Уроки ирокезского (СИ) - Климова Алиса "Луиза-Франсуаза" - Страница 271

А дочь наша пояснила – приехав в гости со всем семейством в Москву – как ей удалось выстроить чуть больше двадцати тысяч заводов "за копейки":

– Я же говорила, что народ сам знает, что ему нужно, просто у них денег нет самим фабрики устроить. А я просто в каждой губернии учредила по управлению при губернаторе, там люди только опросили народ… на самом деле, местных лавочников, что чаще всего у них люди спрашивают. Даже не так, чиновники из управления посмотрели, что у лавочников продается сильно дороже, чем товар стоить должен, а затем просто мы с Марией Иннокентьевной посчитали, во что такое обойдется, если не на большом заводе делать, а в мастерских ремесленных. И если выходило, что ремесленник с минимальной, в пределах рублей до полусотни-сотни на работника, помощью станками, инструментами и сырьем себя прокормить сможет, сразу народ набирать под такую фабрику начинали. На само строительство и крестьян, конечно, нанимали, так что строили быстро…

Весь фокус заключался в том, что "станки и инструменты", нужные для подобных фабрик, были, в общем-то, довольно примитивными – ведь и главным критерием их выбора была низкая цена. А такие – и делать просто, вот Мария Петровна и понаставила заводов для выпуска именно "простых дешевых инструментов", которые и сами оснащались "чем подешевле".

Мне оставалось лишь позавидовать дочери в плане "легкости" принятия решений. И простоте их "доводки до рабочего состояния": Машка ну совершенно не расстраивалась, когда каждое третье создаваемое таким образом производство вылетало в трубу. Я бы ночами не спал, думал бы, как "все поправить", а у нее – раз не вышло, скажем, плюшевыми мишками рынок завоевать, то слегка фабрику доукомплектуем, людей подучим, и пусть теперь фабрика выпускает консервированные груши…

И еще: Машка рабочим на всех этих фабриках заранее сообщала, что ровно год с даты пуска рабочие будут получать минимальную зарплату, а все получаемые "излишки" она направляла на строительство заводов по выпуску нужных местпрому станков или рудников для добычи нужного сырья. Поскольку все же с жильем вопрос решился заранее, то пролетариат соглашался, "излишков" в результате за год получилось чуть меньше полумиллиарда рублей – и заработал медный рудник возле дороги из Оренбурга в Орск, начали работать сорок семь мощных (ну, относительно мощных) станкостроительных и инструментальных заводов, четыре верфи для постройки речных судов, даже "полтора" автозавода. Полтора, потому что один – в Гурьеве – выпускал (полностью) сильно осовремененную версию "Муравья", а второй – в Омске – делал "сибирскую" версию "головастика" (с утепленной деревянной кабиной), но на базе "сверхплановых" моторов и трансмиссий Брянского объединения – и поэтому в Омске пока выпускалось машин очень немного.

Да, дочь наша совершила чудо: ведь просто подобрать восемь десятков руководителей губернских "местпромов" уже на грани возможности. А народ… Машка все же с детства "говорила на одном языке с простым народом", и в целом народ ей верил.

Впрочем, о достижениях Машки я и узнавал урывками, да и не очень-то сильно о них задумывался. Да и об управлении Державой тоже задумывался мало: много людей хорошо делали свою работу, и мешать им не стоило. Тем более и "своих" дел у меня хватало, хотя по-большому дело у меня было и вовсе одно.

Степан было начал жаловаться на постоянно достающую его Алису Буратину, но я, уточнив причину "доставания", изо всех сил впрягся в решение поставленных этой рыжей дамой задач. То есть не сам решал, а лишь "доставал" тех, кто их решить может – всячески решальщиков стимулируя морально и материально. И в результате летом семнадцатого года один из заводов медицинской аппаратуры приступил к выпуску ультрацентрифуг, вращающихся со скоростью в шестьдесят тысяч оборотов в минуту. Каждая такая центрифуга размерами была с небольшую комнатку, а уж стоила… зато к началу восемнадцатого Гамалея располагал дюжиной таких агрегатов. Это не считая полусотни "сорокатысячников"…

