Под знаменем черной птицы. Книга 2 (СИ) - Труфанова Елена Александровна - Страница 18

В какой-то момент кот отполз в угол и попытался закрыться руками, прим подхватил его, встряхнул и приложил об стену.

Следующим был эпизод, уже знакомый Лэнни по академии. Объект сшиб прима на пол и за один удар проломил висок, затем подскочил, выхватил ключ-брелок из кармана убитого и снял энергетический щит. Лэнни видел, как тело кота дёргается от разрядов шокера, как течет кровь из разбитого носа и губ, как трясутся руки. Но даже это не остановило объект. Он успел допрыгнуть до кнопки выпуска газа для дезинфекции.

Хроника дальше делала скачок, но эта запись продолжилась. Кот проломил дверь каким-то прибором и выскочил в коридор. Один из примов бросил в него заклинанием, сырым, не рассчитанным, оно не достигло кота, зато воспламенило газ, после чего все взорвалось.

Значит, почти все примы погибли вот так? По глупому стечению обстоятельств? Правда, дальше кот взял свое, убив ещё шестерых и серьезно ранив Габриэля. Оружие на станции хранилось на специальном складе, до него так и не успели добраться. Для управления имусами и прочими объектами всегда хватало шокера. Лэнни испытывал такой в академии, их заставляли, чтобы почувствовать силу этого мирного оружия, и до сих пор помнил боль.

Запись оборвалась на двадцать седьмой минуте, а следующая за ней, рассказывающая как имус из мира-заповедника угоняет атмосферную шлюпку навсегда исчезла из истории. Лэнни же свернул все окна и бестолково разглядывал узор на потолке.

Спустя несколько дней Анрир снова увидел Вэн. Она прибыла на Атрокс в составе дипломатической миссии. Крей выбил для леди место какого-то там по счету секретаря, этакое неловко прикрытое хвастовство новой спутницей и сильным союзником. Аврорские газеты пестрели общими снимками лорда-протектора северного сектора и леди. Анрир просматривал их все. Айвен позволяла держать себя за руку, иногда — обнимать за талию, но никогда не улыбалась и не тянулась к Крею. Это обнадеживало. В некоторой степени.

Это же Айвен! Она слишком открытая и прямая, у нее никогда не хватит хитрости и гибкости, чтобы общаться с Креем и не пострадать.

Но и лорд хорош. Наверняка же понимает, что Анрир может и не выпустить леди с Атрокса. Так уверен в ее симпатии? Или уже имеет для этого повод?

На переговоры прибыло пять из двенадцати членов Совета и все четверо лордов-протекторов. Айвен стояла возле стены и даже что-то записывала в блокнот. В длинном темном платье, застегнутом под самое горло и с собранными в пучок волосами она все равно выделялась из толпы. Высокая, статная и невероятно, почти нечеловечески красивая. И нечеловечески же упрямая. Зачем она связалась с Креем? На выбор были семь мужчин членов Совета, три лорда-протектора и Марк, не считая богатеев всех мастей. Но выбрала именно Крея.

Переговоры длились и длились, Анрир пытался убедить бывших колонистов, что им не обойтись без атрокского продовольствия, те, в свою очередь, не хотели так просто расставаться со своими территориями. Хотя Анрир и не собирался отбирать полисы насовсем, аренда на пятьдесят лет его бы вполне устроила. Но вести переговоры оказалось намного проще, чем удерживаться от постоянных взглядов в сторону Айвен. И она чувствовала внимание и демонстративно хмурилась каждый раз, стоило только посмотреть в ее сторону.

Анрир с трудом дотерпел до конца переговоров, потом подал знак Этьену, чтобы тот пригласил леди для приватной беседы. Зная ее характер, на согласие рассчитывать не приходилось, но другого варианта не было. Не тащить же ее под конвоем?

Несколькими минутами позднее Анрир мерил шагами пространство малого, «зеленого» кабинета, и даже интуиция не могла дать ответ, что будет дальше. Придет или нет? Что перевесит: разум или обида? Им нужно поговорить, срочно, пока ещё можно решить все мирно. И не стать врагами.

Айвен все же пришла, всем видом излучая недовольство. Она села на кресло возле стола и сложила руки на коленях. Анрир отпустил охрану и сел напротив. Вэн словно бы колючками ощетинилась и не хотела его подпускать. Ни единого проблеска радости от встречи.

