Эликсир Ариадны (СИ) - Волкова Татьяна - Страница 41

— Я тоже не ожидала. Но принимать все это подхалимство как должное не стала. Мы сели за обычные столы, а печеньками угощали одногруппников, — добавила я.

— Просчитался ваш ректор, — улыбнулся барон. — А теперь, если вы не против, то я украду у вас Сол на вечер. Верну в целости и сохранности. Договорились?

— Кради, если она сама не против, — хмыкнула я.

Подруга покраснела, но все же ответила, опустив глаза:

— Не против.

Нил попросил остановить карету, выскочил на улицу и помог Соландж спуститься.

— До вечера! — махнул он рукой и закрыл дверцу.

Когда экипаж снова тронулся, я спросила:

— Ему можно доверять?

— В каком смысле? — нахмурился Лео.

— Ну… Намерения у Нила серьезные или он просто решил вскружить девушке голову?

Мой жених пожал плечами:

— Она ему нравится, это совершенно точно, но вот про серьезность намерений я не в курсе. Сами разберутся, не маленькие уже. Давай лучше в ресторан сходим, посидим, развеемся.

— Давай. Для тебя я совершенно свободна.

Лео сел ближе и поцеловал меня. А я не сопротивлялась. Мне было очень и очень приятно.

После ресторана мы гуляли по городу, кормили голубей и тайком целовались. А вечером я пыталась устроить подруге допрос с пристрастием, но она явилась такой счастливой и мечтательно-задумчивой, что все вопросы отпали сами собой.

Следующие две недели Сол исправно бегала на свидания с Нилом и каждый раз возвращалась, порхая на крыльях любви. Я радовалась за нее и каждый раз встречала дома с улыбкой.

— Как там твой тайный поклонник? — как-то между делом поинтересовалась я. — Больше не объявлялся?

— Нет, — ответила подруга, вертясь перед зеркалом в новом платье. — Полагаю, он понял, что я заинтересована другим мужчиной, и ушел в тень.

— А с Нилом у тебя как? Есть сдвиги?

При упоминании имени барона Сол загадочно улыбнулась, а потом ответила:

— Вчера он пригласил меня в «Лазурит»! Представляешь? Я ведь даже не мечтала когда-нибудь там побывать, потому что считала это невозможным. А через два дня окажусь в самом шикарном и дорогом ресторане королевства! И сдается мне, что именно там Нил предложит мне стать мадам Руже.

— Да ладно! — воскликнула я. — Думаешь, уже созрел?

Она с мечтательным видом закусила губу, а потом созналась:

— Он красиво ухаживает, очень внимательный, обходительный, романтичный, а в последнее время такой пылкий! Как вспомню его поцелуи и объятия, так мурашки по коже! Ари, кажется, я влюбилась.

— Раз так, то ко встрече в «Лазурите» ты должна быть готова на сто процентов! Идем! Для особого случая необходимо особое платье.

Следующие два дня мы были полностью заняты подготовкой к свиданию Сол и Нила. Я даже встречи с Лео отменила, чтобы помочь подруге, а потом все уши ему прожужжала, когда будущая мадам Руже отправилась в «Лазурит».

— Я не думал, что девушки готовятся к свиданиям так тщательно, — проговорил Леонард, выслушав мой рассказ.

— Так ведь это не рядовая встреча, где достаточно просто выглядеть красиво и опрятно, — начала пояснять я. — В такой особенный вечер она должна выглядеть великолепно, чтобы от нерешительности ее кавалера не осталось и следа.

— Что-то не припомню, чтобы ты так же готовилась к моему предложению руки и сердца, — хитро прищурившись, проговорил он и прижал меня к себе.

Я надулась:

— Да потому что первый раз ты внезапно сделал предложение в катакомбах, а второй — неожиданно ворвавшись в мою комнату через окно. А вот если бы мы сначала встречались, как Нил с Соландж, то я бы готовилась обязательно.

— Жалеешь? — серьезно спросил он.

Я на мгновение задумалась:

— Нет. Я отвела душу во время подготовки к нашей официальной помолвке. Так что все в порядке.

— Смею напомнить, что поупражняться в этом нелегком деле ты можешь еще и перед свадьбой, а потом никто не мешает тебе устраивать пышные балы и выглядеть на них лучше всех, — проговорил мне в губы Леонард, аккуратно отвел за ухо прядку волос с моего лица и сладко поцеловал.

