Птицы знают лучше (СИ) - Яблоня Дикая - Страница 52

— Безобразие! — Саша схватилась крыльями за голову. — Родители, о чем вы думаете?! Или под шумок все забрали себе?

Это сработало. Толпа действительно переключилась с инцидента на семейные неурядицы. Взрослые покидали торговый центр не в ужасе, скорее — в недоумении. Дети сжимали в руках коробки и казались вполне счастливыми.

— Что бы я без тебя делал, — совершенно искренне сказал Саше Вадим. — А у меня ведь тоже есть подарок. Вот.

Коробочка была совсем маленькая и плоская. "Часы?.. — озадачилась Саша. — Авторучка? Ладно, дареному коню в зубы…"

В изящном футляре оказалось красное ожерелье из цепочек и бусин. Дедова память. Вещь, с потерей которой Саша смирилась, но забыть ее так и не смогла.

Это был бы замечательный, очень теплый момент — если бы его не испортил бригадир Велич.

***

Саша в который раз заморгала: нет, бригадир не раздвоился, скорее уж — привел с собой старшую сестру. Без каски и белой формы, в простом костюме офисного работника эта немолодая дама выглядела тем самым волхвом, который отправляет колдунов на Первомайку. У нее были такие же строгие глаза, как у Велича. Такие же сжатые в нитку губы. Вот только шрам не делал ее привлекательнее — уродливо вздергивал угол рта, кривил усмешку.

— Александра Рябинина. Та самая великовозрастная ученица. Все детали есть в отчете, — представил Сашу бригадир — словно жука булавкой пришпилил.

— Неплохая реакция и стрессоустойчивость, — сухо отметила дама, окинув Сашу скептичеким взглядом. — Весьма среднее владение цветовыми каналами. Безобразная несерьезность. Эта твоя… "зараза" — недопустима.

— Аффект, — развела руками Саша. Ей полагалось бояться столичного следователя. Бояться очень мешала мысль, что она — все еще сыч, облезлый и мятый, как после драки.

— Запомни, ученица: аффекты — для простых граждан, — бросила дама-следователь. — Волхв может иметь горячее сердце, но разум его должен оставаться холодным. Слишком многие зависят от решений, которые ты примешь.

Почти совсем не дрожащими пальцами Саша нашла пуговицы костюма и сняла верхнюю часть. Предстала наконец перед волшебницей в приличном виде, коротко ответила:

— Ясно. Можно вопрос? Колдуна задержали?

Она не рассчитывала, что жалкой ученице расскажут подобные вещи. Но Велич кивнул:

— Есть вероятность, что именно он в ответе за гибель ваших друзей. Все это, разумеется, колдун расскажет в столице.

Саша покивала, словно болванчик, изо всех сил стараясь не выдать себя лицом. Бригадир не сдал "человека из будущего", нужно было радоваться. Вместо радости в голову лезли мысли об инквизиции и ее способах выбивать рассказы из колдунов.

— Холодный разум, холодный разум, холодный разум… — бубнила она, направляясь к машине.

— Тебе холодно? — участливо спросил Вадим. — Вот, держи: это поможет.

Саша глотнула из фляжки, поперхнулась, вспомнив про антибиотики, торопливо съела предложенную конфету. Радости не прибавилось, зато некстати пришло в голову: ей по-прежнему нечем отблагодарить Вадима. Получалась не очень красивая ситуация. И вариант "одарить натурой" выглядел еще хуже, чем попытка шутить со столичным волхвом.

Некоторое время все в машине молчали.

— Саша, у меня к тебе просьба, — нарушил молчание Вадим.

"Первый раз, — тут же услужливо включилась наблюдательность. — Он впервые назвал меня вот так, по имени. Как прежде, очевидно, звал ее. Почему сейчас?"

— Конечно. Все, что в моих силах, — сказала она вслух.

Охранники дружно хмыкнули. Господин мэр покачал головой:

— Не торопись соглашаться, пока не увидишь, о чем речь.

— А. Да. Куда мы едем?

— На кирпичный завод.

Вот уж куда Саша меньше всего рассчитывала попасть перед Новым годом. Кажется, ее глаза начали уставать от удивленного моргания.

***

Рабочие и служащие уже ушли, погасла большая часть светильников. Цеха, склады, краны — все замерло, стало на время праздников единоличным владением служебных сов. Из людей на заводе была только охрана.

