Интерполирую прошлое – экстраполирую будущее - Мамлеева Наталья - Страница 19

Во время занятия он старался вообще не поворачиваться к своим студентам, монотонно рассказывая о видах экстраполяции и интерполяции, их особенностях и уровнях сложности. Как только подошло время перерыва, он выскочил из аудитории под общее недоуменное молчание, а вокруг нас тут же столпились недовольные девушки.

– Что это значит?! Почему вас он подозвал к себе после пар, а на нас даже не взглянул? – выкрикивали они.

– Потому что у нас это, – Ники указала на волосы и одежду, – вышло случайно и против нашей воли! И лиобе лишь решил нам помочь с приобретением нового гардероба, а вы сейчас его чуть не задушили своим повышенным вниманием и убили в нем тягу к прекрасному!

– Как бы он после этого ориентацию не сменил, – ехидно добавила я.

Девушки после моих слов схватились за сердце, а одна прошептала что-то вроде «нельзя этого допустить», после чего лиа дружно покинули аудиторию. Остались лишь парни и и только четыре девушки со всего потока.

– Как грызуна называть будем? – спросила у меня Ники.

– Даже не знаю, – задумчиво ответила я. – Как обычно называют людей?

– На Земле? По дате, в которую он родился, – ответила Ники, и у меня в голове будто что-то щелкнуло.

– У меня есть идея! Но нам не хватает информации, поэтому нужно будет кое-что выведать у Аз Хоша, – прошептала я, наклонившись к подруге.

– Что ты задумала?

– Ничего противозаконного, – пожав плечами, ответила я, но соседка наградила меня недоверчивым взглядом.

Аз Хош вернулся после перерыва в наполовину опустевшую аудиторию. Он никак это не прокомментировал, лишь усмехнулся и продолжил лекцию в улучшенном настроении. Когда занятие закончилось, я подошла к преподавателю, держа в руках букет. Ники ждала меня около выхода.

– Лиобе ур Сент, разрешите задать вам вопрос?

– Разумеется, – кивнул он.

– Какой ваш любимый алкогольный напиток?

Мой вопрос его удивил, но он быстро сориентировался.

– Если вы уже заранее хотите запастись подарками в день экзамена, то не стоит. Я не пью.

– Да-а? – протянула я. И откуда в моем голосе столько ехидства?

Аз Хош отвел взгляд.

– Если это все вопросы, то я поспешу откланяться.

– Но позвольте…

– Аврора, я не отвечу вам на этот вопрос, так как это верх наглости, – раздраженно ответил он, а потом его взгляд наткнулся на букет. Я тоже опустила взор, поэтому не заметила, как урджий оказался близко и, серьезно посмотрев на меня, прошептал: – Лиа, не хочется вас огорчать, но должен предупредить, чтобы вы не сильно надеялись на высокие чувства кавалеров, которые дарят вам сегодня цветы. После вчерашних новостей у них может сложиться… кхм, превратное мнение относительно вашей нравственности.

Я даже рот приоткрыла от удивления, слушая преподавателя. Когда смысл сказанного в полной мере дошел до меня, то на на щеках вспыхнул румянец, а рука с букетом непроизвольно поднялась наверх.

Я сама не заметила, как со всей силы ударила букетом мужчину по лицу. Мне было стыдно и жутко от слов, сказанных им. Пусть они и являлись в какой-то мере правдой, но как он смеет говорить такие вещи студентке-первокурснице?! Я и так из-за его эксперимента пострадала в высшей мере!

– Да как вы посмели?! Думаете, что мне можно подарить цветы только из-за доступности?! То есть в версию, что я привлекательная девушка, не верится совсем?! – прошипела я, а потом резко развернулась и побежала к выходу.

Около двери я схватила Ники за руку и уже вместе с ней выбежала из практически пустой аудитории. Черная дыра, надеюсь, свидетелей моей выходки было немного!

– Аврора, это что сейчас было?! – прошептала Николетта, выхватив свою руку. – Ты преподавателя ударила!

– Да, ты не слышала, какие он гадости говорил! – оправдалась я, смутившись. – В общем, на месте нашего грызуна я бы сама от такого хозяина сбежала!

– С чего ты взяла, что он был его хозяином? – устало спросила Ники, а я поджала губы и подняла испорченный букет.