В январе уже года восемнадцатого Вениамин Горянин выдал сразу четыре "рекордных" самолета: это четырехмоторное чудо со скоростью свыше пятисот километров в час летало на две с половиной тысячи километров. Даже почти на три тысячи, если вместо груза или пассажиров залить дополнительное топливо. Сделанные почти целиком из титана (как сам Горянин говорил, "из титановой фольги") машины в принципе позволяли долететь из Ванкувера до Москвы с двумя пассажирами за сутки…

Ну, собственно, на них за сутки в конце февраля из Ванкувера в городок Александрия Самарской губернии (где располагался институт Гамалеи) была доставлена культура вируса гриппа, начавшегося в США. Там эту "культуру" распихали по яйцам (четыре окрестных "птицеводческих" колхоза Гамалее в любой момент выдавали сотню тысяч оплодотворенных яиц в сутки), еще через пару дней свеженьких вирусов из яиц вытаскивали, с помощью как раз ультрацентрифуг как-то из жидкости выгребали. А затем – каким-то химикатом, придуманным в институте еще несколько лет назад, вирус "деактивировали" – то есть убивали, но не повреждая при этом его оболочку. И в результате получалась вакцина…

Слава давно уже интересовался, зачем в этом городишке сотня высококвалифицированных микробиологов получает более чем высококвалифицированные зарплаты. Потребляя при этом очень много невероятно дорогой аппаратуры – не говоря уже о том, что в городке был выстроен собственный кинотеатр, а библиотеке городка позавидуют и иные губернские. Ну да, за девять лет только в городок с населением чуть больше трех тысяч человек было вложено больше тридцати миллионов рублей, а сам институт "сожрал" миллионов под сотню.

Но начиная с первого марта тысяча девятьсот восемнадцатого года завод при институте каждый божий день выдавал по миллиону доз вакцины от "американского гриппа". Понятно, что первые два миллиона доз отправились в Канаду: там до США на буквально "рукой подать" и народ через границу постоянно шастает. Затем вакцина поровну распределялась между Дальним Востоком, Сибирью и западным губерниями: вроде бы в Китае "тоже началось", да и с запада довольно много народу приезжало. В конце марта были сделаны поголовные прививки в Москве и Петербурге, за апрель прививочная кампания была закончена в финских, польских и во всех "приморских" губерниях. То есть во всех городах, деревня (кроме Финляндии, где народ оказался довольно дисциплинированным) была все же охвачена далеко не полностью – ну да ладно, все же село с зарубежьем контактирует очень редко и в основном опосредованно, через горожан…

В мае, когда пошли панические новости из Франции, непривитой народ сам потянулся к врачам. Почти везде потянулся – и меня в очередной уже раз "удивили" киевляне (то есть селяне из Киевского генерал-губернаторства): там народ категорически прививаться не желал. Потому что "от уколов народу помирает много". Ну да, случается у людей аллергия всякая, а иной раз и фельдшер не очень тщательно иглы продезинфицирует, так что на проведенные семьдесят миллионов прививок медики получили что-то около полусотни летальных исходов. Но я хотя и "удивился", но расстраиваться не стал: мне еще сто тридцать миллионов человек прививать, а вакцины-то пока на всех не хватает.

Брошюру с детальным описанием способа получения вакцины Гамалея выпустил тоже в первых числах марта, причем сразу и на русском, и на немецком, и на французском. Я лично, как мог конечно, перевел ее и на испанский с английским. Вот только закордонцы массово вакцину делать не бросились – просто потому, что для ее производства мало просто "вложить" очень много миллионов денег, нужно еще и оборудование изготовить. У Алисы специализированный завод одну центрифугу, например, делал полгода (хотя, конечно, делая их по несколько параллельно) – получая кучу очень не простой электроники с других, тоже специализированных и очень не дешевых заводов. По моим прикидкам только затраты на "индустрию" обошлись бы иностранцами миллионов в двести пятьдесят золотых рублей, а ведь "эпидемия скоро сама закончится"…