Портрет моего мужа - Демина Карина - Страница 99

Но в чем виновата я?

В неудачном выборе мужа?

Йонас едва заметно покачал головой и сказал:

— Все очевидно… правда, мама? Входи… не надо прятаться. Я тебя слышу.

И демон тоже. Демоны вообще на редкость… чувствительны.

И нынешний оскалился, глядя почему-то на меня. И знает… про Этну? Про мыслишки мои мелкие, ничтожные? Про страхи и робкую надежду выжить. Если получится, вернусь на Ольс, пусть глухомань, зато тихая, ни тебе убийц, ни демонов. Построю еще одну печь, займусь созданием нового голема… или книгу напишу, наконец, по низкоэнергетическим потокам. Давно собиралась.

Появлению Лаймы я не удивилась.

Она вошла бочком, прижимая к груди револьвер. И застыла. И улыбнулась безумной мертвой улыбкой.

— Это ведь ты их убила? — спросил Йонас, растирая ладонь, потому что ток крови замедлился, а с ним притупилось и внимание демона. — И его любовницу. И других. Из ревности.

Черное узкое платье с коротким рукавом, пожалуй, не слишком уместно. Оно выглядит несколько грубо, подчеркивая невероятную хрупкость Лаймы.

Она смотрит с нежностью, и мне становится не по себе.

— Я… защищала мою семью, — она не стала отрицать. — Эта девица… эти его девицы… если бы вы знали, как сложно быть хорошей женой. Вечно кто-то пытается влезть в твою семью, разрушить ее.

Револьвер она взяла обеими руками, подняла с явным трудом.

— Сперва она… опозорила меня… папочка был недоволен… Мар был недоволен… все были мной недовольны, а я лишь хотела как лучше…

Она сделала шаг.

И еще один.

Она ступала осторожно, но все равно покачивалась на тонких ветках каблуков.

И когда остановилась надо мной, расставила ноги, насколько это было возможно в узкой юбке. Впрочем, та слегка приподнялась, позволяя полюбоваться подвязками.

Черные.

Почти траур, правда, по ком?

— Я хотела от нее избавиться. Но нет, нельзя… столько лет терпеть… ждать… мне надоело ждать! Я родила ему сына… только он оказался плохим.

— Спасибо, мама.

— Если бы я знала, я бы нашла способ… семье нужен здоровый наследник.

— Еще раз спасибо, — Йонас лизнул ладонь. — Смею заверить, я вполне здоров. Просто… знаешь, я ведь им сперва не верил. Мертвецы… не всегда добры. А уж те, кого убили, и подавно. И врут они не меньше, чем живые.

Лайма будто не услышала его.

Она смотрела на меня и только на меня. Я даже слышала, как гулко бьется сердце в ее груди. И старалась не думать, что с нее станется выстрелить. А тогда…

Скорость пули.

Близость цели.

Шансов нет…

— Лайма, прекрати. Она нам нужна, — жестко велел Мар. И… Лайма отступила, только всхлипнула обиженно.

— Ты отдашь мне ее?

— Потом.

— Обещаешь?

— Конечно, — мой муж умел быть убедительным. — Ты же знаешь, мне ведь на самом деле не нужен никто, кроме тебя. Я всегда любил тебя, и только тебя…

Демон мерзенько захихикал, а я… я коснулась металлического тела Этны. Если с демоном она вряд ли сладит, то эту сумасшедшую вполне себе успокоит.

Коготки Этны царапнули кожу, а я сосредоточилась.

— Парализуй. Ее, — я произнесла это шепотом, но демон определенно услышал.

И еще мальчишка, во взгляде которого появилось… удивление? Или уважение?

Не умею читать по взглядам.

Кирис… тоже слышал, не мог не слышать, но переспрашивать благоразумно не стал, и вовсе сделал вид, что ничего-то не происходит.

— Нам мешали остальные… и мешают… убей Руту.

— Она твоя дочь!

— Она демон, — Мар покачал головой и вкрадчиво поинтересовался. — Разве ты не хочешь, чтобы я принадлежал тебе? И только тебе? Мы уедем… поднимемся на этом корабле… уберемся из королевства… мы найдем остров, который будет принадлежать только нам…

Его голос убаюкивал, уговаривал поверить, ведь так бывает, что судьба преподносит подарки. Так почему бы не остров? Маленький и уютный. Я почти видела его, с песчаными берегами, с темной скалой, где под защитой вековых сосен прятался дом.

