Испытание мечтой или подруги поневоле (СИ) - Ваганова Ирина Львовна - Страница 30

Он посмотрел на меня испытующе, кивнул своим мыслям и признался:

— Я создал заклинание проникновения в Чёрный замок. В испытательном зале есть магический макет, на нём и пробовал. Пока не получилось.

Моя ладонь так и лежала на его пальцах. Я чувствовала их тепло и от этого была счастлива. Как хорошо, что он жив!

— Разве можно такие эксперименты проводить одному?! — укоряла я Лекса. — Как же техника безопасности?

— Вы правы, леди Елена. — Он вял мою руку и, наклонившись, поднёс к губам. — Я признателен вам за спасение.

Почувствовав мягкое прикосновение его губ, я смежила веки. Как приятно! Великий князь говорил что-то о награде, которую попросит для меня, но я лишь отрицательно покачала головой. Лучшей награды мне и не нужно. Иллюзия особых отношений между нами сыграла со мной злую шутку, я вздумала острить:

— Теперь как честный человек вы обязаны на мне жениться.

Посмотрела на куратора и осеклась. Он был серьёзен, будто ему предстояло выполнить важную миссию.

— Вы передумали, леди? Не собираетесь получать диплом? Готовы ехать во Владимир?

Нет! Нет! Фигню спорола! Хватая ртом воздух, я замотала головой:

— Это шутка. Нет, я буду учиться.

Куратор снова улыбнулся и поцеловал мою руку:

— Отдыхайте. Я ещё приду навестить, прежде чем вырвусь отсюда.

Проводив его взглядом, я отвернулась к стене. Какая же я глупая! Ничего не понимаю. Что хочу: вернуться домой или остаться здесь? Когда Лекса нет рядом — конечно, хочу домой, разве можно жить в мире без любви? Но стоит великому князю взять мою руку — готова вцепиться в него изо всех сил и никуда не отпускать.

***

Провалялась я в постели дней пять, лекарь отыгрывался на мне за то, что другой пациент сбежал уже через сутки. Подругам запретили меня навещать, заглянул только Карп Порфирьевич — принёс давно обещанные книги. Ими я и занималась целыми днями. Поскольку домашку выполнять не приходилось, ничего не отвлекало от изучения пророчества. Делом это оказалось непростым. Складывалось впечатление, что сотни две сумасшедших провидцев записывали свои сны, а десяток безумных толкователей свели эти фантазии в единый реестр.

Штудируя принесённые Королевичем тома, я анализировала притчи, разгадывала иносказательные намёки, вдумывалась в подтекст и не чаяла распутать всё это макраме цветистых словес. Пришлось завести блокнот — по моей просьбе его принёс румяный помощник лекаря. Выцеживая суть из того или иного варианта пророчества, я записывала её на отдельной странице, затем нумеровала, стараясь отследить хронологию необходимых для совершения пророчества событий. Выводы меня не порадовали.

В день окончания медицинского плена я чувствовала себя отдохнувшей и похорошевшей. Лекарь предупредил, что после завтрака смогу уйти в общежитие, и я успела принарядиться. Прилучная передала мне кашемировое платьице с вырезом лодочкой и рукавами фонариком. Привет из шестидесятых. Допускала, что отражение в стекле шкафчика с медикаментами могло и обмануть, но судя по нему, платье смотрелось винтажным и очень мне шло: подчёркивало талию, которую я привыкла прятать.

Пришёл за мной куратор. Я была рада, он это заметил:

— Вы не сердитесь, леди Елена?

— Сержусь? Я? — вопрос поставил меня в тупик.

— Из-за моей неосторожности вам пришлось пропустить занятия.

— Нет-нет, напротив, у меня, наконец, появилось время разобраться с пророчеством!

Моё заявление заинтересовало принца и, вместо того чтобы идти в общежитие, мы уселись на кровать и стали рассматривать пометки в блокноте. Лекс обнаружил в них больше смысла, чем я. Забросив руку за голову и зарывшись пальцами в волосах, он шумно вздохнул:

— Грандиозная работа! Как вы всё замечательно структурировали, леди Елена.

Я только хмыкнула в ответ, не говорить же, что обучение в колледже управления даёт необходимые для этого навыки. Великий князь, продолжал листать мой блокнот, то хмурясь, то кивая. Я же с сожалением заметила:

— Условия кажутся невыполнимыми.

— Почему? — встрепенулся принц. — Всё получится, главное, чтобы хватило времени.

— До чего хватило времени?

Лекс поморщился и, взглянув на меня, пожал плечами:

— О несчастном случае доложили отцу, он намерен ускорить события, считает, что я слишком долго выбираю жену.