Охранники Вадима, в свою очередь, остались ждать в машине. Его и Сашу сопровождали Защитники: Степлер, Ротбартина и близнецы-мультирезки, чьи имена Саша так и не узнала. Ситуация выглядела донельзя загадочной. То, что они шли к отдельно стоящему, совсем новому зданию, ни уверенности, ни спокойствия не прибавляло.

Обычный заводской корпус, похожий на прочие. Серые стены, высокие окна. Куб из стекла и бетона. Шкатулка с секретом.

"Да хватит себя накручивать! — рассердилась Саша. — Так… Это, кстати, какая по счету бронированная дверь?.." Она машинально отметила: выключатели расположены так, чтобы свет в каждом новом помещении включался из предыдущего — еще одна мера предосторожности? И кстати — почему бетон, а не кирпич?

— Нервы у тебя крепкие, а вот самоконтроль — так себе, постарайся, пожалуйста, обойтись без криков, хорошо? — вежливо обидел Вадим Сашу и добил еще более деликатной просьбой. — Держи язык за зубами. Все, что ты увидишь — секрет. Мой личный секрет. Очень немногие люди посвящены в отдельные его части. Конечный результат покажу только тебе, потому что ты — волшебница.

— Волхвы будут против, если узнают? — сначала она задала вопрос, а потом поняла его суть. "Ого! Да я, кажется, успешно влилась в систему!"

Вадим неопределенно пожал плечами:

— Невербальная волшба, кабалла всегда была крайне спорной темой. Конкретно этот случай никому навредить не должен, хотя даже простой кирпич весьма опасен — особенно если завернуть в носок и огреть им из-за угла. А уж такое количество глины… Вот мы и пришли.

В центре абсолютно пустого зала с бетонными стенами стояла фигура. Ничуть не страшная, потекшими формами она наводила на мысль о свече. Праздничной красной свече в форме человека, но выше самого высокого на целую голову. У фигуры было грубо намеченное лицо с пустыми отверстиями вместо глаз и глуповатой мультяшной улыбкой.

— Он не опасен, — тихо сказал Вадим. — Еще не активирован.

— Повешенный, — пробормотала Саша.

— Что, прости?

— А. Ничего, — она подошла ближе к фигуре. Потрогала глину пальцем. Лампы располагались достаточно высоко, отопления не было вовсе, но глина оказалась теплой — словно живая плоть.

— Голем, — сказала Саша. — Вы. Слепили. Голема.

— Ну, как слепил, — Вадим сел на перевернутый ящик. Саша осталась стоять перед фигурой. — Я нашел ту самую глину. Заказал питерскому скульптору формы — якобы для украшения города. Разыскал последнего мастера каббалы в Праге — это заняло много сил и времени. Что было дальше, ты знаешь: предосторожности не помогли. Лучше бы я заказал доставку в бронированном фургоне, а не почтой России. Так или иначе, старик умер, но я купил его рукопись. Голема нужно оживить. У меня есть книга. У меня есть ты. Больше мне рассчитывать не на кого.

Саша вздохнула. Минуту назад в воздухе витала романтика, по крайней мере — для одной наивной попаданки. Потом на нее свалилась реальность. Господина мэра не интересовала замена невесты, ему был нужен союзник. Зато какой союзник, черт побери! Сколько раз за эти полгода Саша обозвала мир тьмы отсталым, но вот он, прямо перед ней — самый настоящий ИскИн! Недосягаемая мечта родного ей человечества. Стоит и ждет, когда она его включит.

— Один вопрос, — обернулась Саша к Вадиму. — Зачем?

— Голем не боится тьмы, — просто ответил он. — Будет защищать город и после того, как меня не станет. При правильном обращении — вечно.

— Я в деле! — кивнула Саша.

***

Они успели вернуться домой прямо под звон курантов. Саша выудила подарки из-под елки, объяснила смущенно: "У нас так принято…". Отдала их. Получила взамен динамо-фонарь от Микулы и алый шарф, связанный Анной.

— А еще тебе пришли поздравления, — сказала экономка, вручая Саше конверты.

— Мне? — удивилась та. — Интересно, от кого…

В первом оказалась открытка с елкой, исписанная мелким колючим почерком с внезапными завитушками — даже буквы у Варвары Ильиничны были подстать характеру. Саша от души порадовалась, что у экс-волшебницы все в порядке, но слегка огорчилась ее неизлечимой подозрительности: в письме не было обратного адреса.