Для двоих.

И жизнь для двоих, в которой лишь счастье и ничего кроме счастья… день за днем, наполненные солнцем и радостью, словно янтарные бусы моей матушки.

Лайма тоже слушала.

И слышала.

И улыбалась. И с этой улыбкой человека, поселившегося в том самом заветном доме, она повернулась к Руте.

— Мамочка, — пропищал демон, протянув ручки. — Не убивай меня…

И добавил:

— Все равно не выйдет.

Он щелкнул пальцами, и Лайма покачнулась. Она падала как-то совсем уж медленно, и мне еще подумалось, что ее стоит подхватить, чтобы не ударилась, когда Лайма все-таки упала.

На живот.

На револьвер.

И палец, лежавший на спусковом крючке, дернулся. Звук выстрела получился глухим, нестрашным — и на несколько мгновений воцарилась тишина.

— Несчастный случай, — нарушил ее демон, пнув неподвижное тело. — Хотя… если поспешить, то выживет. Будем целителя звать?

— Зачем нам целитель? — Мар поморщился. — Если бы я знал, сколько от нее будет проблем, нашел бы кого другого. Совершенно безумная девка. Но такого я от нее не ожидал.

Ложь.

Не знаю почему, но его ложь я ощущала особенно остро. Она словно перец на языке.

Знал он все.

И… это ведь удобно — избавиться от надоевшей любовницы руками жены. Подсказать ей такую удобную мысль, возможно, даже помочь. Нет, не самому, но наняв нужных людей. При всем своем безумии, вряд ли бы Лайма справилась с наблюдателями. Стало быть…

Никаких случайностей.

Ее просто-напросто подвели к дому.

Вложили в руки нож.

И…

Я перехватила взгляд Мара. И кажется, он понял, что я поняла… не только я поняла.

— Знаешь, — произнес он задумчиво. — А ведь ты мне не так уж и нужна…

— Зато мне нужна, — демон облизал губы. — Полетаем?

Мое тело больше мне не принадлежало.

Неприятное ощущение.

Вот соскользнули пальцы Кириса, который до последнего пытался меня удержать. Не выйдет. Я знаю, одержимые сильнее обычных людей. А я уже одержима? Или… меня просто держат, как кукольник марионетку.

Раз шаг.

И два.

Переступить через ноги Юргиса. Он жив? Я надеюсь. С другой стороны, рассчитывать на милосердие демона глупо. Лайма… под ней расплывается темное пятно, а глаза открыты. И в них мне видится удивление, будто она не способна поверить, что все закончилось.

Интересно, а тех, других, тоже она убивала?

— Она, — ответил демон. — Кто еще? У вас, кажется, говорят, что не всякого демона можно обратно в клетку загнать.

И Мар знал.

— Конечно, знал, поэтому и старался не выпускать супругу с острова… на острове он сам себе хозяин.

Почему он вообще от нее не избавился?

— Потому, что когда-то поклялся не причинять вреда…

Разумно.

Мои руки коснулись двери. И демон задумался. Ему определенно не хотелось оставлять без присмотра людей, с которыми он еще не наигрался, но и меня он бросить не мог.

Он должен находиться рядом или…

Я подниму корабль.

Я ведь обещала.

А обещание демону — это не просто так, это сделка. И стало быть, уклониться от исполнения ее я не могу, если не хочу потерять душу. Я же не хочу.

Демон усмехнулся.

И ткнув пальцем в угол, велел:

— Возьми вот его. Пригодится… а если надумаешь дурить…

Он позволил Кирису встать, чтобы потом вдруг покачнуться. Он не упал, выставил руку, упираясь в стену, прижал подбородок к груди, но из носа, изо рта, из ушей хлынула кровь. Она была невероятно яркой, алой, будто ненастоящей.

— Убить его я всегда смогу… у тебя есть полчаса.

— Мало.

Мне позволено было вновь говорить. Но демон покачал головой:

— Справишься. Или он умрет. К сожалению, я еще очень молодой демон. И только учусь убивать на расстоянии… смерть, подозреваю, наступит не сразу и будет мучительной. Поэтому поспеши, женщина, если этот человек тебе и вправду симпатичен…

ГЛАВА 50

Полчаса.