— Придётся уехать? — Я не смогла скрыть огорчения.

— Не хотелось бы.

А мне-то как не хотелось! У меня даже слёзы навернулись на глаза, когда я представила, что великий князь Александр отправиться в столицу, и мы никогда больше не увидимся.

— Ничего, — ободряюще подмигнул он мне, — заклинание почти готово. Я исправил недочёты. Осталось только найти леди Верову.

— Не только найти, — спорила я. — Ещё и уговорить. Я не представляю, как вы заставите её идти к дракону и… Что там написано? — Я указала на нужную графу в моей таблице: — «Избранная должна изгнать дракона из этого мира». Нормально? Заявляетесь к незнакомой девушке и говорите: «Ты избранная, иди прогони чудовище. До тебя гнали-гнали, не прогнали, а ты, вся такая синеглазая, мигом прогонишь»!

Принц слушал мою темпераментную речь так внимательно, что стало неловко, и я заткнулась.

— Думаю, мы это решим, — сказал он сухо, вытянул из моих пальцев блокнот и встал. — Я заберу?

Молча кивнув, я тоже поднялась, схватила котомку с вещами и пошла к выходу. Не стала говорить Лексу, но наши цели совпадали: мне тоже нужно попасть в Чёрный замок. Драконы, при условии, что они не сидят в зачарованном плену, умеют переноситься из одного мира в другой. Почему бы не раскрутить змеюку на нужную инфу в обмен на свободу?

Проводив меня до общаги, куратор поспешил по делам, я же бросила вещи и побежала в парк. Как раз была большая перемена, и я надеялась найти там подруг. На меня обрушили град новостей. Первая была о моём «подвиге». Преподаватели и студенты были уверены, что я каким-то невероятным образом узнала заклинание оживления — это местный аналог реанимационных мероприятий. Несчастный случай на испытательном полигоне заставил ректора внести изменения в учебный план. Теперь всё, что касалось безопасности, будут преподавать сразу, а не на втором курсе, как было раньше. Вторая: происшествие на уроке технологии разбирал педсовет. С одной стороны, Домна — молодец. Не придай она мне ускорение, я могла и не успеть. С другой стороны — применять не сертифицированные заклинания к людям строго запрещено. Последствия могли быть и похуже, хотя слабость и головные боли так меня достали, что хуже, казалось, некуда. К нашей общей радости, наказывать отличившуюся студентку не стали, а вот Харитону Харитоновичу влепили строгий выговор за то, что он не проинструктировал нас до занятий. И, наконец, третья — назначен день отбора. Объявила мне об этом Прилучная. Глаза у неё сияли так, что даже за тёмными очками невозможно было бы спрятать их блеск.

— Уже через две недели в школу приедет принц. И не один! Возможно, с ним будет брат и свита. — Алина взвизгнула, сжав кулачки: — Короче, женихов на всех хватит!

Меня эта новость совсем не радовала. Две недели. А потом?

С этого дня каждый вечер в общежитии превращался в показ мод. Прилучная примеряла наряды для отбора невест. Перевернув всё у себя в шкафу, совершала набеги на мой и даже наведывалась к другим девочкам. Больше всего Алину огорчало отсутствие интернета, вот где можно было развернуться, заказав вечернее платье от Couture или Versace.

Мне нужно было нагонять пропущенный материал, Алинкины примерки реально мешали. Особенно после того как она совершила налёт на магазин и смела у Луки Лукича все пузырьки с туалетной водой и духами. От обилия цветочных, цитрусовых и мускусных ароматов у меня появился устойчивый рвотный рефлекс.

— Слушай, ты вне конкурса пойдёшь, даже если пугалом оденешься, — убеждала я Алину.

— Не-е-ет, — крутила она пальцем перед моим носом, — впервые показаться на глаза принцу в канареечном сарафане — это фу!

Меня, признаться, мучили сомнения: хорошо ли я поступаю, утаивая от подруги, что наследник престола многократно видел её и в жёлтом, и в других цветовых решениях. Рано или поздно секрет великого князя будет раскрыт. Вряд ли удастся убедить Прилучную, что после поездки к графу Верову я оставалась в неведении. Наживать врага не хотела, но и содействовать Алине в деле охмурения цесаревича мне не улыбалось. Раздражение накапливалось, а подруга, видя это, становилась только подозрительнее. Ей взбрело в голову, что я мечу на её место. Ну так, чтобы было понятно: выйти замуж за будущего правителя — это её, а некоторые — то есть я — пытаются помешать.