В последний раз спрашиваю по- хорошему: Ты на мне женишься? (дилогия) (СИ) - Николаева Раиса Борисовна - Страница 72

— Я не желаю больше слушать, что тебе рассказал этот трус и предатель, резко перебила Марисса отца.

— Не желаешь даже услышать, что Хегет рассказал о Шертесе? — с усмешкой спросил Догар, и Марисса сразу примолкла. Она, разумеется, хотела знать о нем, как можно больше. Отец правильно расценил ее молчание и тихо продолжил: — Шертес жив. Его, действительно держат для проведения ритуала призыва. Кого Страг желает призвать и откуда, Хегет не знает. Он думает, что для ритуала еще не все готово, поэтому Страг пока наслаждается, просто издеваясь над Шертесом. Судя по тому, что он с ним делает, между ними стоит какая-то личная вражда, ничем иным подобные зверства объяснить невозможно. Хочешь знать, что Страг вытворяет с твоим бывшим? — Марисса отчаянно затрясла головой. По голосу отца она и так догадалась, что с Шертесом делают нечто страшное. — Марисса, — Догар устало вздохнул, — мне жаль тебя, но я снова повторяю: из этой камеры ты выйдешь или когда Шертес вырвется от Страга, или когда умрет в плену.

— Ты собираешься, все это время держать меня прикованной к стене? — ядовито спросила девушка.

— Нет, зачем же? — голос Догара дрогнул от скрытой усмешки. — Магистр Хегет любезно согласился опечатать магически двери этой камеры, так что выйти из нее ты сможешь, только когда снимут магическую печать.

Марисса от отчаяния застонала, ее надежды вырваться из камеры и снова броситься на спасение Шертеса, разлетелись вдребезги. Потом отец снял с нее кандалы. В камере Мариссы поставили кровать, кресло, столик. Принесли свежее постельное белье, и эта келья стала ее домом на долгие месяцы.

Глава 6

Дни тянулись за днями. Марисса просто с ума сходила в своей тюрьме, но вот однажды отец сказал ей, что Хегет почувствовал значительное усиление магического фона, исходящего из замка Шертеса. Очевидно, Страг начал проведение ритуала, к которому так тщательно готовился. Марисса забилась в угол, сжала ладонями голову и так просидела неподвижно несколько часов, думая только о Шертесе, желая ему остаться в живых.

Отец не приходил к ней целую неделю, Марисса понимала, что он через шпионов пытается выяснить, чем же закончился ритуал, поэтому терпеливо ждала, считая, что долгое отсутствие отца

— это хороший знак. И она не ошиблась, едва Догар зашел к ней, по его радостно блестевшим глазам было понятно, что он принес хорошие новости. Новости были не то, чтобы хорошими. Они были странными. Например, стало известно, что Страг приказал отравить воду всех источников, что находились вблизи от замка. Приказ Страга был нелепым, особенно в свете того, что все жившие в замке и сами брали из них воду.

— Страг сошел с ума? — это было первое предположение, что пришло в голову Мариссе, после рассказа отца.

— Не исключено, — задумчиво протянул Догар, которому подобная мысль даже в голову не пришла. — Но я думаю, что Шертес сбежал и ушел в подземные лабиринты замка. Отравив воду, Страг надеется заставить Шертеса выйти на поверхность.

— Долго же ему придется ждать! — насмешливо бросила Марисса. — Если Шертесу удалось кем- нибудь подзакусить, прежде чем он ушел под землю, то боюсь, Страгу придется ждать целые месяцы этого счастливого момента.

Это было действительно так, Догар был вынужден согласиться с дочерью. Отравление воды на Шертесе почти бы не отразилось. Вампиры, а тем более высшие, без воды могли обходиться месяцами. Значит, дело было не в Шертесе, а тогда в ком? Зачем Страгу травить источники с водой? Ответов на вопросы не было, приходилось ждать следующих событий.

— Страг приказал магам обрушить своды всех подземных ходов, что имеются в замке, — сообщил Догар Мариссе, примерно через месяц. — Теперь уже нет сомнений: Шертес сбежал! Скорее всего, он так и не смог вырваться из замка и до сих пор находиться в подземелье…

— Отец, давай поможем ему! — тотчас перебила его Марисса.

— Марисса! Если Страг не знает, где прячется Шертес, то мы тем более этого не знаем. Согласись, бродить по подземным туннелям в тот момент, когда маги ищут проходы и обрушивают землю, по меньшей мере, глупо.

— Тебе все глупо! — с обидой закричала она. — Если бы не ты, то Шертес был бы уже здесь в замке!