– Черная дыра, как же бесит! – всплеснула руками я, выбросив букет в урну, и отправилась на последнюю пару – историю конфедерации.

Алкогольные предпочтения преподавателя придется узнавать другим методом.

Глава 7

Киса, я хочу вас спросить, как художник художника – вы рисовать умеете?

Илья Ильф, Евгений Петров, «Двенадцать стульев»

Покупка продуктов оказалась муторным делом. До города ходили шаттлы ежедневно в пять часов, но на проезд в будний день нужно было специальное разрешение, которое выдавалось комендантом и подписывалось деканатом. Это была еще одна причина, почему нужно иметь хорошие отношения с представителем власти в общежитии.

Именно так мы сегодня закупились всем необходимым и в восемь часов вернулись в свои комнаты. Пакеты до двери бокса помог донести нам Фэртон, но за порог мы его не пустили.

– Там жуткий бардак! – горячо воскликнула Ники, смутившись. Её слова были правдивы, но упоминать то, что у нас там говорящий зверек, она не стала.

– Ур Сент заходил, а мне нельзя? – усмехнулся Чейс.

– А у него психика, как у земного носорога, – пожала плечами я, вспомнив его безразличную реакцию на раскиданное нижнее белье. Всё-таки золотой муж будет!

– Так я тоже твердолобый, – усмехнулся челибенец, но мы с подругой отрицательно покачали головами.

– Не хотим стать причиной твоего психического расстройства, поэтому вынуждены отказать в посещении наших комнат, хоть мы и безмерно тебе благодарны за помощь, – преградив приборную панель, заверила я.

– А вот на ужин мы что-нибудь приготовим. Время скажем тебе позднее, – добавила Ники, после чего развернула молодого человека и подтолкнула к лифтовым кабинкам.

Больше не став упираться, он помахал нам рукой, и мы облегченно выдохнули и скрылись в своем боксе.

– Ты же умеешь готовить? – спросила я, закусив губу. – Я – нет.

– Не велика наука! – хмыкнула Николетта, и я отчетливо поняла, что с этим у нас будут проблемы.

Перекусив крекером, не забыв угостить питомца, мы принялись за уборку кухни. Все происходило под музыку, что навело меня на воспоминания.

– Мелкий, – позвала грызуна я, – а что за призраки были в первый день? Мы жутко испугались.

– Это были проекции. Идея не моя, но доработал я, – похвастался зверек. – Объемная голограмма, проекторы расположены по всей комнате и соединены головным компьютером, благодаря чему количество испускаемых лучей можно постоянно контролировать. Поэтому никто из вас не мог загородить лучи проектора, так как я его просто вырубал и переключал нагрузку на другой.

– Ничего себе, – улыбнулась Ники, – а ты у нас мозг. Ты мог бы стать полноценным членом общества.

– Боюсь, что гуманоиды еще не готовы к тому, чтобы в полной мере принять разумных животных, как самостоятельный равный вид, – печально произнес он, и я только сейчас заметила, что он читает книжку на своем собственном, пусть и устаревшем, планшете.

М-дя, куда катится мир? Зрелище презабавное.

– А вы имя мне еще не придумали? – спросил он, оторвавшись от чтения, спрыгнув с кровати и побежав на кухню, откуда мы с ним и разговаривали.

– У меня есть одна идея, но для неё не хватает информации, – улыбнулась я. – Ты не знаешь, какой любимый алкогольный напиток Аз Хоша?

– Понятия не имею.

– Ладно, а помнишь что-нибудь со своего пробуждения?

Шиншилла нахмурился, на несколько секунд погрузившись в свои мысли. Было видно, что воспоминания не доставляют ему радости.

– В глаза бил резкий свет, – наконец, начал повествование он, – в воздухе пахло полынью и какими-то препаратами, надо мной кружились человеческие лица, оборудование, и… точно видел бутылки зеленоватой жидкости. Тогда все было в полудреме, но их я почему-то запомнил.

– Зеленоватая жидкость и полынь, говоришь? – переспросила я, после чего скинула резиновые перчатки и взяла на руки питомца. Жалеть его не было смысла, а вот подарить сейчас минуты радости – святое дело. – Придумала! Отныне нарекаю тебя Абсентом, уменьшительно-ласкательно – Абсик. Есть возражения?