Домой я вернулась окрыленной. Вытащила из сумочки ключ, провернула в замке и, услышав характерный лязг механизма, потянула за ручку двери. Зайдя в коридор, едва не упала, споткнувшись о что-то. Тут же нащупала чуть шероховатую кнопку включателя и нажала на клавишу, заставляя загореться несколько электрических свечей, обрамленных красными абажурами. При свете все было видно гораздо лучше, поэтому различить валяющиеся на полу вещи Соландж было нетрудно.

— Я, наверное, не вовремя, — пробормотала я и снова направилась к выходу.

Внезапно из-за двери, ведущей в комнату подруги, раздался всхлип. Потом еще и еще. Я насторожилась и подошла ближе. На стоны наслаждения это похоже не было, поэтому я решительно постучала и вошла, так и не дождавшись ответа.

Под ногами что-то захрустело. Я включила свет и увидела шпильки для волос с раскрошившимися стеклянными бусинами. Мысленно порадовалась, что не сняла ботинки, а потом прошла дальше в комнату.

Растрепанная Сол лежала на кровати в нижней рубашке и плакала в подушку. Ее дорогой и несомненно красивый наряд из темно-зеленого бархата тряпкой валялся на полу рядом с россыпью шпилек и заколок, которые подруга вытащила из прически. У кровати обнаружились остатки некогда пышного букета из роз и лилий, безжалостно растерзанного на стебли и россыпь лепестков.

Я подхватила юбки и подбежала к подруге:

— Сол, что случилось? Почему ты плачешь? Он тебя обидел?

Услышав мой голос, Соландж расплакалась еще сильнее. Мне пришлось потрудиться, чтобы успокоить ее, дать пореветь на своем плече, а потом и рассказать, как все было.

— Он пригласил меня в «Лазурит» не для того, чтобы сделать предложение, а чтобы расстаться покрасивее! — с надрывом говорила Сол. — Он, видите ли, решил оставить о себе хорошие воспоминания! А сам уедет в отцовское виконтство, где откроет собственное сыскное агентство, и там, конечно, ему будет не до меня, потому что работы много, причем вся она опасная! Моего мнения, естественно, никто не спрашивал.

Она снова заплакала, а мне ничего не оставалось, как поддержать ее. В итоге мы до самого утра просидели вместе, периодически заливаясь слезами, делясь печальными историями из жизни, заедая все это ароматными круассанами и запивая дорогущим вином, оставленным для особого случая.

В итоге встать утром на занятия мы не смогли. Решили плюнуть на все и прогулять. Вот только Лео об этом не знал и зашел за мной, как обычно. От звука дверного звонка моя голова раскалывалась на мелкие кусочки. Еле разлепив глаза, я накинула длинный халат и отправилась открывать.

— Доброе… — начал мой жених, но запнулся. — А… ты почему до сих пор не одета? Нам же ехать скоро.

— Она со мной всю ночь просидела, — раздался за спиной сонный голос подруги. — Мне плохо было.

— Заболела? — тут же поинтересовался Леонард. — Я могу вызвать лекаря.

— Ей друг твой сердце вчера разбил, — решила пояснить я, поправляя разъезжающие полы халата. — Залечивали душевные раны.

На последней фразе я неаристократично икнула, чем вызвала мимолетную улыбку любимого.

— Теперь я, кажется, понимаю, почему у Нила «образовался» синяк на пол-лица, — проговорил он и посмотрел на удивленную Соландж.

— Какой еще синяк? — переспросила она.

— Вот такущий! — Лео рукой обозначил на своем лице полученную Нилом гематому. — И, должен сказать, бил его не первый встречный. Мы все-таки у самого мастера Лю учились.

— А может… — начала Сол, — может мне стоит заехать к нему, чем-то помочь? Ему ведь больно.

Я потерла ладонью лицо:

— Мы же договорились, что ты забываешь его и выбрасываешь из головы раз и навсегда.

— Это не так легко, как кажется, — пробормотала она, опустив голову.

— Лео, мы сегодня побудем дома, хорошо? Знаю я одно средство от несчастной любви. Пожалуй, его даже стоит пустить в массы, — сказала я и задумалась.