— Или ты рядом с ним в центре пиктограммы, — спокойно ответил Догар, и сразу же вышел, не желая слушать истерику дочери. Выпустили Мариссу из заточения, лишь спустя несколько недель. В один прекрасный день, отец лично распахнул двери камеры и приглашающим жестом предложил ей выйти на свободу.

— Шертес спасен! — радостно закричала она и бросилась на шею Догару. В первую минуту счастья она совсем не обратила внимания на то, что лицо отца было несколько напряжено и даже хмуро, Марисса не замечала ничего. Пританцовывая и напевая что-то веселое, она поднялась в свои комнаты, чтобы принять ванну и привести себя в порядок. Она не торопилась, главное: Шертес жив и на свободе. Подробный рассказ отца она выслушает позже: несколько минут задержки уже не имели значения.

— Как же он спасся? — нетерпеливо спросила Марисса, усевшись в кресло напротив отца, держа в руках чашечку с ароматным любимым чаем.

— Я не знаю, — к ее несказанному удивлению, коротко ответил Догар. — Этого никто не знает, — поспешно добавил он, чтобы предотвратить возмущение дочери. — Я успел выяснить пока немного: Шертес жив и он уничтожил Страга… — отец немного помедлил, поскольку знал, что последует за его дальнейшими словами, но делать было нечего, и он продолжил, словно бросившись в ледяную воду:

— И он… женился.

Чашка с горячим чаем полетела на пол, облив горячей жидкостью колени Мариссы, но она даже не заметила этого.

— Шертес женился?! — заорала она так, что ее голос был слышен чуть не по всему замку. — Как женился?! На ком?! Когда?!

— Я не знаю, когда он успел жениться, — поморщившись от ужасного визжащего голоса дочери, ответил Догар, — знаю лишь, что его жена человечка и что был проведен обряд единения, связывающий их.

— Его жена человек?! — казалось, Мариссу хватит удар от этой новости. — Он женился на человеческой женщине?! — бессмысленно повторила она, не в силах поверить этой новости. — Но как Шертес мог жениться на человечке?! Как он вообще мог жениться? Я не верю! Не верю, не верю, не верю! — в ярости повторяла она. Если честно, то и сам Догар был поражен не меньше дочери. Шертес так ценил свою свободу и независимость, а ритуал единения был фактически следящим устройством помогающим супругам чувствовать эмоции друг друга, и даже если кто-то из них пытался закрыть свои эмоции от другого, то и это являлось неопровержимым доказательством, что было чего закрывать и прятать. И тут вдруг Шертес позволил какой-то человеческой женщине ощущать свои чувства и эмоции?! Такого быть не могло, или с Шертесом случилось нечто вообще невозможное, что он согласился на это.

— Я слышал, — осторожно начал Догар, боясь вызвать у дочери новый приступ ярости, — что вроде бы эта девушка спасла его. Может он так решил ее отблагодарить.

— Отблагодарить?! — взорвалась возмущенным криком Марисса. — В благодарность Правители дарят титулы дома, деньги, награждают приданным, но не женятся на простолюдинках. Не-е-ет, — с ненавистью прошипела Марисса, — эта дрянь силой заставила его жениться на себе.

— Сомневаюсь, — скептически ухмыльнулся Догар, — не представляю, какой силой надо обладать, чтобы принудить Шертеса к женитьбе.

— Тогда шантаж! — воодушевленно воскликнула Марисса. — Эта мерзавка шантажировала Шертеса, обещая его спасти в обмен на женитьбу.

Догар не стал возражать, версия Мариссы была достаточна убедительна. А сама Марисса, словно наяву видела, как эта шлюха (новоиспеченная жена Шертеса), в том, что она шлюха, Марисса не сомневалась ни на секунду. Иначе, как бы она оказалась в замке у Страга? Разумеется, ее привез с собой один из наемников, для приятного времяпровождения, может быть даже не для себя одного. Так вот эта шлюха выкрала у любовника ключи и однажды ночью прокралась к камере Шертеса, предложив ему свободу в обмен на обручальное кольцо. Конечно, бедный Шертес, доведенный пытками до отчаяния, поклялся ей в этом. Потом, когда он вырвался от Страга, как благородный мужчина, был вынужден сдержать слово. От этих мыслей Марисса заскрипела зубами, пылая ненавистью к наглой выскочке, воспользовавшейся, удобным случаем. Не было таких грязных слов и эпитетов, какие Марисса не высказала в адрес жены бывшего возлюбленного.