— Теперь все будут думать, что мы здесь занимаемся невесть чем, могли бы и в более людном месте поговорить, — она придвинула к себе стакан с водой и сделала небольшой глоток. И совсем не притронулась к стоявшему на столике блюду с закусками.

— Я не задержу тебя надолго, не хватит времени на «невесть что».

— Это будет быстрое невесть что, исполненное нетрадиционным способом. Я эти сплетни без малого триста лет слушала. Прекрасно разбираюсь чем, по мнению общественности, занимаются мужчина и женщина, когда остаются наедине. Там есть варианты начиная с тридцати секунд и заканчивая шестью днями на безатмосферном планетоиде. Единственный шанс для меня спасти свою репутацию — уйти прямо сейчас. Так что давай сжатый конспект своих глупостей.

Она не улыбалась, но едва заметно расслабилась, чуть опустив плечи. Анрир не чувствовал ее эмоции, и интуиция словно бы выключилась. Ладно, она просила честность, получит честность.

— Останься со мной. Сейчас не тот момент, когда стоит играть в независимость и показывать характер. Отсидишься пару недель, пока все уляжется, затем вернешься в резиденцию и будешь дальше строгать свой корабль или передатчик для связи с тварями.

— Все сказал? Тогда мне пора.

Она встала и наклонилась над столом.

— Мы уже говорили об этом, мое решение ты знаешь. Хватит. От этого всем только хуже.

— Хуже всем от твоего упрямства! — Анрир тоже встал и тоже наклонился над столом. Почему тот такой широкий? — Связалась с Креем! Мне помогать недостойно, а ему — отличный вариант?

Вэн хмыкнула, выпрямилась и сложила руки на груди.

— Ты ревнуешь? Серьезно?

— Нет.

— Да. Ревнуешь. И кого же сильнее: свою любовницу или свою тварь, которая не желает действовать по заготовленному плану?

Резко усилились все запахи, свет начал резать глаза, а звуки били по ушам. Анрир подошёл к окну, задернул шторы, затем убрал со стола бутылку сливочницы, которая разила сладостью даже сквозь закрученную пробку. Ковер пах пылью, от Айвен веяло мылом и раскаленным металлом. Все запахи в кабинете вдруг стали почти осязаемыми и пульсирующей болью отдавали в левой половине головы.

— Ты меня на части рвешь, хватит Вэн.

— Ты меня тоже.

Она подошла ближе, положила руку на висок Анрира и надавила, одновременно воздействуя магией. Боль сразу стихла, а свет, шум и запахи больше не травмировали. Анрир благодарно кивнул и попытался поймать пальцы Айвен, но та одернула руку и отступила.

— Говорила же: завязывай со стимуляторами, иначе свалишься. Не прекратишь — следующим будет инсульт. И меня не будет рядом. В ближайшее время — точно.

— Останься.

— Как я могу? Ты же говорил, что не нуждаешься в Авроре, и следом мятежами и демонстрациями подтачиваешь власть Совета ради захвата полисов.

— Я не потяну управление еще одним миром, в этом-то порядка навести не могу. Мне нужны эти полисы, нужна база на Авроре, не больше.

— Расскажи мне все. Не могу выбирать сторону не владея информацией.

Анрир покачал головой и сделал несколько шагов к Вэн. Та не отстранилась, но напряглась, не желая сближения.

— Не доверяешь? — она спрашивала спокойно, только вот пальцы то и дело стучали по бедру.

— Если что-то пойдет не так, тебя будут пытать. А, возможно, и сама решишь поделиться с Креем, чтобы остановить зловещего меня.

— Идиот. Насчет Крея — идиот вдвойне. И я сплю с кем захочу, смирись с этим.

— Да плевать мне…, а-а-а, — он потряс головой. Почему у них никогда не получается нормально поговорить? Надо просто успокоиться и не психовать. Кто-то должен быть умнее. — Спи, с кем хочешь, где хочешь и когда хочешь, я беспокоюсь только о твоем благополучии. В тюрьме, тайной комнате Крея или в застенках визумария тебе не понравится. Сама не понимаешь, как глупо бояться меня и лезть к этим двоим? И то, что я могу не выпустить тебя с Атрокса. Крей сильно рисковал, когда решил похвастаться своей добычей.