовитого крата. Он же это… мимикрирует просто.

— Он немного попахивает, — извинилась за малыша. — А так безобидный совсем.

— Кадет Кутько, я доложу ректору о ваших успехах, — выдавила из себя Ритана, трусливо отступая к ближайшему дереву. — Я думаю, больше нет нужды в тренировках с замыкающими. Вы можете перейти к ректору и тренироваться всей квартой. И пусть сам рискует жизнью рядом с этой чокнутой и ядовитым агасом.

Последнее она добавила шепотом и для себя, но в тишине было отчетливо слышно каждое слово. Хотела было обидеться, но разглядев выражение ужаса на лицах всех без исключения кадетов, заносчиво хмыкнула.

Знай наших! Привыкли смотреть свысока, верзилы на малышку с Земли. Забыли народную мудрость? Мал золотник, да дорог! Мал клоп, да вонюч… э, нет… Это не подходит. В общем, маленький, да удаленький! Вот!

С Йориком мы распрощались на опушке, и счастливый ящер радостно ломанулся в ближайшие кусты, откуда доносился тихий писк. По воплю я поняла, что он затеял с кем-то любимую игру в догонялки. Скучно ему точно не будет. А до новой вылазки в асы рукой подать.

Вернувшись в казарму, первым делом попыталась избавиться от «подарка» Йорика. Слизь так и не смылась. Запах ушел, но моя ладошка продолжала разрушать все, к чему прикасалась.

Ух ты! Я как Танос, разрушитель миров! У меня теперь своя «перчатка Бесконечности»! Ну почти! Мое тайное оружие.

Разглядывала ничем не примечательную внешне ладонь, не отличающуюся от второй точно такой же.

Надо о моем «оружии» помалкивать, а то еще останусь без руки. Отрубят ведь. У этих варваров ума хватит. Вернее не хватит. В общем, пока о руке молчок.

Полюбовавшись на тайное оружие, полезла искать учебники. Едва не вывихнула челюсть, зевая. Глаза слипались, но я мужественно решила заснуть над учебником. Наутро совесть не так сильно грызть будет. Все же пыталась учить.

Забывшись, схватила не той рукой. Палочки для письма рассыпались золой, измазав пальцы. Порылась в поисках тряпки. Изгвазданные вещи с Земли лежали на дне. Я попыталась оттереть пальцы юбкой и… получилось. Тонкая ткань испачкалась, но осталась целой.

Костюмчик мой был сшит из трофейных штор, что прадед привез из Берлина в сорок пятом. Бабуля берегла и передала маме в приданое. Мама хотела и мне в приданое, но я поставила вопрос ребром: или шью костюм, или приданое мне не понадобится никогда. Мама под силой аргументов сдалась и позволила сшить, и даже ничего не сказала, замерив взглядом микроскопическую длину подола юбки. Не то чтобы ткани штор не хватало, просто в деле привлечения мужчин нужны серьезные аргументы. А у меня из них были только ноги. Покрутив в руках грязную тряпицу с восхищением выдохнула:

— Вот оно, немецкое качество!

Наделав из нее бинтов, перемотала ладонь и, успокоившись, легла спать, подложив под щеку учебник.

— Кадет Кутько, что вы можете сказать по теме урока? — дроу внимательно смотрел на меня из-под кустистых белоснежных бровей. — Или для вас есть вопросы важнее темы сегодняшней лекции?

Вчера, умаявшись в асах, завалилась спать, забыв про ужин, уроки и душ. Утром проснулась только после того, как парни, уставшие ждать у входа, ввалились толпой в казарму и начали все разом тормошить меня. Не слушая вялых возражений, они выдернули слабо трепыхающееся тело и втиснули в форму.

— Проблема островов очень важный и насущный вопрос, — еще сонная, я плохо соображала и сказала первое, что пришло в голову, — можно сказать первоочередной для решения.

Дроу нахмурился, но не возразил. По аудитории прокатились встревоженные шепотки. Кадеты переглядывались и с опаской посматривали на меня.

— Нет смысла сотрясать воздух, если нет решения, кадет Кутько, — ответил, наконец, преподаватель. — Мы не сеем панику постоянными напоминаниями о грозящей всем катастрофе, к которой приближаемся с каждым днем. Светлые не идут на контакт. Они мотивируют это тем, что наш интерес не в решении проблемы магии, а в захвате их территорий. И так мы «танцуем» возле проблемы много лет. Да если бы мы и достигли соглашения, то решить проблему магии не смогли бы. Путь к источнику магии не знает никто. Все, что мы можем — это подготовиться. И мы готовимся, готовим вас к неминуемому. Садитесь, кадет.